За решеткой (ЛП)

— Да уж, — а что еще я тут должен сказать, черт возьми?
— Ну да ладно, в море еще полно рыбы. Все равно пока не хочу связывать себя обязательствами. Хочу нагуляться. Наслаждаться любовью, — Деррик подвигал бедрами и поиграл бровями. — Я прав? Ты женат? Девушка есть?
— Нет. Ни того, ни другого.
— Лучше уж бродить свободным, да?
Рация на моем плече затрещала, и я поблагодарил Господа за вмешательство.
— Команда трансфера №1, у нас тут регистрируется поток посетителей. Мы бросим туда вас и третью команду как можно быстрее. Приведете своих подопечных, а потом можете уйти на обеденный перерыв. Мы повременим трансферы на досуг, пока вы не закончите.
— Принято. Куда нам надо в первую очередь?
— У меня тут заявки на секцию Б, камера Б21, и секцию В, камера Б40. Если вы позаботитесь об этих двоих, я распределю остальных.
Мое сердце подпрыгнуло, и я нажал кнопку рации без раздумий.
— Принято. Сначала приведем Б40. Потом Б21. Направляемся туда.
— Чувак, Б21 ближе, — хмуро сказал Деррик, как только я закончил отвечать.
— Неважно. Убьем время. Пошли.
Я ждал этого момента и не собирался его упускать.
К тому времени, когда мы перевели Б40 в помещение для посещений и вернулись в отсек Б, мои ладони стали липкими от предвкушения. Кожа так и вибрировала с каждым шагом в сторону камеры Бишопа. Как только мы вошли в нужный ряд, Хавьер встретился со мной взглядом. В его глазах пронеслось предупреждение «будь осторожен и не делай глупостей».
— У нас посетитель к Б21, Нди... — Деррик запнулся на фамилии Бишопа и бросил на меня отчаянный взгляд, надеясь, что я его спасу.
— Ндиайе.
— Да, вот как он сказал, — Деррик показал на меня большим пальцем через плечо.
Хавьер удерживал мой взгляд и поджал губы.
— Ага. Нам передали. Действуйте.
Деррик, вовсе не замечая напряжения, подошел к камере Бишопа и заколотил по стальной двери.
— Посещение. Готовься к трансферу.
Я разделил долгий безмолвный момент с Хавьером. Его беспокойство виднелось на поверхности, пока он поверх моего плеча косился на Деррика.
— Тебе лучше помочь ему.
— Ага.
На выходных мы долго говорили. Хавьер слушал и изо всех сил постарался понять. Я знал, что сомнения остались, но он принял все, чем я поделился, и прекратил попытки убедить меня отступить. Какие бы чувства к Бишопу ни росли во мне, они не были скрытыми. Хавьер все видел.
Когда дело касалось невиновности Бишопа, его не так легко было убедить, и он снова предупредил меня насчет слепого доверия.
Я присоединился к Деррику у окна и увидел Бишопа, когда тот снимал штаны. Только встав голышом посреди камеры, он заметил, что я смотрю. Наша связь пылала как никогда жарко. В его ониксовых глазах горело пламя, и мой живот напрягся, увидев его на всеобщем обозрении.
Прошли недели с тех пор, как я осуществлял его трансфер. Недели с тех пор, как я видел полированную красоту его высокого темного тела. Мой контроль соскользнул... да разве могло быть иначе? Слюна выступила во рту, пока я бродил взглядом по гладкой коричневой коже, лаская каждый дюйм его тела глазами.
Моя кровь кипела, кожу покалывало, и будь я ровесником Деррика, свидетельство моего желания выразилось бы в виде стальной эрекции под штанами. Но каким-то образом я не дал своему солдатику встать по стойке смирно.
Желание протянуть руку, прикоснуться ко всей этой красивой коже и изучить каждый его дюйм было всепоглощающим. Мои пальцы подергивались вдоль боков, сердце бешено стучало. Краем уха я слышал, как Деррик отдает инструкции Бишопу, и только тогда осознал, что Бишоп так же, как и я, застыл в трансе, наблюдая за моими реакциями.
Сила наших встретившихся взглядов была красноречивой, и я отвел глаза, не поворачивая головы. Если не возьму себя в руки, мои секреты всплывут на поверхность. Это будет катастрофой для нас обоих.
