Покорить Генерального (СИ)

— Да лааадно! — удивился Дубинин. — Объяснись, — потребовал, посмотрев куда мне за спину.
— Всегда можно найти спонсора, вроде вас. Деньги — это просто деньги. Если очень постараться, можно найти и хорошего управленца, как Мерзликин Гордей. Но тот, без кого вы оба просто офисные клерки, ничем особым не выдающиеся — это Громов. Так что не надо… — стукнула кулаком по столу. — Не надо на моего босса гнать волну! Побольше уважения!
— Я его очень уважаю, а тебя просто еще больше уважаю и каяться готов! Прости, что я нес чепуху, подхватил треп Грома, у него язык без костей, такого наговорил, — махнул рукой Дубинин.
Махнул и опустил ладонь за мою спину, присел поближе.
— Его мнения я не разделяю! — посмотрел на меня плотоядно. — Красоту прятать нельзя. Тем более, такую роскошную, горячую! Я просто пышу жаром рядом с тобой… Давление скачет… — потянул мою ладонь к себе на грудь. — Послушай, как рокочет мотор! Признай, что Громов бывает мудаком…
— Иногда.
— Брось, что ты стесняешься. Давай, скажи это вслух, полегчает! Выплеснись…
— Хорошо. Громов — козел… И… Мудак! — добавила громче.
— К счастью, я совсем не такой! Давай все прошлые обиды просто выкинем из головы. Мир? Мир! Пьем на брудершафт! — потребовал Ростислав.
Он так быстро все провернул, что я и опомниться не успела, как он меня…
Поцеловал!
— Значит, вот как ты помогаешь… ему… с работой! — прогрохотал над нами сердитый голос Громова.
 Глава 28 
Глава 28
Виола
Я отпрянула от губ Дубинина, тот ухмыльнулся и посмотрел в сторону моего злющего начальника — мрачного, как грозовая туча.
— Гром? — ахнула. — Что вы здесь делаете?
— Да, Гром… — поддакнул Дубинин. — Что ты здесь забыл?
— Свою женщину я здесь забыл.
Ох… Я вскочила с диванчика, но, услышав эти слова, рухнула обратно, как подкошенная, и посмотрела по сторонам.
Своя женщина — это Громов обо мне?! Обо мне, что ли?!
Вдруг говорит о другой, засомневалась я, но в ответ Громов на меня так страшно и собственнически зыркнул, что мое сердце оплавилось куском меда в кипятке.
— Моя женщина! — громко заявил босс. — И рядом с ней — туша. Больно знакомая. Кажется, другом называлась. В прошлом… — процедил последнее сквозь зубы Громов.
— Как ты меня назвал? — вскочил с дивана Дубинин и толкнул Громова в грудь. — Слишком долго ты свой член из трусов достаешь. Эту горячую малышку давно пора покатать на большом и комфортабельном роллс-ройсе, а не на твоем… дерганом мотоциклете-пердулете! Еще из детских штанишек не вырос, мальчишка.
— Виола, отойди. Сейчас будет падать шкаф. Может придавить.
— Отойди, малышка! — прогудел Дубинин. — Сейчас эта фанера с таким свистом пролетит, укладку тебе ветром испортит!
— Ты напросился! — рявкнул Громов и виртуозно прокрутил вертушку, пнув Дубинина по лицу.
Ногой.
Мамочки, я такое только в кино видела!
Думала, знала о Громове все, но точно не знала, что он какими-то единоборствами владеет.
Кажется, в воздух взлетели не только капли крови, но и вылетели зубы.
Парочку.
Дубинин моргнул пару раз, потом взревел и кинулся в драку. Я с ногами запрыгнула на диван, сжимая в левой руке вилку, на которую так не успела взять салатика.
В ответ Дубинин швырнул столик в сторону и бросился на Громова.
Может быть, Громов и виртуоз, но Дубинин — объективно, разъяренный слон. Или мамонт. Кажется, мамонты были крупнее. К тому же он волосатый… Точно, мамонт!
В моей голове промелькнули все наши совместные приятные моменты с Громовым. Как будто целая жизнь пронеслась из стоп-кадров. Стало обидно, если я вдруг лишусь этого невыносимого, но такого неповторимого мужчины. Даже как босса.
Очень… Очень жалко!
Завязалась жестокая драка. Нужно было что-то сделать, чтобы Дубинин не успел вломить Громову. У него кулаки размером с голову теленка. Сотрясение мозга моему боссу ни к чему.
Окружающие гости повскакивали со своих мест и предпочли с визгами броситься врассыпную, чтобы не попасть под горячую руку.
