Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 3 (СИ)

— Короче, — продолжал Сидоренко. — Знать мне надо, ты работаешь уже или нет. Тут серьезные люди интересуются. Нужна охрана. Срочно.
— К чему спешка? — Спросил я, опуская стекло своей двери.
— Да им нужно быстро ответ дать. Работа прям срочная.
— Здравия желаю, — суховато сказал гаец, глядя на меня как-то свысока. — Документики, пожалуйста.
— Подождите секунду, — сказал я, соображая как выкрутиться.
Гаишник от моих слов как-то посмурнел. Принялся внимательно меня рассматривать, думая, видать, что я этого не замечаю.
М-да. Права-то у меня с собой есть, а вот ни доверенности, ни документов на машину не было. Не сделали еще. Гаец же, заглянул в талон техосмотра, приклеенный на лобовое, перекинулся взглядами со своим коллегой, оставшимся у девятки.
Марина все это время странно всматривалась в гаишника, будто бы пыталась кого-то в нем узнать.
— А откуда у вас мой номер? — Спросил я Сидоренко, чтобы потянуть время.
— Да позвонил кое-кому из кулымовских, — сказал он, — я чуть-чуть в курсе, что у вас сейчас, скажем так, есть общие дела по поводу Марины. Ну там мне номер и дали.
— Угу, — протянул я медленно. — Ну… А что за работа?
— Степа? — Спросила вдруг Марина у гайца, — Степ, ты?
Инспектор насторожился, всмотрелся сквозь лобовое, потом опустился к открытому окошку.
— О! Марин⁈
— Степа! Привет!
— А это ты, что ли? Тебя везут? — Удивился мент.
— Угу! В Кубанке у меня дела, вот и поехала, — сказала сообразительная Марина. — Дедушка отправил.
Внимательно наблюдая за их разговором, я заметил, как гаишник немного побледнел.
— Торопишься, что ли? — Спросил он растерянно.
— Очень! Очень тороплюсь! — Марина подалась через мое место к окошку, — прям очень. Не успею — будет у меня беда.
Когда Марина приблизилась, я почувствовал ее приятный аромат: смесь духов и телесного запаха молодой девушки. Краем глаза заметил декольте на светлой блузке. От вида ее небольшой, но красивой груди, во рту начала скапливаться слюна. Выгнутая спинка девушки выглядела с этого ракурса не менее эффектно, чем грудь.
— Да мне зам с масложиркомбината звонил, — говорил в это время Сидоренко в трубке. — Им очень нужна охрана. Ну и попросил спросить, к кому можно обратиться. Конечно, я сразу рассказал им о тебе. Ну, заинтересовались. Там люди серьезные, только официально работают.
— Ну, я и не знал, что ты тут едешь, — растерялся гаишник, болтавший в это время с Мариной. — Вы превысили, конечно, но ладно. Для тебя, Марин, я сделаю исключение. Езжайте.
Услышав слова гаишника краем уха, я незаметно ухмыльнулся. Он брехал. Я знал, что мы ехали не больше шестидесяти и гаишники просто решили докопаться. Бабла срубить на взятках. Но просчитался. Видимо, гаец — знакомый Марины, причем достаточно хороший, чтобы понимать, чья она внучка.
— Прости за беспокойство, счастливого пути, — разулыбался инспектор, напрочь забыв про то, что минуту назад просил мои права.
Недолго думая, я поднял стекло и, не попрощавшись, тронул пассат, чтобы выехать на проезжую часть.
— Вот такая ситуевина у них, — закончил свой рассказ Сидоренко.
— Понял, — сказал я. — Передайте им, что мы работаем и готовы оказать комбинату свои услуги. Спасибо, Денис Евгеньевич.
— Да не за что! Тогда я скажу им твой номер телефона, ладно?
— Конечно, — согласился я. — Пусть звонят в любое время.
— Так вот, оказывается, куда Степа делся, — задумчиво сказала Марина, когда мы выехали из Красной поляны. — В милицию пошел работать.
— Кто это? — Спросил я.
— Да парень из моей школы. Учился на два класса старше меня. Когда я была в первом классе, мы дружили. А в восьмом он мне даже в любви признавался, — Марина кокетливо стрельнула в меня глазками.
— Вот как, — хмыкнул я.
— Угу. А кто звонил?
