Летящий ястреб, рыжая лиса (СИ)

В следующий момент Вудвилл сделал резкий толчок, а Брайан с шипением выдохнул сквозь сцепленные зубы.
От неожиданности Кэтрин дернулась, и под ней зашатался стул.
Магнат потянул Брайана за волосы, заставляя запрокинуть голову.
— Смотри! — глядя на Кэтрин, простонал он. — Смотри, как я трахаю твоего дружка!
Он стал вбиваться в Брайана размашистыми рывками. Бильярдный стол заходил ходуном, а Кэтрин в это же время отчаянно перебирала ногами, пытаясь поймать ступнями падающий стул. Веревка врезалась в шею, в глазах потемнело, сердце стучало как барабан, гулко отдаваясь в висках.
Брайан смотрел на нее широко распахнутыми глазами, и в тот момент, когда казалось, что стул вот-вот выскользнет из-под ног, прохрипел:
— Нет!
И Кэтрин каким-то чудом удержала стул на месте.
Вудвилл еще сильнее потянул Брайана за волосы и склонился над его ухом.
— Кричи! Кричи! — продолжая его насиловать, прорычал он.
Но Брайан молчал. Его зубы были оскалены, на лбу вздулись вены, но он молчал. Он смотрел на Кэтрин, не отрываясь и не моргая, а она смотрела на него. Веревка впивалась в горло, но она почти не замечала этого, ни на секунду не отпуская взгляд своего возлюбленного. Словно это была последняя ниточка, удерживающая его над пропастью, не дающая сорваться в кошмарную бездну.
— Кричи! Умоляй! — заревел магнат, ускоряя темп, но Брайан молчал.
Вудвилл словно обезумел. Он со всей дури впечатал Брайана лицом в стол, и его бедра заходили в бешеном ритме.
— Хватит!!! — от собственного пронзительного вопля у Кэтрин зазвенело в ушах.
Это лишь раззадорило магната, и он с еще большим рвением продолжил свое грязное дело. Его стоны, влажные шлепки, громыхание ножек стола по паркету — все это сливалось в омерзительную какофонию, и Кэтрин ощущала, что у нее вот-вот взорвется голова.
Это сон! Дурной сон! Вязкий липкий кошмар, от которого просыпаешься в холодном поту, слыша отголоски собственного крика. Кэтрин до боли хотела проснуться, но не могла. Потому что это был не сон. Это была реальность. Жуткая, чудовищная реальность, и разум просто отказывался ее принимать.
Кэтрин утратила счет времени, казалось, этот ужас не кончится никогда. Ее подташнивало, перед глазами мельтешили черные мушки. Она поняла, что вот-вот потеряет сознание, как вдруг все резко оборвалось. Магнат издал гортанный рык, на миг застыл и обмяк, своим телом придавливая Брайана к столу. Повисла тишина, только сердце отсчитывало тягучие болезненные удары.
Наконец, Вудвилл выпрямился и запахнул халат, а Брайан осел на пол, пытаясь связанными руками натянуть штаны. Кэтрин, захлебываясь слезами, смотрела на его окровавленное лицо, ее губы дрожали, а в груди горело так, будто в нее через глотку залили раскаленный свинец.
Магнат взял с каминной полки бутылку виски и наполнил стакан. Отхлебнув, он повернулся, чтобы что-то сказать, но в этот момент постучали в дверь.
 — Войдите.
Створки распахнулись, и в кабинет с поклоном вошел дворецкий. При виде открывшейся перед ним картины он даже бровью не повел.
— Принесли ваши документы, сэр, — невозмутимо произнес он, протягивая Вудвиллу стопку бумаг.
Тот пригубил спиртное и, поставив стакан на полку, взял документы. Небрежно пролистнув их, магнат бросил на Брайана насмешливый взгляд.
— Что ж, поздравляю. Тебе удалось найти серьезные доказательства против меня. Боюсь представить, что бы со мной было, попади эти документы в чужие руки. Как пить дать, упекли бы за решетку лет на десять.
С этими словами Вудвилл швырнул бумаги в камин. Пламя вспыхнуло, алчно пожирая страницы. Кэтрин и Брайан безмолвно смотрели, как они скручиваются, чернеют и рассыпаются в прах, а все надежды огненными искорками улетучиваются в дымоход.
========== Часть 33 ==========
Когда бумаги превратились в золу, магнат спросил у дворецкого.
— Опий готов?
— Да, сэр, — кивнул тот. — Трубка и лампа ждут вас.
