Спаси моего сына (СИ)

Трогаю ее. Целую. Глажу. И так по кругу. Я уже не считаю, лишь заставляю голубоглазку принимать те позы, в которых хочу ее видеть.
Под конец Аленка лежит на животе и уже практически пищит, чувствуя, как я наваливаюсь большей частью своего веса на нее. Она вся в моих отметинах. Я не упустил ни единого сантиметра ее кожи.
Она пытается закрыться от меня, пытается спрятаться, а я кайфую, видя ее такой.
Со спутанными волосами и размазанным макияжем. Уставшую, совершенно без сил.
— Мне…мне нужно в душ…
— Потом сходишь.
Она сжимает бедра, закусывая нижнюю губу.
О, я знаю, малышка. Знаю, что вся защита осталась в ящике комода.
Это что-то такое первобытное, когда я хочу знать, что в эту самую минуту Алена вся пахнет мной.
— Камиль… — едва не всхлипывает голубоглазка, по новой ощутив мою ладонь на бедре.
— Тихо, девочка. От тебя ничего не требуется, — я прижимаюсь к ней сзади, подтягиваю к себе, и все начинается сначала. — Вот так, малыш. Просто впусти меня.
Когда Алена засыпает, я выхожу на балкон, чтобы выдохнуть. Мне нельзя сейчас рядом с ней, потому что я не могу остановиться. Как с цепи сорвался. У меня даже в пятнадцать такого не было, чтобы от одного взгляда все в теле начинало бурлить.
Смотрю на ночной город и думаю над тем, что хотел бы встретить Аленку раньше. Хотел бы защитить ее от этого мира подонков и уберечь от всей той боли, что сейчас грузом лежит на ее плечах.
  
Глава 32
 
Алена 
У меня все болит после нашей с Камилем ночи. Даже те мышцы, о наличии которых я раньше и не подозревала.
Это было… Я даже слов подобрать не могу. В голове не укладывается. Никогда не думала, что пойду на такое, находясь в официальном браке. Но я просто не смогла отказать этому мужчине.
От каждого его прикосновения во мне вспыхивали новые искры, и под конец их стало так много, что я едва могла выносить это. Интересно, а у Камиля всегда такие аппетиты? Как он ведет себя с другими женщинами?
Черт, я не имею права ревновать его, но все равно ревную. Не хочется думать, что для него это лишь мимолетное приключение, к которому он не относится с особой серьезностью.
Потому что для меня произошедшее между нами впервые. Я никогда не испытывала такого с Ратмиром. Мой муж заботился только о себе с самого начала, но, будучи наивной неопытной девочкой, я об этом не знала.
Камиль открыл для меня совершенно иные грани. И это касается не только физического влечения, хотя и его нельзя не брать во внимание. Он стал для меня первым мужчиной, рядом с которым мое сердце замирает.
Нахожу рубашку Камиля. Ткань приятно обволакивает мое тело, она все еще хранит запах своего хозяина, и у меня опять начинает кружиться голова. Ноги едва держат, когда я иду в гостиную.
Камиль сидит за ноутбуком на диване. Работает, наверное. У него между бровями залегла хмурая складка, и мне хочется провести по ней пальцами, чтобы разгладить.
— Привет… — даю знать, что я проснулась, и тут же ловлю на себе тяжелый взгляд. Мурашки вспыхивают.
— Как спалось, Ален?
Его голос звучит хриплым низким тембром, от которого все внутри меня начинает трепетать.
— Я, кажется, едва могу ходить.
Ухмыляясь, Камиль пробегает глазами по моим голым ногам.
— Мне расценивать это как комплимент?
— Может быть, — улыбаюсь одними уголками.
Прирастаю к полу, когда он поднимается со своего места. Подходит ко мне, надвигается, выглядя при этом как охотник с огромным опытом за плечами. Только ружья не хватает за спиной.
Его пальцы поддевают мой подбородок, и Камиль вынуждает меня немного запрокинуть голову. Я даже на носочки встаю неосознанно, чтобы хоть немного уровнять нашу разницу в росте.
Он наклоняется и накрывает мои губы. Рукой при этом спускается по моей спине все ниже.
— Без белья? — хрипит в мой приоткрытый рот и тут же двумя ладонями на том самом месте, неприкрытом тканью, подталкивает вжаться в его грудь.
Го-ря-чо.
— Со мной оно тебе и не нужно. В первое время так точно.
 
