Воспламеняющий (ЛП)

- Но она твоя мать.
- Я много путешествовала за эти годы. Я видела много мест. Некоторые были не очень хорошими. Я видела страдания, которые, казалось, превращают все в чертову сказку. У меня была подруга... ее мать сделала все не так как Карла. Она оставила дочь, но ненавидела ее. Ненавидела и жестоко с ней обращалась, хотя к другим детям была добра. Я бы не хотела жить такой жизнью.
Брай молчал какое-то время.
- Ты очень зрелая и мудрая для своего возраста. - Его лицо стало жестким, когда он снова посмотрел на Карлу. - Мы едем домой, и ты мне все расскажешь. Абсолютно все.
- Хорошо, - сказала Карла, поднимаясь.
- Ларкин и Кинан проводят вас, - сказал им Нокс.
Достигнув двери, Карла посмотрела на Харпер через плечо.
- Я действительно сожалею, что не смогла быть той матерью, которая тебе нужна.
С этими словами, она ушла.
Нокс повернулся к Харпер, обеспокоенный её состоянием.
- С тобой всё хорошо?
- Хочу вернуться домой. - Она знала, что прозвучала немного потерянно, но Харпер именно так себя и чувствовала.
- Тогда, идём домой.
Сидя за обеденным столом напротив Харпер, Нокс смотрел, как она рассеянно ковырялась вилкой в еде. Когда он ранее привез ее домой, она утверждала, что просто хочет немного отдохнуть.
Устроившись на удобном диване, она в действительности не смотрела телевизор. Выражение ее лица было отсутствующим, а глаза пусты. В течение нескольких часов она была молчаливой, задумчивой, что было непохоже на обычную Харпер.
- Ешь, малыш.
Она сморщила лоб.
- Я не голодна.
- Ешь или обидишь Мег. - Когда она положила в рот порцию пасты, он приподнял бровь - Значит ради Мег ты можешь, а ради меня нет?
- Она может перестать делать для меня кексики.
Он бы улыбнулся, если бы она со вздохом не уронила вилку. Нокс пересел поближе к ней. Набрав немного макарон, он поднес очередную порцию к ее рту. Кисло посмотрев на него, она съела.
- Хорошая девочка. Скажи мне, что так сильно беспокоит тебя, что ты не можешь есть.
Проглотив пасту, Харпер сделала глоток вина.
- Это глупо.
- Если это что-то значит для тебя, значит это важно, значит это не глупости. Скажи мне.
- В моей голове я всегда считала Карлу эгоистичной и бесчувственной. Она была злодейкой, и поэтому мне должно быть плевать на то, что она сделала. То, что она говорила раньше ... все равно делает ее эгоистичной, но не совсем бесчувственной. Я не представляю, как смотреть на нее иначе. Я не хочу видеть ее по-другому.
Потому что, если она не была плохой, то Харпер, возможно, придется беспокоиться по этому поводу, а это значит, что ей должно быть больно от случившегося.
Нокс схватил Харпер за подбородок.
- Она должна была сперва обсудить с тобой, и неважно какое дерьмо творилось в ее личной жизни, но она так не поступила. Она не заслуживает твоего прощения, так что ради себя самой не рассчитывай на это. Карла очень сильно облажалась, и она ни разу не попыталась все исправить.
Он заставил Харпер съесть больше макарон, прежде чем продолжить.
- Ты можешь допустить что возможно все было не так однозначно, как ты подумала, но это не значит, что ты должна проникнуться пониманием. - Он безусловно чертовски не понимал. - Ничто не может оправдать то, что она сделала.
- Думаю, я не знаю к какой категории ее относить теперь.
- Никто не может четко поставить на себе марку, детка. Никто не может быть полностью хорошим или злым. Личность людей складывается из различных аспектов их жизни и разные вещи руководят ими. Люди меняются, иногда в лучшую сторону, иногда в худшую. Человек по своей природе изменчив.
Харпер поняла, что Нокс прав.
- Я люблю тебя. - И теперь Нокс уставился на нее, что совсем не удивительно. - Знаю, что сейчас не подходящее время для таких слов. Я понимаю. Но мне пришла эта мысль накануне, я выросла и точно не знаю, есть ли в моей жизни люди, которые любили меня. Не хочу, чтобы ты сомневался.