— Хорошо. — Вудвилл повернулся к Брайану и Кэтрин. — А с вами, голубки, я еще не закончил. Скоро вернусь, и мы продолжим нашу увлекательную беседу. Не скучайте!
 
Он вместе с дворецким вышел за дверь, и Кэтрин услышала, как в замке провернулся ключ. Она так и стояла на стуле, с петлей на шее, а Брайан сидел на полу, и у обоих были связаны руки. Веревка впивалась в горло, пальцы ног ныли, ведь Кэтрин даже не могла опуститься на всю ступню. Положение казалось безвыходным. Как долго ей еще хватит сил стоять на носках?
Когда шаги в коридоре утихли, Брайан поднялся на ноги. Он быстро оглянулся по сторонам, подошел к каминной полке и зубами взял стакан с недопитым виски. Опустившись на колени, он положил стакан на пол, а затем встал и осторожно раздавил его подошвой.
Звяканье лопнувшего стекла потонуло в потрескивании камина. Брайан снова уселся на пол и, подхватив осколок связанными за спиной руками, начал перепиливать веревку.
Кэтрин следила за его действиями, затаив дыхание. Вскоре Брайану удалось освободить руки, и он кинулся к ней. Первым делом стащил с ее шеи ненавистную петлю, а затем разрезал путы, стягивающие запястья.
Крепко обхватив Кэтрин за талию, он снял ее со стула. Она уткнулась носом в родное плечо и горько всхлипнула.
— Тшш! Тише, Лисичка, не плачь, — прошептал Брайан поглаживая ее по волосам.
Вдруг он напрягся и замер, прислушиваясь к чему-то за дверью. Кэтрин тоже насторожилась, и тут в замочной скважине скрипнул ключ. По спине прокатился озноб. Неужели вернулся Вудвилл?
Брайан повернулся ко входу, прикрывая собой Кэтрин. В следующий момент створка медленно приоткрылась, и в комнату проскользнул… Алан. Кэтрин ошеломленно уставилась на него, но, прежде, чем она успела раскрыть рот, он прижал палец к губам.
— Тихо, Рыжая! — вполголоса сказал он. — Я хочу вам помочь. Нужно уходить, пока никого нет.
— Ты хочешь нам помочь? — недоверчиво переспросила она.
— Да… я… — Алан смущенно поскреб затылок. — Ну, в общем, этот Вудвилл какой-то псих… И все-таки ты моя сеструха, как ни крути…
— Сеструха? — подал голос Брайан.
— Да, это мой брат, — пояснила Кэтрин.
— Хм… ладно. — Он кивнул и обратился к Алану: — Что ты предлагаешь?
— Убираться отсюда, пока никого нет.
— А где они?
— Когда Вудвилл курит свою дурь, его обычно вырубает до следующего утра. Так что, одни свалили по своим делам, а другие — сидят в гостиной и надираются виски.
Алан подошел к двери и осторожно высунул голову наружу, затем поманил Брайана и Кэтрин к себе.
— Быстрее! Идем!
В коридоре никого не было. Беглецы пробрались вдоль увешанных картинами стен и спустились по черной лестнице. Ноги подкашивались, руки дрожали, сердце дико стучало в груди. Кэтрин почти не смотрела по сторонам, вздрагивая при звуке мужских голосов, которые то и дело слышались из-за стены.
К счастью, никто не встретился им по пути, и Алан, наконец, открыл дверь, ведущую в сад.
— На воротах охрана, но я знаю место, где можно перелезть через забор. За мной! — скомандовал он.
И действительно, немного попетляв среди подстриженных кустов и цветущих клумб, они оказались в уголке, где у самой ограды росло приземистое дерево с кривыми узловатыми ветвями. Забраться на него и спрыгнуть с другой стороны не составило никакого труда, и через несколько секунд троица уже бежала по узкому переулку между глухими заборами соседских особняков.
Вскоре богатый район остался позади. Теперь вокруг возвышались кирпичные постройки, скорее всего склады. В тесных, заставленных всяким хламом закоулках было легко укрыться от посторонних глаз.
— Куда теперь? — спросила Кэтрин, когда они остановились перевести дух в одном из таких закутков.
Алан пожал плечами.
— Понятия не имею.
— Я знаю одно место, — сказал Брайан. — Идем.
Они отправились дальше. Склады сменились лачугами, а вскоре те уступили место заросшему пустырю. Кэтрин, Алан и Брайан обогнули невысокий холм и увидели, как впереди между деревьями блеснула река.