Холостяк (ЛП)

— Так ты ему расскажешь?
Мое колебание вводит ее исступление.
— Ты не можешь держать такие вещи в секрете от своего отца. Он узнает и очень расстроится. А ты знаешь, как отец это делает.
Хейвен втискивается между моей матерью и мной и берет меня за руку.
— Вот почему, — говорю я, — в наших интересах делать вид, что этого разговора не было.
Мы выходим на переднее крыльцо, и мама следует за нами.
— Могу я хотя бы встретиться с ней? — кричит она. Это тест.
— Нет, потому что это не то, что ты думаешь. — Я дергаю Хейвен за руку, и мы выходим на тротуар.
Мама стоит на крыльце, наблюдая, как я сажаю дочь на заднее сиденье.
— Хорошо, Дерек. Я промолчу насчет этого. На данный момент.
— Бабушка задает много вопросов. — Хейвен морщит нос. — Почему она задает так много вопросов, папа?
— Потому что так делают все бабушки, — говорю я, целуя ее в макушку и вдыхая запах персикового шампуня.
— Бабушка Карен не задает много вопросов.
— Бабушка Блисс особенная.
Я закрываю дверь и обнаруживаю, что моя мама вдруг встала позади меня.
— Ты расскажешь отцу.
Мама оставляет за собой последнее слово и возвращается на крыльцо, прежде чем я могу возразить.
* * *
— Папочка? — спрашивает Хейвен, когда мы в нескольких километрах от дома.
— Да, детка?
— Думаешь, у Серены красивое сердце?
Я прищуриваюсь, подавляя улыбку. Дети задают самые случайные вопросы, но этот намного сложнее, чем обычно я привык слышать от Хейвен.
— Что это значит? — спрашиваю я.
— Серена говорит, что у тебя красивое сердце, когда ты вежлив и добр к людям.
Я мог бы дать ей сложный ответ — правду.
Я пока не знаю Серену. Не знаю, насколько она добра и мила к людям.
Но она была добра ко мне. Это, по крайней мере, неплохо.
Сегодня был долгий день, и я устал, поэтому даю Хейвен простой ответ:
— Да, Хейвен. У Серены прекрасное сердце.
— Нет, красивое сердце.
— Хорошо. Красивое сердце.
— Сегодня я отдала бабушке половину моего печенья. Значит, у меня красивое сердце?
— Да. Да. Это называется делиться. Это хорошая черта.
— Может ли Серена прийти на мой день рождения?
Вопрос Хейвен застает меня врасплох, и я практически ударяю по педали тормоза. У нас получилась жесткая остановка, и я делаю глубокий вдох, плотно обхватывая пальцами руль.
— Я не знаю, детка, — говорю я. — Твой день рождения через две недели. На это время у Серены могут быть планы.
— Я спрашивала ее прошлой ночью, и она посоветовала спросить у тебя.
Черт возьми.
— Отлично. Я поговорю с ней об этом и дам тебе знать.
Врать четырехлетней дочери — это не самый приятный момент в моей жизни, но я не буду просить Серену приходить на день рождения моего ребенка. Черт. Я сам не хочу быть там. Кайла выбрала тему принцесс в этом году, и я чертовски уверен, что как минимум пять любимых Диснеевских принцесс Хейвен будут в соответствующих костюмах.
Если бы это зависело от меня, я бы отвез ее в зоопарк, чтобы она кормила жирафа и каталась на верблюде.
Только мы вдвоем.
— Тетя Деми пригласила нас на ужин сегодня вечером, — меняю я тему разговора.
— Ура! Тетя Деми! — визжит Хейвен позади меня, пиная спинку моего сиденья. — Может ли Серена пойти?
— Почему ты так одержима Сереной? — смеюсь я.
— Что означает «одержима»? — спрашивает она.
— Не важно. — Я качаю головой и заезжаю в гараж. К черту. Мы пригласим Серену. Ей нужно есть, и технически она гость в доме. Я не должен заставлять ее заботиться о себе.
Приняв это решение, вытаскиваю телефон и пишу Деми, чтобы поставила еще один прибор на стол. Она с ума сойдет, когда увидит, кого я привел. Не удивлюсь, если сестра будет в шоке. Насколько я знаю, она никогда не встречала знаменитостей, а на прошлой неделе я понял, что сестра многое знает о Серене.
Заглушив двигатель, я выхожу из машины, беру Хейвен за руку, и мы направляемся внутрь.
Хейвен оставляет меня в покое, пока мы идем.
Когда мы доходим до моей квартиры, я не слышу звуков телевизора, доносящихся из-за двери. Открыв дверь, понимаю, что это место устрашающе тихо.
 
