Император из двух времен (СИ)
– К счастью, правда. У нас и так полно забот со всякими революциями, войнами, реформами, заговорами и прочими бомбистами, а вот бы ещё и марсиане или, прости Господи, сатурниане прилетели на нашу голову. Зачем нам это надо?
Но умницу Машу трудно сбить с мысли.
– Погоди, а зачем ты тогда тратишь столько денег на поиски марсианского корабля на той же Подкаменной Тунгуске? Сухаревская башня и прочие институты? Зачем финансируешь все эти безумно дорогие исследования, оплачиваешь гонорары популяризаторов и писателей, тратишь такие средства на кинофильмы о Марсе, если там нет никого??? Вот тот же Герберт Уэллс щедро профинансирован тобой за его вторую «Войну миров» и многочисленные интервью на эту тему в европейской прессе. Граф Алексей Толстой получил Императорскую премию в области литературы за свою «Аэлиту», в которой инженер Лось и георгиевский кавалер Гусев, свергают марсианскую клику и устанавливают там наше Освобождение. А Ханжонков, твой любимый, снял очередной фильм на эту тему, получив хорошую дотацию из, опять же, наших личных средств, отхватив, к тому же, за эту картину первый приз Имперской киноакадемии. Я уж не говорю о профессоре Циолковском, который не только буквально высасывает из казны деньги на поиски марсиан и прочие космические исследования, да ещё, к тому же, подбивает профессора Теслу настоять на увеличении ассигнований на его безумные проекты!
В жене вновь проснулась прижимистая Драконица, и она уже требовательно смотрела на меня.
Нежно её обнимаю. Вот в эту ночь мне конфликтов точно больше не нужно. Сыт по горло выяснениями отношений и разбором полётов.
И, вообще, что может быть приятнее для мужчины, чем лежать в постели с любимой женщиной?
Да, уж, повезло мне с женой.
Прав был Светлейший Князь Волконский, утверждая, что принцесса Иоланда Савойская наведет у нас шороху. Она и навела.
Умная девочка. Опасная девочка.
Очень.
И вчера, на свой день рождения, она расслабленно вскрыла меня, как раковину с устрицей. Изящно и красиво. Одним уверенным движением.
Искренне целую свою любимую. И это не формальный ритуал. Это не только дань любви, но и уважения. Почти два года я петлял по России и Европе, стараясь играть роль простого и везучего Императора. Но, не срослось.
Жена меня разоблачила. Да так, что все Шерлоки Холмсы и прочие детективы отдыхают. Железные факты и её отточенная логика приперли меня к стенке. Маша меня порвала, как Тузик грелку. Точнее, как Драконица порвала бы Тузика вместе с грелкой в его зубах.
Прямо в будке.
Походя.
Задав лишь один вопрос, подводя итог своих разоблачений: «Кто ты, Михаил Романов?» **
Слишком много фактов обо мне узнала моя милая за прошедшие два года под видом накопления материалов для биографической книги, терпеливо собирая их крупица к крупице, факт к факту. Причем, собирала она эти материалы «на книгу», не ставя меня об этом в известность.
И в какой-то момент она поняла, что до 27 февраля 1917 года и после этой даты, действовали на исторической арене два совершенно разных человека, пусть внешне и неотличимые друг от друга.
На фото: Великий Князь Михаил Александрович Романов.
Обнаружив это, Маша взялась за дело всерьез и с большим азартом. У неё были для этого все возможности и своя собственная служба разведки. Эта тайна влекла её. Да так, что она даже приставила ко мне баронессу Мостовскую, чтобы убедиться в своих подозрениях о том, что я – не бывший Великий Князь Михаил Александрович, ставший Императором после отречения Николая Второго, а какой-то другой человек. Это был неожиданный шаг с её стороны – приставить к мужу его бывшую возлюбленную, от которой у него имеется старший сын. Это был рискованный шаг. Но римская школа интриг не дала ей сбиться со следа, уступив инициативу своим чувствам и ревности. Нет, она не сбилась и не отступила. И, да, она была безусловно права, мой прадед бы не удержался от нового романа с Ольгой Кирилловной. Но, я – смог. У меня не было чувств к ней. К тому же, мне-то она приходилась прабабкой.