 
Кто-то вызывал полицию.
Знаю я, как “быстро” они приезжают на вызов, ага…
Надо разнять!
Но как?! Я же… Я же девочка!
Поэтому я не придумала ничего лучше, чем сжать покрепче вилку и пырнуть ею Дубинина в зад.
Простите, Ростислав, но все-таки мои симпатии на стороне Громова.
Дубинин взвыл, обернулся, посмотрел на меня в шоке:
— И ты, Брут? Это что, нож?
Воспользовавшись паузой, я спрыгнула с дивана, бросившись к Громову, который явно хотел навалять другу еще немного.
Ох, драчун! Я и не подозревала, что он — такой!
Пришлось прыгнуть и повиснуть на его шее, всем телом приникнуть, чтобы лишить его возможности драться. К тому же Дубинин не стал бы вредить девушке. Почему-то я была очень в этом уверена!
— Отпусти! Отпусти… Я… — задушенно заклокотали слова в глотке Громова.
— Кажется, ты свою женщину приехал забирать? Так забирай! — предложила я.
— Ты пьяная и целовалась с другим! — психанул Громов.
— А ты… Ты вообще полгорода перетрахал!
— Это другое! Это другое… А тут — ты… Ты и мой друг! После всего, что я тебе предложил. После всего, в чем я признался…
— Ах, другое? Тьфу! Все, передумала я. Не надо меня забирать! Я сама по себе. Ясно?
Я оттолкнула Громова изо всех сил, принялась искать свою сумочку.
— И с вами, Ростислав, я больше ни-ни! Вы специально все это подстроили. Явно видели, что Гром к нам и шел и нате, брудершафт! — разозлилась я.
— В таком деле клювом щелкать нельзя! — отозвался Ростислав.
— Да не хотела я с вами целоваться…
— И надо мне за это в зад… вилкой тыкать, что ли? Виола вилкой… — то ли заохал, то ли засмеялся Дубинин.
— Где моя сумочка? — спросила я. — Там мой телефон, документы. Где моя…
— У меня, — раздался голос Громова. — Поехали.
— Отдайте. С вами не поеду.
— Что? Мы снова на “вы”? — разозлился. — Сюда иди, быстро! Я за тобой приехал и без тебя не поеду.
— Телками своими так командуйте, а Виолетта Кресс говорит вам твердое “ИДИТЕ В ЖОПУ!”
— Так я и пойду. Но сначала я эту жопу… которая мне только и снится, так отшлепаю…
Мы принялись кружить вокруг дивана и перевернутого стола. Я пыталась убежать, Громов пресекал мои попытки, загоняя добычу, то есть меня, в угол.
И загнал же! Сдавил ладонями за талию и вбил в угол своим телом.
— Ну что, Виолетта Кресс. Готовь жопу, в которую ты меня послала.
— Надо было на хуй послать. К Дубинину. Пошли бы? — предложила дерзко.
— Только чтобы оскопить засранца. Чтобы руки к тебе тянуть не смел! Пошли… Или я тебя здесь… — наклонился и укусил меня за шею.
Я хлопнула его по щеке.
— Только трах тебя и интересует! Козел… Сам же отказался сегодня. Думаешь, мне приятно… Приятно?! Отказался, вот и нечего меня лапать! Больно!
Я взвыла, потому что Громов все же умудрился развернуть меня к стене лицом и огреть по заднице.
Рука у него была тяжеленная! Слезы из глаз брызнули.
Толкнула локтем босса, пытаясь уйти, он снова зажал меня в углу, обнял, спеленав руками, как будто веревками.
— Прости-прости, больно? Больше не буду. Не выводи меня из себя, прошу. Очень прошу, Виола.
— Ты. Меня. Послал, — повторила я со слезами.
— Да не посылал я тебя! — снова взорвался. — Ты же внимательная. Ты как мою записку читала? Я же сказал, что приглашу тебя. Позднее. Сам… Все! Это значит, гребаное свидание. Не заметила, что ли? Ты хоть представляешь, как мне пиздецки обидно! Я тебе свидание назначил, я никому свидания не назначал! Но ты выбрала… другого… Член посговорчивее?
— Не выбирала я его, просто решила в караоке погорланить, встряхнуться! Все, отпустите.
— Не отпущу. Тебя вообще отпускать на метр нельзя. Даже не надейся…
— Вообще-то приехала полиция. За зачинщиком происшествия. Но вы воркуйте, голубки. Воркуйте, пока я ранен! — прокрчичал издалека Дубинин.