— Серена, — зову я.
Нет ответа.
— Папа, где Серена?
Мое дыхание тяжелое и прерывистое. Мы не разговаривали с прошлой ночи, когда трахались, как два подростка с бушующими гормонами, которые не могут удержать руки подальше друг от друга. Я не испытывал подобной несдержанности с тех пор, как встретил Кайлу — когда Кайла была кем-то другим. Когда Кайла была прекрасным человеком.
Или, как я сейчас скажу, когда Кайла притворялась, изображая ту, кого на самом деле нет.
— Серена. — Я не оставляю попыток.
Все еще нет ответа.
— Побудь тут, детка.
Я отпускаю руку Хейвен и иду по коридору. Дверь в комнату для гостей открыта. Все ее вещи на месте.
Кроме Серены. Она ушла.
  
Глава 18
 
Серена
Усталая, с перекинутой через плечо сумочкой, я неторопливо иду по тротуару к дому Дерека. От многочасовой прогулки по небольшому городку у меня болят ноги. Зато я изучила его от и до.
Я наслаждалась кексами из пекарни. Обедала в кафе на набережной. Играла с щенками в зоомагазине. И помогла группе хрупких старичков найти антикварный магазин, ради которого они проехали сто двадцать пять километров.
Черный внедорожник «Инфинити» выезжает из гаража и останавливается у обочины. Стекло со стороны пассажира опускается, и я приближаюсь.
— Привет, — кратко здороваюсь я, но мое тело напрягается при виде Дерека, как если бы оно мгновенно вспомнило, что он сделал со мной менее двадцати четырех часов назад. — Куда вы собрались? Привет, Хейвен.
— Привет, Серена! — с волнением говорит Хейвен. — Мы едем к тете Деми. Хочешь поехать с нами?
Я бросаю взгляд на Дерека.
— Мы едем к сестре на ужин. Присоединяйся. Она подготовила для тебя место.
— О, хм. — Я могу сказать ему, что не голодна. Что ела весь день. Что я не совсем уверена, что могу сидеть напротив него в окружении его семьи и не думать о том, что мы сделали прошлой ночью.
— Поехали, Серена! — кивает Хейвен.
— Да, — тон Дерека сухой. — Давай.
Я получаю смешанные сигналы от него, и моя спина покрывается холодный потом. Он хочет, чтобы я пошла? Или не хочет? Мы создаем опасный прецедент? Должна ли я встречаться с его семьей? Что они знают о моей ситуации?
— Ты действительно хочешь, чтобы я пошла? — задаю ему свой вопрос.
— Да, — коротко отвечает Дерек, выражение его лица нечитаемое.
Я приподнимаю бровь. Легкий бриз треплет мои волосы вокруг лица. Сейчас вечер, стало холоднее. Я одета для весеннего дня.
Схватив ручку двери, я забираюсь внутрь, заглушая противоречивые голоса в голове, и пристегиваюсь.
— Вернувшись домой, я был удивлен, что ты пропала, — говорит он, когда мы отъезжаем на несколько кварталов.
— Просто прогуливалась, — говорю я. — Здесь есть несколько действительно хороших маленьких магазинов.
— Предупредить было бы не лишним. — Дерек включает сигнал поворота, глядя вперед.
— У меня проблемы? — Я фыркаю.
— Не-а. Это всего лишь вежливость.
— Прошу прощения. — Я хихикаю, прикрыв рот ладонью. Если мне повезет, может быть, он накажет меня позже. — В следующий раз я оставлю записку.
— Буду признателен.
— Знаешь, мой телефон вообще-то работает. Мог бы позвонить мне.
Включив радио, он ищет канал «Дисней», чтобы заглушить наш разговор.
— Ты беспокоился обо мне? — Я смотрю на него.
Дерек останавливает машину на красный свет и поворачивается ко мне.
 
— Да. Я, вроде как, волновался.
Никто никогда не беспокоился обо мне. Даже мой отец. Он всегда платил другим людям, чтобы они беспокоились обо мне.
— Приятно знать.