Но Маше откуда было об этом знать?
Я знал, что она ревнует к Мостовской и не понимал зачем жена приставила её ко мне. Вопреки всей логике. Я гадал о причинах, побудивших Машу сделать это, и не находил объяснения. А тут ещё Мостовская влюбилась в мою оболочку/личность с новой силой. Мы всё время находились на грани скандала, периодически давая Императрице повод для ревности.
И Маша об этом не могла не знать об этих ситуациях. Чего только стоит её милая телеграмма мне в Рим с одним единственным словом: «ОБЪЯСНИСЬ». Признаться, я был в панике тогда, не зная, что и думать.
Два года её потрясающего терпения и милых улыбок. Два года огненной страсти и искренней любви. Два года холодного внимания и бесстрастного анализа.
Чтобы в один прекрасный день сделать свой ход.
Да.
Рим.
Вечный город.
Италия. Не перестаю поражаться глубине и размаху тайных дел твоих.
Тысячелетия смертельных интриг и кровавого коварства, лишь часть из которых, для детишек, описал наивными и простыми словами старик Макиавелли в своём «De Principatibus». Уверен, что для Лоренцо деи Медичи он давал советы совсем иным слогом и иным наполнением.
В общем, мне было уже не отвертеться. Концы с концами моей легенды уже никак не сходились, а наследие инквизиции никуда не делось. Там умели задавать вопросы. К тому же, как оказалось, я, временами, бормочу во сне. И не только всякие державные секреты, но и совершенно дикие для неё вещи.
Секреты-то – ерунда, у жены и так полный доступ к государственной тайне, тем более что сводки Ситуационного центра о текущих событиях ей доставляются постоянно. А вот моя болтовня из будущего явно выбивалась из образа христианнейшего Царя-батюшки, вождя народу и отца солдатам. Такого себе рубахи-парня без страха и упрёка…
И, откровенно говоря, я думал, что после моего разоблачения всё между нами и закончится. Что наступил для меня в жизни облом. Полный и неизбежный разрыв с любимой женщиной. Развестись мы, конечно, официально не развелись бы, интересы короны этого не допускают, но настоящей семьи у нас бы больше не было. Ведь невозможно жить с человеком, который знает твоё будущее. Но Маша смогла.
Иной раз горячие молитвы даруют силы верующему человеку и творят воистину чудеса. А Маша веровала искренне и истово, как и подобает настоящей итальянке. Хотя, она теперь уже на все сто процентов русская. Часто более русская, чем мы сами.
К нашему стыду.
Маша смогла со мной жить и дальше по очень простой причине. Ведь она, после своих долгих молитв, пришла к выводу, что я не знаю будущего. Я тут таких дров уже наломал, что того, известного мне по прошлой жизни, будущего, уже не случится никогда.
Что ж, вероятно, это действительно так.
Итак, нас, фактически, стало двое в этой Вселенной. Попаданец и его любимая. Пусть моя милая Царица сама не из будущего, но она теперь всё знает о нём. Или всё узнает. Она буквально выкачивает и выпытывает у меня мои воспоминания о будущем. И процесс этот скоро не закончится. А это значит, что она на всё вокруг будет смотреть, да, и, уже смотрит совершенно иным взором, понимая глубинный смысл и причины происходящего. Как и то, к чему это в итоге приведет.
А это много значит и многое даёт.
Знал бы прикуп – жил бы в Сочи.
Так говорили в моём будущем.
Прикуп я знал. Потому и жил во владетельном особняке на личном Острове посреди собственного моря, окруженного берегами моей Империи.
Император Михаил Второй Всероссийский, Михаил Десятый Ромейский и Михаил Первый, Император-Август Единства. Три в одном. Три короны на одной голове. Как, впрочем, и на миленькой головке, лежащей в моих объятиях восемнадцатилетней девушки. Правда, она Императрица-Кесарисса Единства, второе лицо с моими правами вдруг что со мной случится, но не суть. У неё и так власти предостаточно.
