Второй шанс для шефа (СИ)

— Здравствуйте, — бросаю беглый взгляд на нашивку. — Андрей. Меня зовут Агата и я… Новый шеф-повар ресторана. Прошу вас прямо сейчас дать мне меню и технологические карты.
Су-шеф удивленно смотрит на меня, но через секунду стремительно убегает, надеюсь что за меню. Пока его нет, я перевожу взгляд на свою обувь и морщусь. Разворачиваюсь в поисках Марка и Ильи и нахожу их, стоящими в дверях. Шоу решили посмотреть? Будет вам шоу. В пару шагов преодолеваю расстояние до двери.
— Мне нужны поварские сабо тридцать восьмого размера, — я смотрю Илье в глаза. — Прямо сейчас.
Он выше меня. Не такой высокий как Марк, но даже не каблуках я вынуждена немного задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Странно, но сейчас это обстоятельство не вынуждает меня чувствовать себя «маленьким человечком», злость подстегивает меня. Илья теряется под моим напором, поворачивается к Марку, но тот лишь равнодушно пожимает плечами. Управляющему ничего не остаётся как удалиться в поисках правильной обуви. Пока я жду его, возвращается су-шеф и протягивает мне меню. Я бегло пролистываю его и сглатываю тугой комок, образовавшийся в горле. Меню не раздутое и, слава кулинарным богам, я не встречаю там ни одного незнакомого блюда. Основное, что мне требуется почерпнуть из него — подача. Я признаю, что она хороша. Утонченная, разумеется авторская. Блюда выглядят аппетитно и элегантно. Кивнув Андрею в знак благодарности, я беру технологическую карту, и в этот момент возвращается Илья.
— Я нашел только тридцать седьмой, — мне слышится в его голосе недовольство, но это не мои проблемы.
— Сойдут.
Я беру обувь, возвращаюсь в зону шефа, где скидываю свои лодочки и надеваю поварские резиновые сабо. Оно малы, но всего на размер, поэтому риск убиться минимален. Я вздыхаю. Пути назад у меня нет.
Я прохожу на раздачу, где несколько минут наблюдаю за су-шефом. Он нервничает. То ли из-за меня, то ли от присутствия на кухне владельца и управляющего. Когда мне становится понятна схема взаимодействия шефа с кухней, я отправляю Андрея на горячий цех, а сама становлюсь на раздачу. Сердце стучит как бешеное, но я собираю остатки воли в кулак и начинаю зачитывать чеки.
Чем ближе стрелки часов подбираются к трем часам, тем больше чеков оказывается на раздаче. Время обеда одно из самых горячих в ресторане. Я чувствую как блузка прилипает к спине, от кухонного жара и моих нервов. Марк и Илья ни разу не пошевелились за все время, так и стоят подпирают косяки. Я стараюсь не обращать на них внимание, но спиной ощущаю пронизывающие взгляды.
Повар ставит на раздачу две тарелки с салатом «Цезарь», но в тот момент, когда официантка тянется их забрать, я поднимаю руку.
— Стоп.
Девушка удивлена. Она вопросительно переводит взгляд на су-шефа, но тарелки не трогает.
— Это за один стол? — я киваю на тарелки.
— Да, — она все еще не понимает, почему я не даю ей забрать блюда.
— Невооруженным взглядом видно, что в одной из тарелок нарушена граммовка.
Официантка с глупым видом хлопает наращенными ресницами и снова косится на Андрея. Я беру тарелки и возвращаю их в холодных цех.
— Переделать. Две минуты.
Разворачиваюсь к ошалевшей официантке.
— Подача всегда должна быть одинаковая, как и граммовка блюд. И даже если повара ошиблись, то именно официанты должны стать тем контрольным пунктом, который вернёт несоответствующие блюда обратно на кухню. Ясно?
Официантка кивает, хватает с раздачи новые тарелки и стремительно несется в зал. Мне хочется повернуться к Марку, чтобы увидеть выражение на его лице и понять доволен ли он? Этого он хотел от меня? Но я подавляю в себе это жалкое желание одобрения и просто продолжаю делать свою работу.
Спустя два часа наплыв спадает и в ресторане наступает затишье перед вечерней посадкой. Я решаю, что с меня хватит и разворачиваюсь к кухне. Повара смотрят на меня в ожидании.
— Всем спасибо за проделанную работу. Андрей, — я поворачиваюсь к су-шефу. — Возвращайтесь на раздачу.
