Поцелуй на краю ночи (СИ)

— Ты падала с лестницы? — тут же спросил Лютер, нахмурившись и бросив на нее озабоченный взгляд. 
— Нет. Не я. Бабуля, — ответила Рокси, сама не понимая, отчего ее так взволновал простой вопрос. 
Быть может, потому, что в голосе агента Фосберга прозвучало искреннее беспокойство 
— Рокси бросила колледж и вернулась в Танорок, чтобы ухаживать за миссис Медоу, — добавил Перси с такой гордостью, как будто его это как-то касалось. — Все думали, Сесилия останется в инвалидном кресле, но Рокси буквально поставила ее на ноги. 
— Может, вернешься к делу? — предложила она. — Мы ведь собрались не для того, чтобы обсуждать мою жизнь. 
— Где ты училась? — спросил Лютер. 
— В колледже искусств. Хоть это и неважно. 
— Рисование? 
— Танцы. Давайте поговорим о Луизе. Может, дадите взглянуть на материалы дела? Вдруг я свежим глазом увижу какую-то деталь, несоответствие, что-то такое, что остальные упустили… 
— Она ведь ходила к тебе в группу, правда? — наморщил лоб Перси. — Я видел ее у спортивного центра в таких розовых облегающих штанишках. Кажется, она здорово похудела. 
— Ты работаешь тренером? — догадался Лютер. 
— Она ведет группу пилатеса, — тут же влез Перси. — Я ходил пару раз в том году. Очень хорошо для спины, и потом легкость во всем теле, но шеф мне запретил... 
— Луиза и правда ходила ко мне на занятия, — подтвердила она. — И показала очень хороший прогресс. 
— Вы дружили? — спросил Лютер. 
— Я бы не сказала, — ответила Рокси и вновь отвернулась, чтобы скрыть нахлынувшие эмоции. 
Ей нравилась Луиза Паркер. Полноватая хохотушка, добрая, отзывчивая и совершенно неконфликтная. В женских группах характер виден сразу: кто-то готов чуть ли не драться за любимое место в зале, кто-то бегает жаловаться администратору на сквозняк или духоту, кто-то просто ходит с таким лицом, что сразу видно — пэмээс. А Луизу все устраивало. Она приходила в зал в хорошем настроении, старалась выполнять упражнения и не расстраивалась, если что-то не получалось. Она помогала убирать спортивные снаряды, если другие девушки забывали или не хотели этого делать. Она здоровалась и прощалась с неизменной улыбкой, и даже оставила на сайте теплый благодарственный отзыв, который Рокси перечитала несколько раз. 
— Она изменилась, — сказала Рокси, повернувшись к Лютеру. — Что-то произошло перед ее гибелью. Она похудела, это так, а еще стала резче, жестче и научилась давать отпор. 
— Была какая-то ссора? — уловил он. 
— Ерунда, в общем, — немного смутилась она. — Луиза не захотела меняться ковриками с Сидни. 
— Сидни Моллес? — уточнил Перси. 
— Если бы та попросила другим тоном, Луиза бы скорее всего уступила, — сказала Рокси. — Но ты же знаешь Сидни… Луиза отказала ей не моргнув глазом. 
— Вряд ли ее убили из-за гимнастического коврика, — заметил Лютер. 
— А это все же было убийство? — уцепилась за его слова Рокси. 
Он глянул на нее, а потом вынул из кармана плаща початую шоколадку и откусил. 
— Мы точно не знаем, — ответил вместо него Перси. 
*** 
Лютер остановил машину у входа в парк, и Рокси отстегнула ремень безопасности. 
— Подождете меня здесь, — сказал он тоном, не терпящим возражений. 
— Но, агент Фосберг, — лицо Персиваля обиженно вытянулось, — я… мог бы сориентировать вас на местности. 
— Не надо, — отказался тот. 
— Я бы хотел, если позволите, взглянуть на ваши методы работы… 
Лютер едва заметно усмехнулся и покачал головой. 
— Ждите меня здесь, — повторил он и, выйдя из машины, направился в глубь парка. 
Подождав, пока он скроется под тенью деревьев, Рокси решительно открыла дверцу машины. 
— Ты же не собираешься идти за ним следом? — громким шепотом ужаснулся Персиваль. 
— Ты же не собираешься сидеть и ждать его, как верный пес? — в тон ему спросила Рокси. — Да брось, будем держаться в сторонке, он и не заметит…. Впрочем, можешь оставаться, сама пойду. 