Я не успеваю сообразить, как снова оказываюсь на спине. До дивана ближе, так что Камиль относит меня туда и сразу же ложится сверху.
В этот раз все происходит очень быстро. Кажется, ночь совсем его не насытила, поэтому уже в следующую секунду я ощущаю жжение внизу живота и зажмуриваюсь, отчаянно цепляясь за его широкие плечи.
Расслабляюсь через несколько движений и просто позволяю Камилю врываться в мое тело, пока он рычит мне на ухо и запутывается пальцами в волосах. Безумие какое-то. Он по-прежнему хочет меня настолько сильно, что даже шевелиться не дает.
Чувствую себя игрушкой в его руках. Но по какой-то болезненной нелепости мне это нравится.
Асаев тоже меня ни о чем не спрашивал. Никогда особо не интересовался моими желаниями, руководствовался только собственными. Он набрасывался на меня при любом удобном случае, и я не могла отказать ему. Исключения были лишь во время моих женских дней.
Камиль ведет себя так же, но в то же время…по-другому. Он пробуждает во мне огонь, которого раньше не было. Стыдно в этом признаваться, но я сама хочу его до безумия. Теперь понимаю людей с зависимостями. Он стал моей.
В душе я смываю со своей кожи его запах и кутаюсь в уже чистую рубашку. Мы завтракаем в тишине, но разговоров сейчас и не нужно. Не уверена, что смогла бы поддерживать их. Я полностью погружена в свои мысли.
— Парни проследили за Асаевым, он провел ночь в одной из высоток в центре, — все же разрушает наше молчание Камиль.
Я называю примерный адрес и тут же закусываю губу.
— Там живет его секретарша. Наверное, правильнее будет называть ее любовницей. Мы как-то пересеклись с ней на одном из приемов, она хвасталась своей квартирой, которую удалось снять по хорошей цене.
Боже, какой же дурой я была. Девушка явно насмехалась надо мной во время того разговора, а я искренне поздравляла ее с переездом.
— Ален, если тебе неприятна эта тема, мы можем не продолжать.
— Н-нет, нет. Все нормально. Возможно, раньше я бы и расстроилась, узнай такие подробности. Но сейчас я вообще ничего не чувствую.
— Совсем? — хмурится Камиль.
— По отношению к Ратмиру, — спешно добавляю, испугавшись, что он может принять это откровение на свой счет.
— Мой юрист уже подготавливает бумаги для вашего развода.
Я хлопаю ресницами.
— Что-то не так, голубоглазка?
— Все так…
— Погоди минуту, — обрывает меня Камиль, когда экран его телефона загорается. — Следите дальше, — говорит он в ответ без каких-либо приветствий. — Никаких резких движений. Асай не сопливая девочка, которую можно так легко взять. Нет, я сказал, — практически рычит. — До связи.
— Что там? — тут же выпаливаю я, не сумев держать себя в руках.
— Вышел из здания. В вашем доме он не появляется, так что сейчас и узнаем, где Асаев осел. Не волнуйся, Алена, все почти закончилось. Думаю, что очень скоро ты сможешь увидеть сына.
— Я бы очень этого хотела.
Допиваю свой кофе, половину омлета оставляю нетронутой. Любое упоминание мужа убивает во мне весь аппетит, поэтому теперь кусок в горло не лезет.
— Ты слишком напряжена, голубоглазка. Без еды у тебя совсем не будет сил, — как-то неожиданно Камиль перетаскивает меня к себе на колени. — Это будет интересный опыт.
— Ч-что ты собираешься делать?
— Кормить тебя, раз уж сама не хочешь, — он действительно подцепляет кусочек яйца вилкой. — Когда ты так ерзаешь, девочка, я могу думать лишь об одном.
— Но мы же недавно…
Ответом мне служит нагловатая усмешка.
Вся проблема заключается в том, что я тоже не могу сосредоточиться, когда пальцы с шершавыми подушечками забираются под рубашку и гладят низ моего живота.
  
Глава 33
 
Завтрак приходится перенести. Камиль оставляет меня совсем без сил и, одевшись, уезжает по каким-то своим делам.