Он кивает и тут же забирает появившийся чек, но я уже не слушаю заказ. На ходу стягивая с себя фартук, подхожу к мужчинам, все это время так и стоявшим в дверях.
 
— Мы еще успеваем в отдел кадров? — произношу я, поднимая глаза на Марка.
Он выглядит озадаченным, но выпрямляется и смотрит на меня сверху вниз.
— Успеваем.
— Тогда, с вашего позволениям, я переобуюсь.
Я делаю шаг вперед и Илья поспешно отходит с моего пути, тогда как Марк остаётся стоять, все так же задумчиво разглядывая меня. Я протискиваюсь мимо него в дверь, едва не задевая его плечом. Адреналин потихоньку спадает, и я чувствую как начинают мелко дрожать руки. За время моей работы случались разные ситуации, но такая откровенная провокация в первый раз. Я срываю чепчик с головы и швыряю вместе с фартуком на стол, где несколькими часами ранее Марк восхищался моей шакшукой. С трудом втискиваю ступни в туфли. Ноги отекли и болят. Все-таки обуви на размер меньше не то в чем стоит работать на кухне. Проглатываю проклятия, готовые сорваться с губ и подхожу к мужчинам.
— Илья вас проводит в отдел кадров.
Кажется он со мной снова на «вы». Я демонстративно не отвечаю и мне плевать как это выглядит. Если они не понимают, что унизили меня этой демонстративной проверкой, то они оба просто идиоты. Повернувшись к Илье, я поднимаю бровь. Почему-то он выглядит несчастным, как будто надеялся что я провалю этот безумный краш-тест.
— Пойдемте.
Все происходящее далее я воспринимаю отстраненно. Внутри меня закипает гнев, на мужчин, на себя. Особенно на себя, за то что я в очередной раз подавилась своей гордостью и пошла у них на поводу. Но в тот момент, когда я в последний раз поставила гордость выше разума, я, хлопнув дверью кухни, ушла из ресторана Боровикова. Оставив себе лишь ипотеку и кредит на Порш. Теперь гордость пришлось засунуть в то место, которое я вожу на этом самом кредитном Порше.
Пока кадровик оформляет мои документы, я просчитываю в голове варианты как минимизировать контакты с Ильей и наладить отношения с поварами, начавшиеся так странно. С Ильей скорее всего возникнут проблемы. Если судит по тому, что я увидела, они с Марком друзья. Это, и то, что я не понимаю причину его неприязни, лишь усложняет сложившуюся ситуация.
Наконец, все документы оформлены. Сумма, стоящая в графе “оклад” немного сгладила сегодняшний инцидент. Попрощавшись с девушкой из отдела кадров, я направляюсь в кабинет Марка, чтобы уточнить дальнейший план действий. Если честно, я разочарована, мне казалось, что он изменился и тот эгоистичный, зацикленный на себе Марк, которого я когда-то знала, остался в прошлом, но судя по всему я ошиблась.
Подойдя к кабинету, стучу и, не дожидаясь разрешения войти, открываю дверь. Марк сидит ко мне спиной и смотрит в окно.
— Мне нужно приступить к работе прямо сейчас?
Неохотно мужчина разворачивается на кресле и выжидающе смотрит на меня. Я лишь скрещиваю руки на груди. Верка переживает, что я снова в него влюблюсь? Ну уж нет. Этот Марк мне нравится еще меньше, чем тот которого я знала четырнадцать лет назад.
— Нет, на сегодня мы увидели все что хотели. Вы отлично справились, Агата и только подтвердили, что я не ошибся, поверив в вас. Приезжайте завтра утром к девяти, мы обсудим ваш график и процесс адаптации.
Его похвала не трогает меня. Я все еще ощущаю кислый привкус от унижения, испытанного на кухне. На секунду я позволяю себе слабость и мысленно признаю, что возможно подруга была права. Все это ужасная ошибка, мне не стоит работать на Михельсона. Но я снова вспоминаю, ради чего я все это затеяла и отгоняю непрошенную мысль.
— Хорошо, до завтра.
Я подхожу к шкафу, забираю пальто и сумку и в дверях врезаюсь в Илью, в этот момент входящего в кабинет. Он ловит меня за локоть и удерживает, спасая от позорного падения.
— Спасибо.
Я смущена, но быстро ретироваться не могу. Илья все еще придерживает меня за локоть. Через несколько секунд, показавшихся мне вечностью, он, наконец, отпускает мою руку и, с легким поклоном, отходит в сторону. Как можно спокойней я прохожу мимо управляющего и уже в коридоре слышу: