Довмонт: Неистовый князь. Князь-меч. Князь-щит
– Я его подожду… Пустишь?
Не дожидаясь ответа, незваный гость отодвинул женщину рукою и вошел в дом. Заглянув на кухню, поморщился – кругом объедки и вообще – тот еще запах стоял. Большая комната – «гостиная» – выглядела намного лучше, даже, можно сказать, вполне презентабельно, по крайней мере – чисто. Чисто, но как-то бедновато: покрытый клеенкой, стол, диван-книжка, круглая, выкрашенная серебрянкой печка-«голландка», старый сервант, в углу, на тумбочке, пухленький телевизор «Самсунг», еще с лучевой трубкой. Рядом – золотистый смартфон с треснутым экраном… Видать, не слишком-то раскрутился Витек! Ладно, лишь бы машину не пропил…
– Я тут это… не убралась еще… не успела… – войдя следом, хозяйка уселась на диван и тут же взяла смартфон… глянула… и со вздохом покусала губы.
– А Витек скоро должен бы быть… Скорей бы! Надеюсь, не пустой…
– Ну, пока ждем…
Гость сноровисто вытащил из пакета водку и снедь, поставил на стол. Глянул искоса на хозяйку:
– Выпьешь со мной?
– Не хочется…
– Ну, тогда помидоры порежь…
– Ага… – женщина кивнула, однако бегом на кухню не метнулась.
Поднявшись с дивана, потянулась зачем-то к серванту, широкий рукав халата задрался, обнажив руку выше локтя. Там тоже виднелся синяк… только синий, точней – синевато-черный…
Наркоманка! Ну, все ясно теперь… Вот почему отказалась от водки… и вообще, так себя неадекватно ведет. Ждет! Ждет! Видать, Витек обещался принести дурь… Эх, Витек, Витек… Хотя черт с тобою…
Йомантас не был ханжой, но наркоманов недолюбливал. Вообще не считал за людей. Хотя сам употреблял иногда… как и другие жрецы, особенно – во время жертвенных оргий. Но это были вещества во славу богов! А тут… во славу самих веществ.
– Ну, а я выпью тогда!
– Давай… – подойдя к окну, женщина безразлично пожала плечами. – Стопки в серванте. Возьми сам.
– Ага…
А она не такая и старая – выпив, заценил гость. Нет, определенно, молодая… Лет верно, двадцать – двадцать пять. Просто опустилась уже… Что ж, для первой жертвы, пожалуй, сойдет и такая. Ну и что с того, что наркоманка? Боги не обидятся, нет. Главное – молода… Ладно!
– А ты что так смотришь? – неожиданно обернулась хозяйка.
– Может, нравишься! – Йомантас хохотнул и налил себе вторую порцию. Ухмыльнулся:
– Эх! Сейчас бы «Старку» и «цепеллин». И лепешек в сметане с топленым салом!
– Я раньше многим нравилась… – обняв себя руками за плечи, девушка зябко поежилась и вновь покусала губы. – Да где же его черти носят? Давно пора бы прийти…
– Тебя как звать-то? – гость смачно чавкнул помидором и скривился. – Вот ведь – не поймешь, что и ешь. Совсем без вкуса.
– Ой! Витек! – хозяйка вдруг хлопнула в ладоши и с радостным криком выбежала на веранду – встречать. – Витенька, я тебе заждалась уж… Принес? Не забыл? Ой, какой ты славный… Давай же, давай… Ой, а к тебе тут пришли… С водкой! Вы сидите пока… А я… я сейчас… быстро…
– Пришли? И кого там черти…
– Ну, здравствуй, Витек! – завидев хозяина, поднялся из-за стола гость.
– А, Литовец! – Саларин с видимым облегчением перевел дух. – А я думаю, кто тут… Откинулся, значит. Мои поздравления. О! Уже и стол накрыл. Это ты молодец!
Оба выпили.
– Ну, рассказывай! – хрупнув огурчиком, улыбнулся Витек.
– Да что рассказывать – отсидел, – Йомантас скупо улыбнулся. – Как все… Ну, давай еще по одной… За тех, кто…
– Давай! Ох… х-хороша! А машина твоя цела, не думай…
– Да я не про машину… Мне бы где пожить… Лучше бы в области, но… не слишком далеко.
– Ну, это от деньжат зависит! Есть у тебя лавье-то?
– На первое время хватит… А дальше – найду. Мои проблемы.
Тут появилась и девушка… И это был совсем другой человек! Куда только делись и тусклый взгляд, и задерганность? Серые чувственные глаза заблестели, на губах заиграла улыбка, движения стали легкими и быстрыми… Вот ведь, что…
– Это Вера, – оглянувшись, представил хозяин. – Со мной вот… живет…
– Ой, мальчики! Сейчас картошечки отварю… Я быстро!
