Спаси моего сына (СИ)

Надеюсь, что он все компенсирует милой женщине.
До дома моей бывшей подруги я добираюсь примерно за час. Держу Давида на руках и, задрав голову, пытаюсь по окнам просчитать, какой номер мне нужно набрать на домофоне.
В подъезд заходит парень лет двадцати пяти, и я юркаю за ним. Мы вместе поднимаемся в лифте до нужного этажа, и он почему-то сворачивает к двери Марьяны. Туда же, куда и я.
— Девушка, вы к кому? — оборачивается он, уловив, что я стою на месте.
— К Марьяне. Она ведь здесь живет?
— Манька на работе, будет только вечером.
— А в-вы?
— Муж ее.
— Муж…
Что делать дальше — ума не приложу. Придется, наверное, ждать Марьяну под дверью.
— Погоди-ка, а я тебя узнал. Ты же подруга ее, да? Алина вроде бы. Мне Маня как-то показывала фотографии, а у тебя волосы такие запоминающиеся.
— Алена, — поправляю его. — Мы дружили, но потом все как-то…
Потом мой муж решил, что лучше оградить меня от лишних, по его мнению, людей. Но вслух я этого не говорю.
— Заходи тогда, Алена. Насколько я понимаю по сумке и ребенку у тебя на руках, пришла ты не просто так.
Марьяниного мужа зовут Павел. Это я выясняю на кухне, когда он угощает меня чаем с ватрушками домашнего производства. На моих коленях сидит Давид, он играется каким-то колокольчиком, который обнаружил на столе, и немного мешает нам с Павлом разговаривать.
— Да мы пару месяцев назад поженились. Расписались и в ресторане с родителями и друзьями посидели, ничего особенного не стали закатывать. Хотим ипотеку взять в следующем году, поэтому копим.
— Понятно…
— Наверное, лишних вопросов задавать не буду? Вижу, что тебе и так не по себе. Я после ночной, так что спать сейчас завалюсь в дальней комнате. А вы пока можете гостиную занять. Если что-то будет нужно — растолкаешь.
— А ты не боишься? Оставлять меня вот так в квартире…
— Да у нас и брать особо нечего, — посмеивается Павел. — Маньку ведь родители так и не простили. Они не общаются совсем.
— Извини, я что-то не то говорю. Спасибо тебе за чай…и что впустил тоже. В общем, спасибо.
Павел угрюмо кивает мне, дает «пять» Давиду и уходит отсыпаться.
Хороший он, на первый взгляд. Позволил мне подождать Марьяну в квартире, хотя мог бы послать куда подальше. Маре с ним повезло.
Я ведь тоже могла в свое время, как и она, отстоять свое мнение. Но у Марьяны была бабушкина квартира, а у меня даже трусов собственных не было. Все были куплены на деньги отца.
Иногда мне кажется, что я вообще не приспособлена к этой жизни. Ничего не умею, ни на что не гожусь. Возможно, я заслужила все, что сейчас со мной происходит.
  
Глава 22
 
Марьяна возвращается домой раньше, чем мне обещал ее муж. Я выхожу в коридор, оставив Давида играться с пирамидкой на ковре в гостиной, когда слышу треск ключа в замочной скважине.
— Милый, я дома. Представляешь, две клиентки отменили запись. Но это даже к лучшему, потому что перед ними у меня была девушка, которая трещала в течение всего сеанса… Алена?!
Маня замирает в дверях с большим тяжелым пакетом в руках, когда замечает меня. Она совсем не изменилась за все время, что мы не виделись. Такая же тоненькая и по-прежнему любит высокие каблуки.
— Привет. Меня Паша впустил.
— Я так и поняла. А что…что ты вообще здесь делаешь?
— Обязательно тебе все расскажу, если ты меня не прогонишь.
— Да нет, я просто не ожидала тебя увидеть… А Паша где? Спит?
— Да. Сказал, что он после ночной.
— Не буду тогда его беспокоить. Я думала, он уже успел отдохнуть. Уф-ф-ф, ошарашила ты меня, Ален… — с беспокойством в голосе выдыхает Марьяна. — Пакет возьмешь тогда? Я переоденусь.
— Там в комнате мой сын, не пугайся, пожалуйста, — заранее предупреждаю Маню.
— Как назвала?
— Давид.
— Хорошее имя. Ладно, я поняла, пугать малыша не буду. Он у тебя вообще как на незнакомых людей реагирует? — она скидывает туфли и ныряет в тапочки, когда я перехватываю у нее увесистый пакет с продуктами.
— Положительно. Ему все интересно.
 