Она вышла из машины и, поежившись, застегнула куртку. Дождь наконец перестал, но темные тучи затянули небо над городом, спрятав солнце. Царство теней и сумрака, королевство дождей и туманов — вот чем был Танорок, и, шагая к воротам парка по влажной листве, Рокси придумывала новые эпитеты, которые становились все мрачнее: болото уныния, пустошь безвестности, кладбище бесплодных надежд. 
 
Ей и правда пришлось оставить колледж и забыть о мечте стать хореографом, но она давно перестала об этом жалеть. Бабушка поправилась, и это главное. А еще Рокси внезапно узнала кое-что о себе. Кое-что такое, что меняло все. 
Она остановилась у входа в парк. Забора не было, а старинные чугунные ворота стояли открытыми нараспашку. Створки вросли в землю, и по левой полз веселый вьюнок. Давным-давно у озера жили какие-то аристократы, решившие разбить чудесный сад. Аристократы давно почили, их белокаменный особняк пришел в негодность, а сад расползся вокруг озера, грозясь превратиться в настоящие джунгли. Периодически тут что-то выкорчевывали и подстригали, и по центральной дорожке можно было гулять, не пригибаясь под ветками, а мелкие тропинки разбегались по парку, как кровеносная система по телу, извиваясь самым причудливым образом. 
Рокси не была в парке после того, как здесь нашли тело Луизы, и теперь в темной глубине ей мерещилось нечто жуткое. Лютер сказал — убийство, но Рокси и сама это знала. Кто-то заманил добродушную пышку Луизу в парк, и там напал на нее и нанес раны, несовместимые с жизнью, — так написали в местной газетенке.
Сидни, та самая стервозная блондинка из вечерней группы, говорила, что зверь перегрыз Луизе горло, и кровь вытекла из ее тела, впитавшись в листву. 
Рокси шагнула под тень деревьев. Она знала старый парк как свои пять пальцев, она облазила все тропинки и даже купалась в озере, несмотря на бабулин запрет. Но сейчас Рокси казалась себе маленькой девочкой, ступившей в страшную чащу, где уже облизывает клыки матерый волк. 
Рядом треснула ветка, и Рокси, подпрыгнув от неожиданности, обернулась и увидела Персиваля. 
— Мы оставили машину открытой, — осуждающе произнес он. 
Выдохнув, она прижала руку к груди, успокаивая заколотившееся от испуга сердце. 
— Думаешь, кто-то украдет у агента Фосберга его запасы стремного шоколада? — предположила она. 
— А что не так с его шоколадом? — заинтересовался Перси. 
— Какой-то особо мерзкий рецепт, — ответила Рокси, вглядываясь вдаль. 
Дорожка стелилась прямо и просматривалась вперед до самого озера, однако Лютера не было видно. Куда он подевался? 
— Как думаешь, почему смерть Луизы вызвала интерес бюро? — спросила она. — Почему они решили прислать агента? 
— Вообще-то это я отправил заявку, — признался Перси и поспешно добавил: — Только не говори шефу, а то он меня убьет. 
— Мы с Джеем о’Коннелом, знаешь ли, не треплемся о том, о сем как старые друзья. 
— Зато твоя бабушка — да, — он смерил Рокси оценивающим взглядом, будто сомневаясь, можно ли доверить ей тайну, и мрачно произнес: — Тело Луизы было обескровлено. 
Рокси быстро обернулась туда, где послышался шорох — как будто хищник медленно крался к ней, чтобы наброситься из-за кустов. Вот только его ждет сюрприз. Потому что она вовсе не девочка в красной шапочке и готова постоять и за себя, и за тех, кого любит. 
— Если хищник перегрыз артерии… 
— Все равно, — Перси упрямо мотнул рыжей вихрастой башкой. — Да, ее нашли в луже крови, но сердце бы остановилось раньше. Я думаю, что это был… 
— Вампир, — закончил за него Лютер, внезапно появляясь из-за дерева, и Рокси отшатнулась, а сердце снова забилось чаще. — Я читал вашу заявку, Персиваль. Хорошо написано, с вдохновением. Вы почему не выполняете приказы? 
— Это все она, — быстро сдал ее Перси, спрятавшись за ее спину, и Рокси, обернувшись, бросила на него негодующий взгляд. 
— Мне было интересно, — нахально заявила она, чувствуя себя нашкодившим ребенком. — И я не подписывалась сидеть в душной машине. В конце концов, мы одна команда. Значит, должны работать вместе.