Нокс оцепенел от удивления, когда она поднялась со своего места. Он схватил Харпер за запястье.
 
- Детка, ты не можешь сказать нечто подобное и затем уйти.
- Именно это я делаю. - Она вырвалась из его захвата и направилась в спальню, смеясь над тем фактом, что ей удалось шокировать невозмутимого Нокса Торна.
Она не ждала от него ответных чувств, потому что знала, что он покажет подобное. Она не мечтательная, а практичная. Как она сказала Хлое, что "любовь" отсутствует на его эмоциональной шкале.
Даже если Ноксу и свойственно это чувство, он был слишком долго один, чтобы вдруг не с того не сего проявлять чувство, которые другие люди считают само собой разумеющиеся. Достаточно того, что он заботился о ней.
Сидя на кровати, Харпер разулась. Нокс нарисовался в дверном проеме, расстроенный и задумчивый.
- Ты смотришь на меня странно. Да, знаю, взболтнуть немного лишнего, а потом уйти - как-то дико. Но мы оба знаем, что я причудливая, так что дай мне немного пространства, чтобы совершать безумные поступки и при этом не осуждать меня, - раздраженно ответила она. - Ты до сих пор на меня косо смотришь.
Он скользнул в комнату тем самым хищным образом, которым умел.
- Ты сказала мне то, что трудно тебе произнести. Знаю это тяжело, потому что тебе не нравится выглядеть уязвимой перед людьми. И лучший способ защитить себя, не дать им увидеть тебя и не позволить увидеть им насколько сильно ты об этом беспокоишься.
- Просто для справки, мне не нравиться то, насколько ты проницателен, - проворчала она.
- Было бы эгоистично и бесхребетно не ответить тебе той же честностью. Эгоистичный? Да, я такой. Но не бесхребетный.
Она успокоилась, когда гул завибрировал в воздухе... сильно, как в тот раз в подворотне с практиками. Как будто заряд, набирающий мощность.
И тогда Харпер поняла, что Нокс собирается сказать, кем он был. Нет, он покажет ей. Демон Харпер поднялся по тревоге, проявляя любопытство и настороженность одновременно.
Так же как в том переулке, сила заурчала против кожи, в глазах Харпер вспыхнул огонь, она стиснула зубы, а в ушах стоял звон и в груди что-то сжалось.
Его хищный взгляд полностью сосредоточился на ней, в каждой линии и изгибе его лица читалась опасность. Он не был похож на Нокса, казался совершенным незнакомцем. Ее сердце ударилось об ребра.
И внезапно, Харпер засомневалась, что не хочет знать на самом деле, кем является Нокс.
С ревом пламя вырвалось из-под земли. Золотистые, красные и черные языки пламени закружились вокруг Нокса, полностью скрывая его от глаз Харпер. Какого хрена? Нет, даже он не сможет выжить. Она быстро рванула к нему, но жар был таким смертельным, и она....
И тут Харпер увидела это: фигура, охваченная огнем, стояла внутри пламя. Харпер не прекращала таращиться, пока ее сердце колотилось так отчаянно больно. Ее демон до сих пор прибывал в шоке.
Существовало только одно, что может вынести адское пламя... потому что только это единственное было порождено самим пламенем. У нее перехватило дыхание.
- Архидемон.
Подобно тому, как архангелы рождались на небесах и служили Богу, архидемоны рождались в аду. Но они не оставались в аду, чтобы прислуживать Люциферу, как утверждали многие религии. Они там, чтобы подчинить себе ад. Цель рожденных из пламени состояла в том, чтобы командовать, контролировать и уничтожать.
Именно это тогда случилось при ней...Она подумала Нокс насыщался. Нет, сила не накапливалась - она пыталась вырваться. И он сдерживал ее. Харпер до сих пор не могла поверить, что можно сдерживать такую силу. Но в таком случае он был архидемоном.
Чертов архидемон.
Пламя успокаивалось, медленно отступая и исчезая до тех пор, пока не осталась лишь фигура из чистого огня. Затем огонь... как будто оторвался от плоти Нокса. Его одежда на удивления оказалась не поврежденной.