Боксер 4: Назад в СССР
Рафаэль Дамиров, Валерий Гуров
Боксер 4: Назад в СССР
Глава 1
Как я и предполагал, разговор с дружинниками вышел недолгим. Им, по всей видимости, тоже не хотелось тратить свой вечер на возню с такой толпой рослых парней. Угрожать-то им вряд ли что угрожало (хотя от Димкиных дружков вообще-то можно было ожидать чего угодно), но все же одно дело – отвести за ухо малолетнего хулигана, разбившего окно футбольным мячом, и совсем другое – задерживать такую ораву. Дружинники тоже не дураки – наживать себе врагов среди дворовых отморозков за здорово живёшь не будут. Да и на кубинцев эти ребята смотрели с настороженностью…
Домой, то есть в общежитие, мы шли уже все вместе, не прячась и обмениваясь впечатлениями от такой встречи.
– Ребята, – проникновенно произнес я, оглядел своих друзей и добавил: – И сеньоры! Я очень признателен вам за поддержку. Благодаря вам мы дали хороший отпор этим придуркам. Все прошло на высшем уровне! Спасибо!
Я приложил руку к груди. Что не мог сказать словами – говорили мои жесты и лицо, но всех языках сразу.
– Да ладно тебе, Миха, – скромно проговорил Шпала и потрогал свой нос – снова ему досталось. – Мы же все-таки все свои. А значит, все остальное неважно, когда угроза общая.
– Вот именно, – поддакнул Лева. – А то, знаешь ли, сегодня они на тебя наехали, завтра на меня, послезавтра на кого-то еще… Так и будут по одному нас выдергивать. Таким надо сразу объяснять, что не на тех нарвались!
– Слушай, – сказал вдруг Сеня, озабоченно вглядываясь в мое лицо. – Давай-ка я побегу вперед и поищу аптеку. Просто так вот это у тебя не пройдет, – он показал пальцем на мою рассеченную бровь, к которой я прикладывал платок.
Ладно ещё, у кого-то из пацанов он нашёлся в кармане.
– И что ты собираешься с этим делать? – усмехнулся я.
– Ну хоть помазать чем-нибудь! – возмутился Сеня. – Ведь завтра же тренер увидит!
Это был аргумент. Конечно, бесследно сегодняшняя «встреча» с дембелем все равно не прошла. Но усугублять ее внешние признаки все-таки не стоило. Тем более что кровь все еще шла, и неизвестно, когда она остановится, если все пустить на самотек. Поэтому я пожал плечами, как бы говоря Сене: делай, что хочешь. И он, восприняв это как призыв к действию, тут же растворился в московских переулках.
Я перевел взгляд на кубинцев. К моему удивлению, эти ребята в цветных майках и футболках выглядели так, будто у всех у них сегодня – день рождения, и им только что навалили кучу подарков. Особенно сиял Стивенсон, идущий по улице с такой гордостью, словно победил всех негодяев в городе в одиночку.
Я почти увидел развевающийся за его спиной плащ.
– Вы уж извините, что так все вышло, – неуверенно заговорил я. – Я понимаю, что для гостей страны это сомнительное развлечение, вы хотели мне помочь, а тут эти…
Я поморщился, вспомнив высокомерные рожи Димкиных друзей.
– Да ты что! – искренне удивился Стивенсон, услышав от меня такие речи. – Все как раз наоборот! Мы только что между собой обсуждали, что все было очень круто! Вот жалко только, что как следует кулаки об этих придурков почесать не получилось.
– В смысле? – не поверил я своим ушам. – Вы это сейчас серьезно?
– Абсолютно! – кивнул Стивенсон. – Ты знаешь, у нас ведь на Кубе это вообще привычное дело. Или ты думаешь, мы только на ринге деремся? Нет уж!
В их среде раздались смешки.
– Нет, ну я понимаю, что в жизни бывают разные случаи… – заговорил я.
– Случаи – это случаи, – увлеченно перебил меня Стивенсон. – Но, понимаешь ли, как у нас принято. Если так сложилось, что ты владеешь боевым искусством, то будь готов применить свои навыки и в жизни! Нет, конечно, не просто так. Без повода кулаками машут только круглые идиоты, и не надо на них равняться. Но если у тебя на глазах творится несправедливость, то должен же кто-то вступиться за того, кто сам этого сделать не может! Или за того, против кого выступают превосходящие его силы.
