Убежище в горах (ЛП)

— Мне, наверное, пора.
Хаксли моргнул, выйдя из оцепенения, и потянулся за решеткой с оставшимися в ней яйцами.
— Нет, нет, оставь их пожалуйста себе. Завтрак был замечательным. Я думаю, что будет не плохо, если на днях ты порадуешь себя чем-то подобным.
— У меня нет холодильника. Мне негде их хранить.
Я улыбнулся.
— Я купил их на рынке сегодня утром, они только из-под курицы. Они еще не были в холодильнике, и поэтому обойдутся без него еще несколько дней.
Он нахмурился и, кивнув, положил их обратно на стол.
— Я этого не знал.
— Походный трюк. Я много времени провел на открытом воздухе, поэтому усвоил некоторые хитрости.
Больше ничего не было сказано, и я двинулся в сторону двери, остановившись возле нее и засунув руки в карманы.
— Ну, не дичай тут. Здесь может быть одиноко и не с кем пообщаться.
Было трудно понять, о чем думает Хаксли в этот момент. Неуверенность, разочарование и тревога промелькнули на его лице за те несколько мгновений, что я ожидал ответа.
— Спасибо... что навестил, — его взгляд упал под ноги, когда он сделал вздох, чтобы продолжить. — И за то, что было... тоже спасибо.
***
Я возвращался по служебной тропе к нашей хижине с облегченной душой, но тяжелыми мыслями. Предложение совместного завтрака должно было стать первым шагом к тому, чтобы получше познакомиться с ним.
Все наставления мисс Демпси еще были свежи моей голове, и я планировал осторожно придти к тому, чтобы быть откровенным с Хаксли, рассказать ему о том, кто я есть на самом деле, и попытаться подружиться с ним. Но никак не оказаться на коленях перед парнем, которого я едва знал.
Воспоминания о том, как властно он вел себя со мной, вызвали мурашки по моему телу и неожиданную улыбку на моем лице. Я не собирался отрицать то, насколько это было восхитительно, но я больше не чувствовал того, что справился со своей задачей. Я не был уверен в том, что Хаксли поверил хоть одному моему слову. В его глазах все еще было скрытое подозрение, хотя, когда мы беседовали с ним после, он больше не связывал меня с теми, кого он опасается.
Может быть, все-таки был какой-то прогресс.
Его вкус все еще оставался у меня во рту, и я задумался о том, стоит ли мне прекратить все это. В тот момент это казалось невозможным. Мы оба потеряли здравый смысл, и наше природное желание взяло над нами верх.
  
Глава 12
 
Хаксли
«Не все люди хотят тебя заполучить, Хаксли. Некоторые просто хотят быть дружелюбными».
Я провел пальцем по улыбке Натаниэля, пока его слова снова и снова звучали у меня в голове. Его интонация всегда была такой теплой и располагающей. Он ни разу не повысил на меня голос и не сказал мне, что я не прав. Натаниэль понимал меня.
— Он совсем другой, но в то же время так напоминает мне тебя.
Бросив свой взгляд на кухонный стол, на котором стояла решетка с яйцами, я вспомнил теплую улыбку Аспена, когда он рассказывал мне о том, чем он занимается по жизни. Нетронутый мною суп был отставлен в сторону, и я осознал, сколько страха и недоверия я испытывал по отношению к его намерениям. Буханка домашнего хлеба, которую мы делили с ним на двоих, была наполовину съедена и оказалась свежей и безопасной, а не отравлена, как я предполагал ранее.
Затем мои глаза скользнули к стене, где я прижимал его своим телом и ощущал его тепло и запах, которые проникали в каждую клеточку, я вспомнил похоть, которая охватывала меня в тот момент. Вкус его губ, тепло его дыхания, ощущение его члена в моей руке.
Я снова всматривался в фотографию, на которой запечатлены мы с Натаниэлем в день нашего бракосочетания.
— Ты, должно быть, в бешенстве? — спросил я, осознавая, что это не так. Натаниэль не злился. Он всегда стремился к тому, чтобы понять меня. — Он, правда, просто хочет быть милым? Или он все же хочет добраться до меня?
  
