Я стану твоей проблемой (СИ)

Пф-ф-ф-ф…
Давлю пальцами на глазные яблоки, прогоняя усталость.
Да потому что я уже догадываюсь, что в нашей семье скоро появится такой же…
И он меня будет звать не папой.
А все потому, что моя девочка выросла и скорее всего по приезду в Москву мы поедем ей покупать свадебное платье.
В том, что эти влюбленные голубки очень скоро поженятся я уже даже не сомневаюсь.
  
Глава 25
 
Громов Андрей
- Почему без семьи? – Ангелина обнимает своего родственника и, приняв от него букет, провожает к столу.
Сашка тоже перебрался на Юг, живут в Сочи. Знаю, что с Ником они общаются. Зато мы с Сашкиной семьей теперь видимся реже.
- Они улетели в Москву, вы разминулись на пару дней. Мы же не знали, что у нас праздновать надумаете. – тянет букет Яне и обняв ее, переводит взгляд на меня.
По его глазам чувствую, что будет парить мне мозг. Не скажу, что он это делает всегда-только когда точно чувствует, что нас ожидает.
Я выкладываю замаринованное мясо на решетку. Сегодня у нас мало гостей и даже непривычно, что мясо жарю я один. Обычно мы с Кирюхой работаем в паре.
Вообще мы всегда стол накрываем сами. Не нанимаем выездное обслуживание.Так душевнее, что ли. Карамелька с девчонками занимается сервировкой, а мы с Киром-мясом.
Даже в груди сводит от мысли, что скоро мои дети могут разлететься кто куда. И с этим бороться бесполезно. Надо это принять.
- Как поживаешь? – Сашка подходит ближе и выуживает из пачки две сигареты.
С ним порой до страшного просто, потому что он считывает все.
Только хотел попросить сигарету.
Вытираю руки и зажав губами фильтр прикуриваю.
- Это ты мне Саня, скажи…- тяну загадочно выдыхая дым. – Как у меня дела?
Громкий хохот двух мужиков заставляет девчонок улыбаться.
Они конечно же не слышат о чем мы, но настроение наше улавливают.
Яна водится с братиком, видимо примеряя на себя статус молодой мамы, Настя с Сонькой что-то рисует. Мелочь у нас без картинок жить не может. А Лилька с Гелькой накрывают на стол.
Тима отправили за продуктами, иначе они тут с Янкой друг от друга не отлипли бы.
- Да чет не важно, Андрюх…- качает головой Сашка и с прищуром затягивается – херню какую-то делаешь, да?
Херня происходит вокруг, ее делать даже не надо.
Молча усмехаюсь.
Сашка внимательно, без улыбки смотрит на меня.
-Начинай уже...- ворчу. Это всегда неприятно.
- Янка ревет. Напугана. Понять не могу почему. Картинка четкая, значит будет скоро. – наносит первый удар потомственный ведьмак и вновь сигарету затягивает.
Вот за это я его и уважаю и порой пизды дать хочется.
За дар этот, имею в виду.
И что мне теперь с этой информацией делать?
Если можно было сделать хуже, этот парень только что это сделал.
Видимо надо будет держать себя в руках. Кулаки уже третий день чешутся набить морду довольному Нику, но я терплю. Стараюсь по минимуму с ним общаться. Он все понимает и не лезет.
- С головой у нее что? - вырывает меня из раздумий Санькин голос.
Вопросительно смотрю на родственника. О чем это он?
- Дыры в голове стали появляться– показывает себе на лоб. – память теряет, гормоны проверьте.
Заебись, блин! Этого еще не хватало.
Мы замечали за Янкой, конечно, что она как в ракушке у нас. Ничего не помнит, ничего не знает… Как рыбка из мультика. Но блядь, что б так серьезно?
Сашка рукой подбородок трогает и чуть склонив голову смотрим сквозь меня.
- У Кирюхи глаза черным платком затянуты. Слепым вижу. Хер знает что это значит, сам знаешь, говорю что идет.
Вновь сигарету тянет и выдыхает дым.
- Чем еще добьешь? – уже психую. Вот он так всегда. Появится, херни наговорит и свалит в закат, а я жду, когда ебанет. А всегда все сбывается.
Порой его формулировки настолько четки, что аж перетряхивает.
- Ребенок у тебя будет. – выкинув окурок в мусорку заключает. - Мальчик. - Нервно сглотнув переводит взгляд на Ангелину – не от нее. Другая женщина…
- Какая, блядь? Стася? – психанув швыряю окурок вслед за его и слишком резко принимаюсь разгонять дым над мясом.
 