— Тогда познакомимся поближе, — Марьяна натянуто улыбается и ускользает в комнату, напоследок велев мне тащить продукты поближе к холодильнику.
Я выкладываю пакет кефира на стол, когда она появляется на кухне с Давидом на руках. Он перебирает своими маленькими пальчиками подвески на ее шее и заливисто смеется, когда они издают звук бренчания, стукаясь друг об друга.
— Он ко мне руки протянул и начал кукситься. Не хотела, чтобы детский плач разбудил Пашу.
Маня уже успела переодеться в домашний легкий халат и собрать волосы в толстую косу до талии.
— Ему понравились твои украшения.
— Муж подарил. Мне они тоже нравятся, — она усаживается на стул и устраивает Давида на своих коленях. — Я до сих пор в шоке, Ален, если честно. Мне казалось, что мы больше и не встретимся. Скучала по тебе первое время, пыталась хоть по соцсетям узнавать, что происходит в твоей жизни, но ты удалила странички везде. Жалко очень было потерять связь, ты у меня единственной близкой подругой была.
— Мне тоже было очень жаль, Мань. Но ты же знаешь…
— Знаю-знаю, это было не твое решение.
— Я от Асаева ушла, — выпаливаю на одном дыхании и все-таки забираю Давида, потому что моему пупсу перестало нравиться, что непутевая мать не обращает внимания на него.
— Как?.. Он тебя отпустил?
— В том-то и дело, что нет. Сбежала я. Там такая длинная история, что в двух словах и не рассказать…
— Давай не в двух. Но я параллельно готовить буду, ты не против? Обещала Паше сегодня сделать жаркое в горшочках, он любит.
— Ты научилась готовить?
Помнится мне, у Марьяны даже яичница не очень хорошо получалась. А тут горшочки…
— Меня свекровь научила. С криком и боем посуды, но научила. Паша говорит, что теперь у меня даже лучше нее получается.
— Это здорово.
Принявшись за готовку, Марьяна поворачивается ко мне и вскидывает брови. Я начинаю свой рассказ с той самой ночи, когда застала мужа над Давидом, и заканчиваю бумагами, найденными в кабинете Камиля.
— Понимаешь, я могла бы предположить, что это какое-то совпадение, ну, однофамильцы, бывает. Но там в накладных поставки оборудования, которое я знаю. Тоже медицинское.
— Ты бы хоть в интернете поискала своего спасителя, — покачивает головой Марьяна, нарезая картофель.
— Мой телефон остался дома…
— У меня в кармане лежит. Вытащи, пожалуйста, руки грязные.
Совместными усилиями мы находим информацию о Камиле в интернете. А еще натыкаемся на его фирму, которая как раз и занимается поставками оборудования. Все сходится. Генеральный директор — Абрамов Камиль Рашидович.
— Большая шишка, — задумчиво произносит Марьяна. — И вроде бы всего сам добился, с отцовским бизнесом никак не связан. Разве что он ему со стартовым капиталом помог. Ален, ты уверена? Не похож он на бандита, — она увеличивает фотографию двумя пальцами, приближая на экране глаза Камиля.
Не похож… В этом Маня права. Но внешность бывает обманчива, и это как раз случай Камиля. Мой муж тоже не производит впечатление человека, который может поднять руку на женщину. Но я на собственном опыте убедилась, что доверять можно только фактам.
— Красивый, зараза. Я, конечно, люблю Пашу, но он у меня немного неказистый, а здесь практически эталон мужской красоты. А есть фото с прессом?
— Мань…
— Все-все, замечталась я. Что ты дальше планируешь делать, Ален? Ситуация страшная, на самом деле. Ты не думай, я тебя не выгоняю, но…
— Я все понимаю. Вы молодая семья, а я тут свалилась на ваши головы. Пару дней, Марьян, можно? Я сережки продам и все вам компенсирую. Они дорогие очень, нужно только место найти, куда бы их пристроить. И чтобы выкупили не за смешную стоимость.
— На несколько дней я Пашку уломаю. Да и ребенок у тебя вроде не шумный, уживемся как-нибудь. А сережки в ломбард, наверное. Только хороший найдем, приличный. У нас тут есть один за углом, но там такой контингент… Лучше не соваться туда, в общем.