Деррик действовал за главного, как и все утро. Я заставил разум вернуться к работе, отказываясь замечать, каким длинным и тяжелым был член Бишопа, покоившийся вдоль его бедра. Мой мозг сотворил фантазии об интиме с этим мужчиной, о том, как наши обнаженные потные тела трутся друг о друга, как я трогаю его, удовлетворяю, позволяю ему вжать меня в постель и наполнить.
  
Я задрожал, у меня перехватило дыхание.
— Чувак, ты в порядке?
— Что?
— Ты в облаках витаешь. Я сказал тебе запереть люк и проверить его комбинезон.
— О. Точно. Прости.
Захлопнув ящик своего активного воображения, я сосредоточился на задаче. Неловкими пальцами нашел нужный ключ и сунул в скважину. Когда Бишоп передал свою одежду, наши пальцы вскользь соприкоснулись. Я поднял голову и заметил ответное предупреждение. «Я вижу твое желание, — говорило оно. — Я знаю, о чем ты думаешь».
Заставив себя сохранять контроль, я проверил его комбинезон и вернул.
— Чисто.
Бишоп оделся и по приказу просунул руки в люк. Я уже снял наручники с пояса, желая сам сковать его руки. Деррик явно удивился нашей перемене ролей, но подчинился, шагнув в сторону, пока я надевал наручники — для посещений руки оставались спереди. Вес внимания Бишопа просачивался в мои поры.
Перед тем как сделать шаг назад, я рискнул посмотреть ему в глаза. Он медленно моргнул, и это движение говорило больше чем слова.
За пределами камеры я положил ладонь между его лопаток, когда он повернулся лицом к спине, и надавил чуть сильнее обычного, пользуясь моментом, чтобы впитать ощущение его и силу под моей рукой. Проблески фантазий мелькали в моей голове. Я представлял, как схвачу его за подбородок и поверну к себе лицом, чтобы ощутить его вкус и провести языком по полной нижней губе. Я представлял, как удерживаю его у стены и вхожу в него, ощущая, как его тело капитулирует подо мной.
Я зажмурил глаза и затолкал свои желания под замок. Моя ладонь на спине Бишопа дернулась, и я самую чуточку двинул пальцами по его шее — крохотная ласка по его обнаженной коже. Дразнение.
Деррик позаботился о ножных оковах Бишопа и хлопнул меня по руке, когда все было готово. Туман, в котором я витал, придавал всему происходящему сходство со сном.
Когда мы развернулись, чтобы повести Бишопа по ряду, Хавьер поймал меня за рукав и наклонился поближе, прошептав на ухо:
— Тебе бы сбавить обороты.
Я оттолкнул его, проигнорировав предостережение, и мы пошли дальше. Деррик болтал так, будто Бишоп не шагал между нами двухметровой стеной, и меня несказанно беспокоило то, что он вел себя, будто Бишопа тут не было.
— Тебе нравится футбол, Миллер? Я большой фанат «Ковбойс». Жду не дождусь начала сезона. У меня хорошее предчувствие насчет этого года. Ковбои выиграют. Ты, наверное, фанат «Лайонс»?
— Честно говоря, не особо слежу за футболом. Если наткнусь на матч, то посмотрю, но в целом не слишком фанатею.
— Черт. Жалко. Я подумывал организовать ставки с парнями, работающими в отсеке смертников. Ты бы такое сделал? Присоединился? Думаю, тебе стоит. Может, я даже буду собирать гостей у себя дома на воскресные матчи, если мой сосед по комнате не будет возражать. Спрошу у него.
Деррик продолжал болтать, но я лишь мельком уделял внимание, пока ключ-картой открывал нам доступ к отдельным комнатам для посетителей.
Как только Бишопа усадили на стул перед окном я повернулся к Деррику и выпрямился в полный рост, выкатив грудь колесом и добавив нотки авторитета в свой тон. Рангом я был не выше его, но не хотел и не нуждался в том, чтобы он сомневался в моих приказах.
— Ладно. Мы тут закончили. Почему бы тебе не перекусить быстренько? Я сделаю то же самое, — это не было вопросом.
— О да. Умираю с голода. Где встретимся после?
— Свяжись со мной по рации.
— Без проблем. Ладно. Ты ешь в комнате для персонала? Можем пойти вместе.
— Мне сначала надо кое-что сделать, но через несколько минут, может, увидимся.
— О, ладно.
Он пошел к двери, ведущей из комнат для посещений, и я последовал за ним. Я подождал, пока он уйдет по коридору и скроется за углом, затем повернулся обратно к Бишопу. Он был все еще скован по рукам и ногам и прикован к полу, но на его лице играла кривая улыбка во весь рот.