Вот что за херь? Только все наладится, как вновь какая-то мутная дичь назревает.
Сашка вновь закуривает. Не работает он без сигареты. Всегда курит, когда что-то предсказывает.
Мне смотреть на него не хочется, злюсь. Хотя знаю, что он как лучше хочет.
- У тебя все пройдет тогда, когда наследник родится. Приемник. А пока потреплют тебе нервы, Андрюх… Один в тебя прям, вцепится. Молодой, наглый и очень злой на твою семью. Выжимать тебя будет, выкручивать.
Усмехаюсь. Наследник. Я уже понял, что речь не о Кирюхе. Этот отказывается принимать от меня наследство, потому что он на своих игрульках дохера заколачивает и вникать в строительный бизнес не собирается.
Проверяю готовность мяса острым ножом.
Про детей слушать всегда больно, но сегодня слова про Карамельку жалят сильнее.
- Не приезжай к нам больше, хорошо – грустно усмехаюсь, за что Сашка шлепает мне по предплечью и улыбнувшись своей фирменной улыбкой с глубокой ямочкой заключает.
- Держись, брат. Откупаешься за Кирюху. Херни черной возле него вьется… Мать грешила не херово. На себя его долю берешь. Вместе вывезете. Один он…- качает головой отрицательно.
Вновь на пачку ему указываю и мы докуриваем уже молча.
Сашкины слова тяжело оседают на сердце.
Смотрю на своих детей и нервно сглатываю. Ладно с Настюхой все хорошо. Ни слова о ней не сказал. За эту девчонку больнее всего всегда. Не знаю почему так. Может потому, что она от Карамельки. Люблю свою жену до дури и сейчас такая тревога копошится внутри. Почему ребенок будет не от моей Карамелины, не женюсь же я второй раз?
Не женюсь!
Какой черт меня может попутать, что бы от меня родила другая женщина.
Разве что?
Перевожу взгляд на смеющуюся Гельку и нервно сглатываю.
С ней же ничего не случится?
Все застолье смотрю на то, как блестят ее глаза, как она сладко мне улыбается, щеку мою колючую целует…
Попробуй только оставить меня, засранка! Прибью!
Притягиваю к себе и целую. Так как целовал тогда, в комнате отдыха. Моя! Маленькая моя!
Сердце внутри трепыхается подбитым воробушком.
Сашка, блядь!
Разворотил мне опять душу!
Как бы я ни старался затолкать все услышанное поглубже-не выходит.
Я прекрасно знаю, почему Санька все всегда мне говорит. Он бережет Ангелинку. Она же, как любая девчонка начнет додумывать, фантазировать...
А Гелька не только додумает, но и искренне поверит в придуманное. Мы только недавно Стасю " пережили" и вот опять...
Вечер тянется бесконечно долго.
Мне кажется, что я не спал вечность, настолько тяжелую ношу накинул мне на плечи Санька.
Отпиваю виски, наблюдая, как Геля торжественно произносит речь.
Мы по очереди поздравляем Янку.
Я даже нахожу какие-то трогательные слова от которых мои девчонки вытирают слезы.
Обнимаю дочь и грожу Тимуру кулаком «Попробуй только обидь».
Он все понимает.
Улыбается кивнув головой.
Тоже влюблен. Вижу.
Верю этому парню. Чувствую за ним упорство и целеустремленность, а это очень важные качества.
Постепенно в груди «приживается» мысль о том, что Янка и этот парень – почти семья. А вот то, что Никита включился в игру с таким влюбленным напором – бесит!
И поэтому, когда подходит очередь семье Рязанцевых поздравлять именинницу, я напрягаюсь.
Никита себе не изменяет. Он краток и остроумен. Но что-то в нем появилось, чего не было все эти годы…
Может… надежда и трепет?
Он как влюбленный олень, боится сделать неверный шаг.
И вот когда он произносит « Спасибо Геля и Андрюха вам за такую чудесную девчонку", я закипаю.
В каждом слове слышу подвох…
Ничего поделать с собой не могу. Злость и ревность сидят во мне и точат изнутри, просясь наружу.