Аристократ на отдыхе. Том седьмой (СИ)

Мысль зацепилась за эти слова.
Но тут я увидел сквозь дождливую темноту свет автомобильных фар. Наверняка, это отец Иннокентий торопится увидеться со своим демоном.
Я поставил пустую чашку на перила и пошел навстречу священнику.
Как и в свой первый приезд, отец Иннокентий остановил машину за воротами. Не стал въезжать во двор без приглашения. Только дверь его новой «колесницы» больше не заедала, так что когда я подошел, священник уже нетерпеливо расхаживал возле машины.
Длинная борода священника мокла под дождем, но он не обращал на это внимания.
— Никита Васильевич, я думал, что ты погиб! — бросился он ко мне.
— С чего это? — удивился я. — Просто поиски заняли немного больше времени, чем я предполагал.
— А Авессалом жив? Где он?
— Он здесь, — сказал я. — Вот об этом я и хочу с тобой поговорить. Ты же помнишь, отец Иннокентий, что демоны могут выходить из своей аномалии только при помощи Одержимых?
— Я забыл об этом, — растерянно сказал священник. — Значит, он сейчас в другом теле?
Я не видел смысла скрывать от отца Иннокентия правду.
— Да. В теле того блаженного, который сбежал от нас возле церкви. Это и был Авессалом.
— А почему он сбежал? — встревожился священник. — С ним что-то не так? Или этот человек его заставил?
— Это долгая история, — махнул я рукой. — У вас еще будет время все обсудить. Просто имей в виду, что твоего демона никто не похищал. Скорее, наоборот.
Но мои слова расстроили священника еще больше.
— А Авессалому за это ничего не будет? — спросил он.
Я покачал головой.
— Нет. Ладно, идем.
Вряд ли Авессалом услышал шум подъезжающей машины. Скорее, что-то почувствовал и тоже вышел на крыльцо.
— Авессалом, — сказал священник, глядя на него.
— Отец Иннокентий, — нерешительно ответил демон.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
— Ты не станешь ругать меня за то, что я воплотился в человека? — наконец, спросил Авессалом. — У меня не было другого выхода.
— Почему ты не сказал мне, что тебе угрожает опасность? — с горечью спросил отец Иннокентий. — Мы бы вместе что-то придумали. Зачем ты сбежал молча?
— Не мог я по-другому, — повторил Авессалом. — Не хотел, чтобы он добрался до тебя или твоей семьи.
— Кто? — нахмурился отец Иннокентий.
— Сейчас это неважно, — вмешался я. — Но Авессалом поступил правильно.
Авессалом с благодарностью взглянул на меня. Потом сделал шаг навстречу священнику, и отец Иннокентий обнял его.
— Я думал, что ты погиб, — пробасил он.
Я с трудом сдержал улыбку.
Священник искренне переживал за демона. Бывают же чудеса на свете!
— Идем в дом, — сказал я. — Незачем мокнуть.
— Ты отпустишь Авессалома со мной, Никита Васильевич? — спросил священник.
— Нет, — честно ответил я. — Он мне еще нужен. Кроме того, тебе придется уехать из дома и увезти свою семью. И не возвращаться до тех пор, пока я не разрешу. Тебе есть, куда поехать? Если нет — переселяйся на это время ко мне, места хватит.
— Зачем это? — удивился священник. — А кто будет служить в храме?
— Это не обсуждается, отец Иннокентий, — строго сказал я. — Ты пришел ко мне за помощью, вот и не мешай помогать.
— Лучше сразу поселить их здесь, — посоветовал Умник. — Этот демон хитер, он может взять семью священника в заложники.
— Ты прав, — согласился я.
И сказал отцу Иннокентию:
— Да, лучше тебе сразу остаться здесь. Твою семью тоже привезут сюда, я сейчас распоряжусь. А ты позвони им и предупреди, чтобы срочно собирали вещи.
На этот раз отец Иннокентий не стал спорить. Молча кивнул и достал свой магофон.
— Только ничего им не объясняй, — предупредил я. — Скажи, что машина подъедет через полчаса.
— Хорошо.
Отец Иннокентий принялся набирать номер, а я вернулся в дом и нашел Арсения. Он могал Алене Ивановне убирать со стола.
— Съезди за семьей священника, — попросил я его. — Привези их сюда. Адрес отец Иннокентий тебе подскажет.
— Сделаю, Никита, — покладисто кивнул Арсений и сразу же пошел заводить машину.
  
