Убежище в горах (ЛП)
ПРОЛОГ
Аспен
Пять лет назад
— В этом деле не должно быть сомнений. А у меня они есть, поэтому я не могу признать его виновным.
Питер Ударе не скрывал своей самоуверенности. Он вел себя как упертый баран, и я быстро терял терпение.
Если говорить честно, то я потерял терпение уже восемь часов назад, как и остальные десять присяжных, чье терпение тоже было на исходе. Это казалось достаточно простым делом. Человек, которого судили за непредумышленное убийство, Дерек Россен, по мнению всех, был виновен, и только Мистер Сомнение считал это дело неоднозначным и настаивал на этом с тех пор, как наше мнение было отброшено.
— Четыре человека засвидетельствовали, что видели этого человека, — сказал я, указывая на закрытую дверь в нашу комнату переговоров, — как он заколол мистера Бейли до смерти. Как ты до сих пор можешь сомневаться?
Усталые глаза присяжных, сидевших за нашим длинным столом, переместились с меня на Питера.
— Я просто не уверен, что мы можем списать со счетов Хаксли Демпси. Зачем ему понадобилось снимать все свои сбережения и исчезать без вести сразу после убийства человека, которого он якобы любил?
Даже крючковатый нос Питера не остался безучастным. Мужчина высказал свое мнение о геях достаточно раз, чтобы прояснить свою позицию.
— Вы имеете в виду человека, которого он держал на руках, пока тот не истек кровью после того, как четверо свидетелей видели, как Дерек Россен нанес ему шесть ножевых ранений? Он что, серьезно? — спросил я у сидящих за столом.
— Хаксли не судят, — в очередной раз повторила Сьюзан Кларк.
Джанет Маллиган, пожилая афроамериканка, наклонилась вперед и буквально прожгла Питера глазами.
— Вы что, отсутствовали в зале суда в этом месяце!? У Хаксли Демпси есть медицинские справки за последние десять лет, которые подтверждают утверждение обвинения, что он страдает параноидальным расстройством личности.
— Вот именно! — перебил Питер, вскинув руки, как будто Джанет подкрепила его доводы. — Он психически неуравновешен, как доказывают медицинские заключения. Именно поэтому его внезапное исчезновение наталкивает меня на определенные выводы. Если он невиновен, как вы все верите, тогда зачем ему скрываться?
— Он объявлен пропавшим без вести. Вероятнее всего из-за своих расстройств он не осознает свою невиновность. И боится, что его обвинят. Поэтому он сбежал от страха. Черт, Питер, полиция, его родственники, врачи — все знают, что это факт. Как можно быть таким безразличным к этому?
— Это как Вы можете быть такими наивными?! — Питер наклонил голову в сторону и поднял бровь.
— Он не под следствием! — более твердо сказала Сьюзан.
— Послушай, упертый идиот! — я вскочил со своего места, потому что был вне себя от гнева.
— Аспен, успокойтесь и присядьте, — прервал меня Роберт Макнил. Я последовал его просьбе. Это был мужчина средних лет, гладковыбритый, с лоском, с зачесанными назад волосами. Он носил военно-морской костюм и галстук и производил впечатление человека, который в своей повседневной жизни занимал авторитетное место.
Как только я сел на место, он строго посмотрел в сторону Питера.
— Мистер Ударе, я искренне не понимаю, почему вы тратите наше время на пустые рассуждения. Вы не можете никак опровергнуть показания четырех свидетелей, которые видели, как Дерек Россен напал на Натаниэля Бейли и убил его. У вас нет аргументов. Хаксли Демпси не находится под следствием и является такой же жертвой в этом деле. И дело не только в его психическом здоровье. Натаниэль был зарезан на почве ненависти, в ночь, которую он проводил с Хаксли. Он не только стал свидетелем трагедии, но и вынужден был наблюдать, как умирает его любимый человек, которому он не в силах был помочь. Где находится в данный момент мистер Демпси, не должно никого из нас волновать. Специалисты объяснили, как работают параноидальные расстройства. Вы не слушали видимо? Теперь его поиски находятся в руках властей. И сейчас я думаю, что говорю от лица всех здесь собравшихся, прекратите нести чушь и примите единственно правильную версию. Никто не желает провести еще один день в этом чертовом суде.
