Довмонт: Неистовый князь. Князь-меч. Князь-щит

Ага… Шустрый де Шализ уже полез к девкам, а те вовсе не возражали… Кстати, им тоже надо налить!
– Хорошо поете, красавицы! А ну-ка, выпейте…
– Ой… Какое вкусное вино!
Ну, вот, вроде как и ничего… Каштелян с сержантом храпят, жулик фон Цвеллер – будущий комтур – тоже… Однако же де Шализ – красавчик! – одну из девчонок уже почти раздел да мял ей грудь – очень даже аппетитную… А вторая клевала носом!
– Альбер, Альбер, друг мой! Ты мне обещал какую-то красотку.
– Я? – рыцарь обернулся. – Ах, да… Тсс! Сейчас приведем… Бригита, ты жди, я скоро…
Пошатываясь, де Шализ поднялся с лавки:
– Идем, мой дорогой друг! Тсс! Надо только спросит ключи у отца каштеляна… Э-эй… Эй! Да проснитесь вы уже…
– Брось ты его будить, дружище, – негромко засмеялся Довмонт. – Ключи-то – вон, на поясе.
– Но я не знаю, какой…
– Возьмем все… Дай-ка!
Сорвав с пояса спящего каштеляна связку ключей, князь обернулся к Альберу:
– Ну, пошли, что ли… Кстати, я что-то не вижу нашего юного друга датчанина?
– А, Карстен… Так он куда-то ушел… А перед тем шептался с отцом каштеляном…
В подвал вела узкая винтовая лестница, пронзая все этажи донжона – главной башни замка. На третьем располагалась трапезная, над ней – комнаты для гостей, на втором этаже – кельи братьев, на первом – склад, а ниже…
– Подожди, – спускаясь, озаботился рыцарь. – Прихватим-ка свечи… Тут и огниво… Сейчас зажжем! Ой…
Уронив кресало и пластинку, де Шализ пьяно засмеялся. Хорошо! Не уснул, так опьянел – не удивительно с медовухи-то.
– Постой… Дай-ка я…
Клацнув огнивом, князь запалил трут, а уж то него свечи. Одну протянул рыцарю:
– Смотри, не урони!
– Не-е-е…О-омме, омме, омме ом… Ом де ля гер! – спускаясь в подвал, крестоносец затянул старую воинскую песню. Пел он, между прочим, неплохо, правда, князю сейчас было не до песен…
– Где, ты говоришь?.. А, вижу…
В обширном, заставленном бочонками и ящиками подвале, слева и справа виднелась каменная кладка, отгораживавшая замковые темницы. Впереди, в неком подобии коридора, имелось небольшое оконце, сквозь которое проникал дневной свет. Впрочем, со свечками все же было куда как светлее! Да и вечерело уже, солнце садилось…
Справа дверь в темницу была распахнута настежь… Похоже, именно там держали веселых дев… Если так каждый раз, то… интересно, чего ж они не убегут-то? Хотя попробуй тут убеги – донжон, башни, подъемный мост, еще и ров с водою! Швеллин укреплен отлично, князь уже оценил…
Дверь слева была заперта на засов, на котором висел массивный замок.
– Хороший замок, – обернувшись, похвалил де Шализ. – Нюрнбергской работы! Такой ничем не возьмешь – ни ломом, ни изломом.
Довмонт хмыкнул:
– Говорят, новгородские ничуть не хуже!
– Говорят… Ну! Ключи-то давай, что стоим?
Взяв у князя связку, рыцарь загремел ключами… Вставил один, второй… третий…
– Да что за дьявол? Не подходит ни один…
– Да дай уже сюда! Держи вон, свечку…
Сунув крестоносцу свечу, Довмонт перепробовал все ключи… Тщетно! И правда – дьявольщина.
– Может, каштелян его отдельно хранит?
– Да нет. Всегда был в этой связке… Раз, два… – де Шализ шепотом пересчитал ключи. – Пять! А было – шесть. Ну да – полудюжина…
– Так что же, потеряли? – недобро прищурился гость.
Рыцарь дернул шеей:
– Не-не, не должны… Ага… Пожалуй, это наш друг Карстен!
– Кто?
– Недаром он шептался с отцом каштеляном! Небось, выпрашивал ключ… Он тоже положил глаз на белокурую красотку! Ну, точно – он…
– А где бы они могли быть? – покусав губы, Довмонт вопросительно посмотрел на своего спутника. – В каком-нибудь укромном местечке?
– Мимо нас не поднимались… Значит, или в келье, или… Или, скорее, во дворе! Ну да, точно. Там склады, амбары, мастерские… есть, где… На конюшне соломы можно взять, а в летней кухне – кое-что перекусить…
– Все же кельи проверить надо, – князь хмурил брови – дело осложнялось и затягивалось.
