Праздничная связь (ЛП)

Я не маленький, но Хантер просто огромный, и вскоре мне требуется кислород.
— Хантер, — хриплю я. — Мне нечем дышать.
— Прости, детка, — он приподнимается, и я делаю спасительный вдох.
Почему он вдруг называет меня «детка»? 
Но он не дает мне озвучить вопрос. Хантер опускается, накрывая мои губы своими, целуя медленно и чувственно до тех пор, пока я полностью не утопаю в нем. К тому времени, как он отпускает меня, мы оба выглядим слегка обескураженно.
  
— Пойдем, — говорит он и сползает с кровати. — Надо привести себя в порядок. Мне нужно время перед вторым раундом. Предлагаю немного вздремнуть.
— Сон для тебя – решение любой проблемы?
— Чаще всего, да, — он помогает мне подняться с кровати и ведет в ванную, как будто был в моей квартире уже миллион раз. — Я устал, — говорит он и снимает презерватив, бросив его в мусорное ведро, а затем хватает полотенце, смачивает его и вытирает мой живот. — Пойдем в постель.
Мои глаза расширяются от шока.
— В постель?
— Я же говорил, мне нужно вздремнуть, — отвечает Хантер, нахмурившись. Время близится к полуночи, и ситуация начинает напоминать вечеринку с ночевкой. Я прикусываю губу, и Хантер вздыхает, протягивая руку, чтобы освободить ее. — Перестань слишком много думать, Финн. Просто немного поспим, хорошо?
Наконец, я киваю. Мне кажется, мы не просто немного поспим, в чем я окончательно убеждаюсь, когда он ложится позади и, обняв своей тяжелой рукой, притягивает к себе, прижимаясь своим обнаженным торсом к моей спине. Его кожа ощущается обжигающе горячо, а дыхание замедляется в течение нескольких секунд. Тем временем у меня голова буквально идет кругом. Из всех людей на свете именно Хантер подарил мне лучший в жизни секс, и теперь я лежу у себя в постели в его объятиях. Если бы вчера у меня спросили, возможна ли такая ситуация, я бы рассмеялся. А сейчас я просто в замешательстве.
«Всего лишь одна ночь», — напоминаю я себе.
Ничего особенного.
Глава 4
Финн
От тихого щелчка закрывающейся двери я просыпаюсь, и сонно оглядываюсь по сторонам. В квартире тихо и массивного двухметрового тела, в объятьях которого я вчера вырубился, рядом нет. Несколько раз потерев лицо руками, я понимаю, что звук, разбудивший меня, вероятно, издал убегающий Хантер. С одной стороны я понимаю, что все нормально, но с другой… не могу избавиться от легкого чувства разочарования, поселившегося глубоко внутри.
Всего одна ночь. Таким было соглашение. Блять, я ведь сам озвучил условия, так что у меня нет никакого права расстраиваться. Нужно сходить в душ, чтобы собраться с мыслями. Между нами ничего не изменилось, и мне жизненно необходимо напомнить себе об этом.
Высвободившись из-под простыней, я заставляю себя подняться на ноги. Каждый дюйм кожи все еще чувствителен и в голове проносятся яркие воспоминания о том, как Хантер касался и ласкал меня повсюду. Решительно тряхнув головой, я прогоняю призрачные прикосновения, которые все еще ощущаются в тех местах, которым он поклонялся. Именно так я себя и чувствовал, словно он благодарен за возможность быть со мной, что не имеет совершенно никакого смысла. Просто разовая связь. Не более того.
— Возьми себя в руки, — шепчу я под нос.
Вздыхая, я встаю с кровати и беру сменную одежду. Схватив пару спортивных штанов и футболку, я голышом иду в ванную, которая, к слову, размером не больше спальни, и закрываю дверь. Даже не смотря на тепло, исходящее от батарей на стенах, прохлада снаружи просачивается внутрь, охлаждая плитку на полу, отчего все мое тело покрывается мурашками. Включив душ, я регулирую температуру до тех пор, пока пространство не заполняют клубы пара, а затем встаю под обжигающие струи.
Не могу точно сказать, сколько времени пробыл в душе, пока скрип открывающейся двери не заставляет меня повернуться в сторону источника звука. Прищурившись, я пытаюсь разглядеть хоть что-то через запотевшее стекло.
Хантер стоит в комнате и его присутствие напрочь сбивает меня с толку…
— Что ты здесь делаешь? Мне казалось, ты ушел.