Роберт посмотрел на всех сидящих за столом, и все присяжные, включая меня, одобрительно кивнули.
— Давайте проголосуем еще раз, — предложил я, более в интересах Питера, потому что он был единственным, кто стал причиной столь длительного совещания.
Впервые за восемь часов, проведенных в зале суда, Питер казался побежденным и вжался в кресло.
Когда он наконец-то утвердительно кивнул, напряжение за столом уже было критическим.
Наконец-то!
Глава 1
Аспен
Настоящие дни. Май
Так случается всегда. Как только моя задница приземляется в кожаное кресло в моем офисе, и я подношу горячую кружку кофе к губам, готовясь начать свои исследования, звонит телефон.
Утро субботы. Шесть утра. И кто бы сейчас ни звонил, он явно не получал мое сообщение с просьбой не тревожить меня в эти выходные. У меня была гора информации, которую необходимо было обработать и организовать, чтобы я мог официально приступить к работе над своей диссертацией.
Я посмотрел на экран телефона и понял, что мне звонит мой лучший друг и коллега. Тяжело вздохнув, я поставил кружку с кофе рядом с ноутбуком, прежде чем ответить.
— Джефф, надеюсь это действительно важно, — огрызаясь, ответил я, — ты же обещал не беспокоить меня в эти выходные.
— Ты же знаешь, что я никогда не стал бы тебя беспокоить без причины. И я давал обещание не тревожить до того, как дерьмо не попало в вентилятор.
Конечно, я об этом знал, и мне было даже интересно, что могло такого произойти, когда солнце только встало над горизонтом.
— Что-то мне подсказывает, что это меня не обрадует?
— После того как ты меня выслушаешь, главное помни о своей страсти к работе, — в голосе Джеффа появились нотки убеждения, и это настораживало, потому что если друг напомнил мне о любви к работе, значит мне придется согласиться на что-то, что мне явно не придется по душе.
— Не тяни резину и говори! Ты же знаешь, я не люблю, когда люди начинают юлить.
— Ладно, Ладно. Проект «Гризли» очень нуждается в твоем возвращении. У нас пять техников в поле, а их командир этой ночью просто ушел без объяснения причин. У нас в Литтл Дире есть куча новеньких, но они просто бродят туда-сюда, делая вид, что знают как и что делать, но ты же понимаешь, что без опытного командира там будет катастрофа.
На самом деле, катастрофа — это слабо сказано. Я начал работу над проектом «Гризли» четыре года назад, и все эти годы мы собирали образцы ДНК, чтобы составить точный список популяции медведей, оставшихся в Скалистых горах Альберты.
Много лет назад на гризли велась агрессивная охота, и, хотя теперь это уже не так из-за новых правил охоты, но все равно усилились опасения, что им угрожает опасность. Пересчет популяции было единственным способом оценить их количество, и это был изнурительный пятилетний проект. Студенты первого и второго курсов, вероятно, испортят данные, если за ними не будут тщательно следить. Годы кропотливой работы могут быть искажены в считанные дни.
Это наступающее лето, с момента окончания магистратуры, должно было стать моим первым годом ухода из проекта, поскольку я позволил новому лидеру и новым выпускникам продолжить его. Было трудно отпустить, но я был полон решимости работать над диссертацией и, в конце концов, получить докторскую степень.
— Пожалуйста, скажи мне, что это шутка. И что ты не предлагаешь взять мне снова руководство проектом в свои руки? Я и так еле нашел силы, чтобы уйти из него.
— Мне очень жаль, приятель, — выдержав паузу, продолжил Джефф, — но более квалифицированного чем ты, нам сейчас не найти. Ты нам нужен хотя бы на пару недель, чтобы расставить позиции и найти нового командира. Я уверен, что ты не хочешь, чтобы мы рисковали. Я понимаю, что ты хотел заняться диссертацией, но ведь этот проект — твое детище и только ты вправе принимать решение.