– Вот это да, – с восхищением сказал я. – Да у вас, получается, бокс – это целая философия!
– Ну да, – довольно ответил Стивенсон. – А ты как думал? Просто так морду лупить любой дурак сможет. А ты, если считаешь себя настоящим бойцом, а не теми пустыми выпендрежниками, которые тебя на эту стрелку пригласили, должен всегда понимать, во имя чего ты сражаешься и с кем. Осмысленность и отличает профессионала от дилетанта.
– Да, у этих ребят с осмысленностью как раз туго, – усмехнулся я, снова вспомнив дикие рожи, которые корчили друзья дембеля перед тем, как накинуться на меня.
Стивенсон довольно хмыкнул – видимо, подумал то же самое.
– У них есть природная физическая сила, – объяснил он. – И некоторые навыки в технике боя. И теперь они думают, что этого достаточно, чтобы покорить мир. Но поверь мне, парень – таким дурачкам сама жизнь очень быстро объясняет, что они неправы. И объясняет так убедительно, что лучше бы до этих объяснений не доводить…
– Это не про них, – согласился я. – Эти обязательно доведут.
– Наверняка, – подтвердил Стивенсон. – Но согласись – это уже будут их личные проблемы, о которых нам с тобой печалиться не стоит.
Мы остановились у дверей общежития.
– Ну что ж, Михаил, – Стивенсон протянул мне руку. – Еще раз спасибо тебе за приглашение. Уже поздно – и тебе, и нам пора по домам, точнее, по местам нашего ночлега. Я уверен, что мы еще встретимся с тобой на соревнованиях! Во всяком случае, я буду ждать этого с большим интересом.
– Спасибо, – учтиво ответил я. – Ваше расположение для меня очень важно и ценно.
Остальные пацаны тоже выдали что-то подобное. Соблюдя таким образом светский этикет и пожав друг другу руки, мы распрощались с кубинцами.
Удаляющихся гостей столицы едва не сбил с ног метеор по имени Сеня, который, судя по всему, все-таки нашел поблизости аптеку – в руке он, как факел, гордо сжимал зеленку и бинт.
– И что ты намерен с этим делать? – скептически хмыкнул Лева, глядя на его покупку.
– Как что? – удивился Сеня. – Обработать Мишкину бровь, конечно!
Ну да, так оно будет меньше заметно, конечно.
– Что-то мне подсказывает, что это будет примерно как подорожником пулевое ранение лечить, – хмуро отозвался Лева. – Я с таким сталкивался много раз, и знаю, о чем говорю. Дай-ка я посмотрю!
Он взял меня за подбородок и внимательно всмотрелся в мою бровь.
– Ну да. Как я и предполагал, – выдал свое авторитетное заключение Лева. – Твоя зеленка тут не поможет. Здесь только зашивать. И зашивать нужно быстро, в первые пять-шесть часов, и это максимум! А у нас тут уже, между прочим, больше часа прошло.
– А почему потом-то нельзя? – удивился Сеня.
– Потому что потом такая рана будет считаться инфицированной, – объяснил Лева с видом человека, смертельно уставшего от необходимости разжевывать очевидные вещи. – За это время туда может поналететь всякой заразы, и будет еще хуже. Тогда уж точно только на операционный стол. А этого, я так полагаю, мы не хотим.
Этого «мы» действительно не хотели. Только вот динамовский медпункт был уже давно закрыт. Да если бы он и был открыт – светиться там с такой травмой означало самому себе создать крупные неприятности. Никто не поверит, что это так с кровати во сне упал.
– Тогда что остается? – начал я размышлять вслух. – Ехать в больницу, в травмпункт?
– А ты знаешь, где здесь этот травмпункт? – спросил Лева.
– Нет, – признался я.
– Вот и я не знаю, – ответил он. – Зато слышал, как кого-то из наших с ушибами туда не повезли, потому что далеко. Значит, пешком ты туда не дойдешь. А пока будешь выспрашивать у прохожих, где он находится, и искать, как туда добраться – уже и поздно станет.
– А потом, не забывай, что ты несовершеннолетний, – встрял в разговор Шпала. – Они обязаны будут сразу сообщить о случившемся по месту твоего пребывания. То есть, опять-таки, тренерам.