Пока Арсений привез жену священника и его ребятишек, пока мы их напоили чаем и расселили по комнатам — время уже перевалило далеко за полночь.
Полина давно ушла к себе. Костя Захаров исчез вслед за ней. Смылся быстро и ловко, обойдясь без своих привычных шуточек.
Мы с Кирой тоже поднялись наверх.
— Не зажигай свет, — попросил я.
Щелкнул пальцами, выпуская крохотный огненный шар точно в черную пасть камина. Дремавшие огненные элементали проснулись и начали свой привычный танец. В комнате повеяло теплом, по стенам заметались тени.
— Хорошо, — улыбнулась Кира и села рядом со мной на кровать. — Никита, ты завтра опять уедешь?
— Да, — честно признался я. — Понимаешь, Кира, есть такие дела, которые никак нельзя бросать на половине дороги. Например, уничтожение темного демона.
— Я понимаю, — вздохнула Кира. — И так будет всегда?
— Пока не кончатся темные демоны, — улыбнулся я. — Или пока я не отыщу портал, через который они проникают в наш мир и не заделаю его.
— А вдруг в этом портале сидит что-то очень страшное? И именно оно отправляет к нам темных демонов.
— Я очень на это надеюсь, — рассмеялся я, обнимая Киру за плечи. — Тогда у меня будет возможность закончить все быстро и легко.
— Тебя это забавляет? — нахмурившись, спросила Кира.
Но я видел, что в уголках ее губ прячется улыбка.
— Конечно, — уверенно ответил я. — Это моя жизнь, как она может мне не нравиться?
Холодный осенний дождь скребся в стекло. А в комнате было тепло и уютно.
— Я привыкну, — решительно сказала Кира. — Обязательно привыкну. Только… я так скучала без тебя все эти десять дней.
— А это мы сейчас исправим, — улыбнулся я.
  
Глава 16
 
Утром я проснулся от холода. Оказывается, Кира во сне стянула с меня одеяло и уютно завернулась в него. Наружу торчал только кончик носа.
Я попытался отвоевать одеяло — сначала уговорами. Но Кира только ворчала, даже не думая просыпаться. Тогда я потянул за кончик одеяла — не тут-то было! Новоиспеченная баронесса Волкова крепко держалась за свой трофей, так что мне пришлось отступить.
Борьба за одеяло помогла мне проснуться, но не согреться. Огненные элементали в камине тоже дремали — им-то было тепло!
Я машинально щелкнул пальцами, элементали встрепенулись и принялись за работу. А я окончательно проснулся, вылез из кровати, подошел к окну и заулыбался.
На дворе лежал первый снег.
Вообще-то, я не очень люблю зиму. Не из-за холода. Зимой слишком мало солнца и света, вот что мне не нравится.
Но первый снег — это всегда особенное событие. Он прячет под собой неприглядное осеннее месиво, и земля становится наряднее.
Улыбаясь, я натянул одежду и спустился вниз. Там, в кухне, меня ждала теплая печка и чашка горячего крепкого кофе с молоком. Что может быть замечательнее?
— Спасибо, Алена Ивановна! — поблагодарил я нашу призрачную домохранительницу.
Достоевская улыбнулась в ответ, продолжая вымешивать крутое тесто. Рядом с ней стоял наготове большой тяжелый противень, а в плите уже гудел огонь.
— Пирожки? — с надеждой спросил я.
— Сырники со сметаной, — не отрываясь от дела, ответила Алена Ивановна.
— Это еще лучше, — убежденно кивнул я.
И отправился с чашкой в руках на террасу, заранее содрогаясь от холода. Но традиция есть традиция, а воспаление легких мне не грозило. Зря, что ли, я приютил внутри себя столько демонов Огня?
Когда я, продрогнув и налюбовавшись первым снегом, вернулся в столовую, там уже сидели отец Иннокентий и Авессалом. И не просто сидели, а наперегонки таскали с огромного блюда поджаристые сырники и увлеченно макали их в густую сметану.