Она уже успела переодеться, сменив старый халат на узкие голубые джинсики с прорехами и короткую желтую кофточку с длинными рукавами. Причесалась, превратившись из трясущейся доходяги в миленькую и вполне сексуальную блондинку с открытым пупком. Насчет лифчика Вера не заморачивалась – тонкая ткань блузки топорщилась от вызывающе торчащих сосков.
Йомантас облизнулся…
– Все, картошку поставила! – прибежав с кухни, девчонка тут же уселась за стол и обрадованно потерла ладони. – Ух, и голодная же я! Прямо, как тигр.
– Кушай, кушай… тигр! – хмыкнув, Витя погладил девчушку по спине…
В очередной раз отказавшись от водки, Вера накинулась на еду с завидным аппетитом. Вмиг смела и ветчину, и огурцы, и помидоры…
– Ой! Посолить, кажется, пора… – вспомнив, девушка вновь метнулась на кухню.
– Вот… – глянув ей вслед, покачал головою хозяин. – Пригрел на свою голову. Наркоша – что тут и говорить-то. Выгнать бы, да жалко… Э-эх, добрый я человек!
– Вот, за добро и выпьем.
– Давай, Литовец, наливай! Твоя ж нынче водка. Ты ж с ночевкой?
– Хотелось бы…
– Не переживай! Места хватит… – Саларин хитровато прищурился и склонил голову набок. – Так, говоришь, в области хочешь пожить? Поди, в домике?
– Да хорошо бы…
– Садоводство подойдет? На самой окраине… Там кореша моего одного дядька жил… Недавно скончался. Не дворец, конечно, но… Правда, дорого попросит!
– Сколько дорого? – тут же уточнил жрец.
– В месяц… пятнаха!
– Ого!
– Ну, так… Не старые времена. Да и места там грибные, тихие…
– А добраться туда как? И когда можно? Если вдруг сладим…
Йомантас говорил по-русски хорошо, практически без акцента, лишь слишком уж чисто выговаривал слова.
– Да хоть завтра! Как заплатишь…
– Заплачу…
– А вот и картошечка!
Вера принесла с кухни приятно дымящуюся кастрюлю, наклонилась, поставила на стол, на подставку. В вырезе кофточки явственно мелькнула упругая грудь… Йомантас снова облизнулся.
– Эх, хороша картошечка! – потер руки Витек. – А ну-ка, давай, наливай… А дачу эту Верка знает. Она и дорогу покажет… Не забесплатно, конечно…
– Само собой!
– Ой! – девушка подула на горячую картофелину и вскинула глаза. – Какую дорогу, Витенька?
– Ну, дачу дяди Коли помнишь? В прошлом году целую осень ездили…
– А, в Копорье! Да помню, конечно.
– Так съездишь на днях с Литовцем, покажешь все… Заодно посмотришь. Ключ я тебе дам.
– А-а… Витенька… – Вера вдруг напряглась и побледнела…
– И это самое дам… А там уж вон с ним и решай…
– Решим, не проблема, – глянув на девушку, спокойно заверил Литовец. – Но… – Йомантас многозначительно посмотрел на хозяина… – Думаю, лучше здесь взять, чтобы там не отсвечивать…
– Так возьму… коли деньги будут!
– Будут, – снова заверил жрец.
Гостю постелили на веранде, на коечке – по его же просьбе.
– Душновато у вас – не люблю.
Йомантас уже засыпал, когда вдруг скрипнула дверь…
– Кто? – резко подскочил гость.
– Я вот еще плед принесла… вдруг холодно?
Вера…
– Витенька без задних ног дрыхнет. А я, посуду пока мыла, подумала – не надо ли чего?
– Надо!
Приподнявшись с койки, литовец схватил девушку за руку и привлек к себе… Рванул кофточку так, что поотлетали пуговицы, и впился губами в грудь…
– Ах… какой ты…
Верка не сопротивлялась… ничуть…
На следующий день Йомантас еще с утра скрутил номера со ржавевшего рядом «Москвича» и заменил ими свои, литовские. Что касается машины, то коричневой «ауди» ничего не сделалось, разве что дверцы чуток поржавели да требовал замены аккумулятор.
– Gerai! – по-литовски пробормотал жрец. – Labai gerai! Хорошо! Очень! Слава великим богам.
Сговорившись с Витьком насчет аккумулятора, литовец заглянул на кухню, подмигнул возившейся у плитки Вере и, со вкусом позавтракав яичницей, отправился по своим делам. Пока – на общественном транспорте.