— От тебя очень приятно пахнет, Марина, — сказал я, посмотрев на нее с улыбкой.
— Что? — Девушка удивилась. Даже, я б сказал, изумилась внезапному моему комплименту.
Ее маленькое треугольное личико тут же зарумянилось и она поспешила спрятать взгляд своих больших глаз. Смутилась.
 
— Спасибо, Витя, — тихо ответила она.
Чтобы попасть на керамический завод, нужно было проехать весь Новокубанск. Малоэтажный город встретил нас почти что деревенской застройкой. Неширокая главная улица Мира повела нас напрямик, к противоположной окраине города.
Новокубанский завод керамических стеновых изделий встретил нас угловатым, похожим на кирпич корпусом своей конторы. Вход на его обширную территорию перекрывал большой КПП с красными распахнутыми воротами. У входа суетились люди. На большой открытой стоянке, закатанной в бетон, к въезду стояла длинная очередь грузовых машины, стремящихся попасть за ворота, чтобы скорее загрузиться.
— Не хило, — проговорил я, медленно проезжая вдоль очереди камазов, газов, зилов и прочих калхид.
— Чего тебе надо? Стой! Скоро заедешь! — Орал на водителя застывшей перед воротами машины какой-то маленький толстенький мужичок, одетый в пиджак на тельняшку. — Подготовят кирпич — запустим!
— Да у меня горит, понимаете⁈ У меня горит! — Кричал в ответ водила.
— У всех горит! Никуда твой кирпич не денется!
Как я и думал, со стройматериалами будет туго. Но, к слову, кирпича нам нужно было совсем немного. С учетом того, что потолки высокие, а стены будут класть в полкирпича, достаточно будет шестьсот-семьсот штук. Да еще и на новые порожки останется.
— Вон, смотри, Вить, — Марина указала на вход в красное кирпичное здание конторы. — Нам туда. Видать, там кирпич заказывают.
— Нет, — я покачал головой, открывая дверь. — Там тебе скажут приезжать где-нибудь в июне. Очередь большая.
— А что же делать?
— Сиди тут. Я щас.
Я вышел из машины, потопал к мужику в тельняшке.
— Здравствуйте, — сказал я ему.
— Здрасьте, — сухо ответил он, глядя куда-то вверх, вроде как на крышу КПП.
— Я за кирпичом.
— У вас готово или только заказывать будите?
— Заказывать.
— Ну тогда вам в контору.
— Не, — я покачал головой. — Так не покатит. Долго ждать. Нужно мне заказать побыстрее.
— Ну а что я могу сделать? — Развел он руками и снова уставился на свою крышу.
— Заработать, — я пожал плечами.
Мужик пристально посмотрел на меня. Я заметил на его крупном носу большую бородавку с тремя волосками, но виду не подал.
— Вон как.
— Ну да. Потому мне бы как-то побыстрее. Кирпича мне немного надо, всего семьсот штук. Думаю, это производство никак не затормозит.
— Ну лады, иди за мной, — согласился он.
Мы прошли через КПП и попали на широкий двор кирпичного завода. Вдали, за конторой, я видел длинные и высокие цеха по формовке и обжигу кирпича. На широченном дворе, там и тут стояли на деревянных палетах готовые изделия. Черновой кирпич, который не использовали для облицовочных работ, хранился сложенный в длинные и широкие стенки. Большие красные кучи осколков лежали вдали, у бетонного ограждения.
Завод кипел и работал: там пятьдесят третий газон, снабженный краном, грузил в камаз пачки кирпича; тут жилистые и голые по пояс работяги вручную закидывали в прицеп старинной Колхиды грубый черновой кирпич.
Предприятие оказалось на редкость активно функционирующим. А еще единственным на несколько районов. Отсюда и такой ажиотаж.
Мужик в тельняшке повел меня через двор, к большому крытому железом навесу, который стоял у сложенных в несколько длинных рядов пачек с красивым облицовочным кирпичом, необычного для этого времени, белого цвета.
Под навесом стоял мужичок в пыльноватом пиджаке и фуражке. Он разговаривал с еще одним, которого можно было бы охарактеризовать емким термином «новый русский». Высокий, пузатый лысоватый мужик, одетый в светло-серый деловой костюм с таким отливом, что на солнце, он, должно быть, отбрасывает блики, ругался, размахивая сотовым телефоном. Пыльный мужичок только разводил руками.