Дверь кабинки открывается, и он каким-то образом втискивает свое гигантское спортивное тело позади меня.
— Подвинься вперед. Я ужасно замерз.
Делая именно так, как он говорит, я оборачиваюсь через плечо и повторяю свой вопрос.
Он бросает на меня странный взгляд.
— Я выбежал за кофе и выпечкой. Разве ты не видел мою записку?
— Э-э, нет, — лепечу я, все еще пытаясь понять, почему Хантер залез ко мне в душевую кабину. Но гадать долго мне не приходится, потому что… он скользит руками по моим бедрам, и нежно целует в шею. Я чувствую спиной его твердеющий член, когда он протягивает руку вперед, хватая с полочки гель для душа.
— Не волнуйся, я позаимствовал твои ключи, чтобы не оставлять дверь открытой, — продолжает он, намыливая руки.
— Ты взял мои ключи, — тупо повторяю я, но отвлекаюсь, когда он проводит руками по моей коже. — И только что захватил душевую кабину.
— Именно. Нужен был кофеин и еще я проголодался. Подумал, что ты, возможно тоже, — он обхватывает мой член, который обеими руками за присутствие Хантера рядом. Одобрительно помычав, он поглаживает меня, и из моего горла вырывается стон. — А потом я увидел, что ты пошел в душ и подумал, что присоединиться к тебе будет отличной идеей. Боже, как же невероятно ты ощущаешься… — он продолжает медленно двигать рукой вверх-вниз по моей длине, заставляя забыть о том, что я вообще-то бешусь из-за того факта, что он всегда делает то, что хочет. Еще один стон срывается с губ, и Хантер стонет в ответ. — Мне нравятся звуки, которые ты издаешь. Кончишь для меня, Финн?
Позлюсь на него позже. 
— Хантер... — дальнейшие слова застревают в горле, потому что свободную руку он кладет на мою задницу, дразня чувствительную кожу, но не проникая внутрь. Его прикосновения сводят с ума. Гортанные звуки вырываются из глубины груди, пока он продолжает мучать меня своими умелыми пальцами. Все тело движется в заданном Хантером ритме. Прежде чем меня накрывает порыв попросить его остановиться, яйца напрягаются. — Сейчас кончу, — бормочу я сквозь рваное дыхание.
Он шепчет проклятья и, усилив хватку, проталкивает кончик пальца внутрь меня. Легкий укол боли – все, чего мне не доставало, и, откинув голову назад к его груди, я кончаю.
— Так блядски горячо, — шепчет он мне в шею, пока я пытаюсь прийти в себя. И когда я поворачиваюсь, чтобы отплатить ему тем же, он отталкивает мои руки. — Чуть позже, позволь мне сначала вымыть тебя.
Позволить ему вымыть меня? Разве он обязан? 
Я решаю не спрашивать, потому что солгу, если скажу, что мне не нравятся ощущения, когда он полностью сосредоточен на моем теле.
Как только он решает, что я достаточно чистый, то шлепает меня по заднице, и я дергаюсь от внезапной небольшой боли. У меня даже нет сил разозлиться, поэтому я поворачиваюсь и, прислонившись к стене, наблюдаю, как Хантер намыливает свое мускулистое тело. Я слишком устал, чтобы притворяться, что мне не хочется смотреть.
— Если не перестанешь пялиться, то снова возбудишься, и мы никогда отсюда не выйдем, — произносит он с улыбкой, от которой на щеках появляются ямочки.
Самоуверенный ублюдок. 
Я закатываю глаза, и он выключает воду. У Хантера довольно длинные руки, поэтому ему достаточно просто потянуться, чтобы снять два полотенца с крючка рядом с кабинкой. Мы оба вытираемся, и я прохожу в свою комнату за одеждой, в то время как Хантер выходит из спальни на кухню в одном лишь полотенце, повязанном вокруг бедер.
Одевшись, я иду следом за ним и вижу, что он развалился на диване, скрестив лодыжки на черном кофейном столике. Там же стоит стаканчик с кофе, и Хантер как раз закидывает в рот большой кусочек чего-то похожего на черничный кекс.
— Ты сегодня устроил бойкот одежде? — спрашиваю я, взяв со стойки кофе и булочку. До сих пор не понимаю, почему он все еще ошивается здесь, ведь мы договаривались только на одну ночь.