– Да, поглядим…
Поднявшись на второй этаж, «приятели» затаили дыхание и прислушались…
– Карстен! Карстен! Эй! – громко позвал де Шализ.
 
Никакого ответа. Лишь эхо прокатилось под сводами, и вновь – гулкая тишина.
– Нет здесь никого, – рыцарь махнул рукой. – Ну, пошли к амбарам… Коли уж я обещал, так девку тебе сыщем! Правда… неплохо бы еще выпить…
– Пей! – князь вытащил из-за пазухи баклажку, протянул.
– Надеюсь, это не вино… – принюхался рыцарь.
– Не вино! Русский ставленый мед. Пей спокойно!
– О-о! Стафф-лен-ный миод! М-м-м… Тре бьен! Очень хорошо… очень вкусно…
– Э-э! Мне-то оставь, друже!
Выйдя во двор, Довмонт примечал все. И с полдюжины стойких пьяниц у летней кухни, и спящих, и часовых… В их числе Гинтарс, Кольша и все свои… Завидев князя, кивнули… мол – всегда наготове, бдим.
Ну, сволочи-кнехты! Пили, пили, но службу не бросали! На каждой башне маячило по стражнику в кольчуге и каске, а в надвратной башне – аж целых два.
– Когда пир, всегда выставляют усиленные караулы, – пояснил крестоносец. – И это правильно.
– Ну да… Так, где твои амбары, друг мой Альбер?
– Вон, за донжоном… идем.
По пути заглянули на конюшню – сытые кони, солома, овес… Де Шализ что-то спросил у конюха – угрюмого мужлана, до самых глаз заросшего сивою бородою.
– Ага! – обернувшись, рыцарь просиял взглядом. – Карстен недавно заходил за соломой! Мы на верном пути, друг Луи!
– Отлично!
Парочка отыскалась в дальних мастерских, среди телег, хомутов, деревянных колес и сего такого прочего…
Едва только подошли, сразу услышали ругань, а потом и звонкие звуки пощечин!
– Ах ты, курва – кусаться? Получай! Получай! Получай!
Полураздетая девчонка – красивая златовласка с тугой грудью и стройными бедрами – была привязана к столбу с хомутами. Молодой рыцарь хлестал ее наотмашь по лицу, девушка дергалась и кричала.
– Эй, Карстен, – подойдя, хмыкнул де Шализ. – Дай-ка нам… Хотя…
Крестоносец растерянно моргнул:
– Девка-то вон! Эта ведь… Ну-у… верно, тебе придется обождать, друже Луи… Видишь, тут как все сложно…
– Руку мне прокусила! – обернувшись, пожаловался датчанин. – А я ведь как лучше хотел – по-доброму. Вино прихватил, солому… Легли бы вон, на телеге, да… А она – кусаться!
– Змея! – хмыкнул князь.
– Вот-вот! Самое то для нее имя! Теперь уж придется по-плохому… – усмехнувшись, рыцарь снял висевшую на стене плеть и снова обернулся. – А вы зачем пришли-то?
– Выпить тебя позвать, – Альбер неожиданно рассмеялся. – А то думаем – и куда запропастился? А ты – вот он. С девицей.
– Уж я ей сейчас…
– Да брось ты ее! – посоветовал князь. – Пойдем лучше выпьем… А змеища эта никуда ведь не денется! Просто покрепче ее привяжи…
Явно повеселев, Карстен громко расхохотался:
– Да куда уж крепче! А выпить… Выпить – да! Пошли вон под навесик, у кухни…
Там и сели. Среди кнехтов – ну и что с того? Не подниматься же обратно в башню? Там и душновато… и в кости играть заставляют!
– Угощайте! – усаживаясь, Довмонт подмигнул своим…
Солнце садилось за стенами замка, золотились на высоких башнях зубцы, сверкали шлемы стражников, а через весь двор уже протянулись-пролегли длинные черные тени.
Де Шализ наконец вырубился – слава богу! Уснул прямо здесь ж, растянувшись на лавке, среди давно похрапывающих кнехтов.
А вот датчанин, похоже, ни пьянеть, ни спать вовсе не собирался! Не брали его ни медовуха, ни сонное зелье! Да попробуй, возьми такого-то молодца – здоровяк, кровь с молоком, румянец на щеках играет!
Улучив момент, Довмонт все же послал Кольшу – развязать девчонку да затаиться и ждать. Еще надо было ключ взять у Карстена…
– Все! – грохнув кружкой об стол, вдруг ухмыльнулся датчанин. – Пока хватит пить… Пойду… займусь другим делом.
Выйдя из-за стола, рыцарь деловито направился к мастерским… Прибить его здесь же, во дворе, не представлялось никакой возможности, слишком уж людно – мастеровые, повара, слуги…