Я не получил ответа, даже в отдаленных уголках моего сознания, где я еще общался с Натаниэлем. Убрав фотографию в ящик, я снова обдумывал текущий ход событий. Если Аспен действительно был тем, за кого он себя выдавал, то получается, что я снова могу расслабиться. Это означало, что пока еще никто не ищет меня, и угроза не такая уж неизбежная. По крайней мере, не сейчас.
«Биолог? Работает с медведями?»
Фотографии на его телефоне, казалось, подтверждают эту легенду. Не каждый осмелиться держать на руках усыпленного медведя. На фотографиях Аспен был похож на самого себя, с его улыбкой, голубыми глазами и светло-русыми волосами, растрепанными на ветру. Я представлял, как он пах костром в день, когда была сделана фотография, точно так же, как тогда, когда я прижимался носом к его виску.
Мне не хватало заверений Натаниэля, потому что сам я ужасно разбирался в людях. Независимо от того, в чем меня пытался убедить Аспен, я искренне старался поверить ему.
«Не все люди хотят заполучить тебя, Хаксли».
— Я понимаю, — произнес я, но эти слова были бессмысленны, потому что я не был уверен в этом.
***
Спустя три дня после неожиданного визита Аспена, я уже просто не находил себе места. Он больше не объявился, и мне было необходимо знать, где он и чем занят. Чем дольше я позволял своему сознанию бушевать, тем дальше от меня были заверения Натаниэля.
Мои ночи были переполнены смесью иллюзий и эротики. Прошло так много времени с тех времен, когда я ощущал на себе хотя бы легкое прикосновение мужчины, что я не мог не думать о том, что произошло между мной и Аспеном. За последние пять лет моей единственной компанией в этом плане была моя рука.
До тех пор, пока Аспен, с его восхитительным запахом и фантастическим взглядом голубых глаз, не забрел сюда через лес и не нарушил ход моей жизни.
С тех пор все перевернулось с ног на голову.
Было уже начало седьмого утра, когда я зашнуровывал ботинки после освежающего купания. Я умылся в ручье и дал себе установку пройти много километров до… хижины Аспена. Я сознательно не называл ее оперативной базой или штаб-квартирой для разработки коварных планов, это просто хижина.
Солнце вышло довольно рано и усиленно работало над тем, чтобы прогреть воздух до температуры середины лета, что заставило меня благодарить судьбу за то, что я живу в тени леса. Мои длинные волосы быстро высохли и завились после мытья гораздо сильнее, чем обычно. Я тут же пожалел о том, что не собрал их в хвост, потому что пот струился по моему лбу и вискам, и они неприятно прилипали к лицу.
На этот раз я не намеревался вести наблюдение, поэтому я сразу вышел к бревенчатой хижине Аспена, вместо того, чтобы прятаться.
Держась слегка на расстоянии, я двигался, стараясь оставаться незамеченным, так как не знал, будет ли его команда рядом и как они отнесутся к моему появлению. Пение ранних пташек и стрекотание цикад было единственным, что я слышал, пока не раздался металлический скрежет, который я не мог идентифицировать.
Я приблизился и внимательно осмотрел веранду в задней части хижины, когда она больше не была скрыта за деревьями. Только тогда я заметил Аспена, который развалился в шезлонге с книгой на коленях. Он наливал что-то из термоса из нержавеющей стали в кружку, стоявшую на столе рядом с ним. Когда он закрывал термос, металлический скрежет вновь пронзил воздух.
Он был один, поэтому я бесшумно подошел к нему и остановился, когда был в трех метрах от веранды.
Он вскочил, резко захлопнув книгу, и удивленно уставился на меня. Затем он прижал руку к груди и рассмеялся. Смех с грохотом вырывался из него, и по моей влажной от пота коже пробежал холодок.
— Ты чертовски напугал меня. Доброе утро.
Он положил книгу на стол рядом с кружкой и снова присел.
— Я не хотел пугать тебя, — начал я, не придумав, что сказать, когда увижу его, — я… просто гулял.