Городская фэнтези-2006

— Здравствуйте, — смущенно проговорил я. — Я тут… по хозяйству разбирался.
— Собака там? — спросил лейтенант.
— Нет, — сказал я с недоумением. — Какая собака?
— А ну-ка, отойди!
Лейтенант отпихнул меня в сторону, осторожно заглянул внутрь и покрутил головой.
— А где собака?
— Да не было тут никакой собаки, — пожал я плечами. — Позавчера одна забегала из этих, уличных. Вообще-то они возле сторожки живут…
— Ты мне не крути, — погрозил лейтенант. — А ты вообще кто такой? Бомж, что ли?
— Да нет, что вы, — сказал я. — Вообще я под Калугой живу и работаю там же. А тут просто немного помогаю по хозяйству Наталье Петровне и Лене. У меня сейчас отпуск…
Лейтенант смотрел на меня с сильным недоверием, хотя пистолет убрал в кобуру.
— Документы! — потребовал он.
— Вот с этим у меня проблема, — вздохнул я. — Обчистили меня на вокзале какие-то жулики. И документы, и деньги, и вещи — все отобрали. Хорошо еще, что сюда ехать недалеко. Вот жду, когда друзья подъедут, подвезут документы и деньги. Но вы можете позвонить в мое отделение и все проверить.
С минуту лейтенант колебался, не забрать ли меня в участок. Но, видимо, представив, что возня со мной затянется надолго и никакого толку не принесет, передумал.
— Значит, большой белой собаки ты тут не видел?
— Не видел, — подтвердил я.
— А кровь откуда?
— Кровь? Да это же я гвоздем плечо пропорол! — Я с готовностью сбросил куртку и показал ссадину на плече, покрытую свежей коростой.
— Ты мне баки не заливай, — без особого убеждения сказал лейтенант. — У тебя ссадина недельной давности, а кровь на траве максимум вчерашняя.
— Моя это кровь, моя, — настаивал я. — Просто на мне все заживает как на собаке. Лена, подтвердите товарищу лейтенанту!
— Это правда, — быстро и механически проговорила она. — Гвоздем… заживает…
— Ну да, — невозмутимо продолжал я, вытаскивая из кармана бинт. — Вот только сегодня утром повязку снял. Чего ее зря носить.
Лейтенант посмотрел и брезгливо отвернулся.
— Завтра зайду и проверю. Смотри, если документов не окажется! Пошли, Самсонов!
Он вышел с участка, хлопнув калиткой. Лена и ее мать стояли совершенно неподвижно, глядя на меня с изумлением, к которому примешивалась изрядная доля страха.
— Кто вы такой? — спросила мать. — Как вы здесь оказались? Откуда знаете, как нас зовут?
— Не бойтесь меня, прошу вас, — сказал я. — Я здесь совершенно случайно. Я сказал правду, меня ограбили на станции. Я долго шел пешком и утром забрался от холода в ваш сарайчик. Извините, если я вас побеспокоил. Но вы не должны волноваться, я сейчас уйду. Только я должен попросить вашего разрешения воспользоваться этой одеждой. Я ее обязательно верну…
— Откуда вы знаете наши имена?
— Просто услышал… сейчас услышал, когда вы разговаривали с сотрудниками. Извините, что я на вас сослался, иначе они бы от меня так быстро не отстали.
— Но они вовсе не называли нас по имени! — воскликнула мать.
— Мама, перестань! — вдруг сказала Лена. — Человек попал в трудное положение, нечего его допрашивать. Ты не следователь, в конце концов. Вы хотите есть?
— Нет, — сказал я и автоматически сглотнул слюну. — Спасибо. Я лучше пойду.
— Нет, сначала вы должны поесть. — Она подошла ко мне, взяла за плечо и тут же испуганно отдернула руку. — Вы правда не видели в сарае собаку?
— Не видел, — ответил я, бестрепетно глядя в ее глаза. Ведь это была чистая правда. — Мне действительно нужно идти. Извините меня еще раз.
Я шагнул по дорожке к калитке, и мать отпрянула в сторону. Лена шла за мной, провожая.
— Джек, — сказала она совсем негромко, словно бы сама себе.
— Что вы сказали? — переспросил я.
— Ничего. Просто так. У меня была однажды собака по имени Джек. У вас действительно не болит рука?
— Совершенно, — подтвердил я. — Пустяковая царапина. — Я вышел на улицу и остановился. — До свидания.
— Вы… вы к нам еще зайдете? — спросила она. — Мне хотелось бы… я бы хотела кое о чем с вами поговорить. Произошло так много странного…
— Обязательно, — сказал я. — Мне ведь нужно будет вернуть вам одежду.
 
Она была так похожа на Лизу. В моей груди вдруг образовался горький комок. После гибели Лизы я оставался один и, вероятно, теперь так будет всегда. Подруг мы могли находить только среди измененных. Любовь к обычным женщинам имела слишком дорогую цену, хотя такое — очень редко — все же случалось.
— Когда вы придете? — требовательно спросила она.
— Скоро, — улыбнулся я. — Очень скоро. Я обещаю.
Я вышел на улицу и зашагал к лесной калитке.
— Подождите! — окликнула она меня. — Вы не сказали, как вас зовут?
Прежде чем исчезнуть за оградой, я смотрел на нее несколько мгновений.
— Джек, — сказал я.
Потом закрыл калитку, сбросил тяжелые неудобные сапоги и побежал к лесу.
  
Василий Головачев
 
Кто следующий?
 
Понимаев включил мигалку и сирену, только сообразив, что опаздывает. Но и имея преимущества как работник госавтоинспекции, он не особенно преуспел в своем стремлении доехать до места работы вовремя. Потоки машин забили не только основные магистрали, но и улочки и переулки старой Москвы, поэтому надо было ехать буквально по встречной полосе, чтобы успеть к месту службы. А этого Понимаев не любил, даже будучи офицером ГИБДД.
Валерию Николаевичу Понимаеву исполнилось тридцать шесть лет. Он родился в Смоленске, закончил местный институт авиастроения, потом школу милиции, переехал в Москву и был взят на службу в столичную ГИБДД — разработчиком компьютерных систем поиска угнанных автомобилей. В настоящее время он был уже экспертом Центра поиска и получил недавно звание подполковника. Что, впрочем, не служило основанием для оправдания опозданий на работу. Опаздывал же он часто, так как жил в районе Хорошевского шоссе, а ехать надо было на другой конец города, в район стадиона «Авангард», где располагался Центр, да еще к девяти часам утра, когда поток машин становился максимальным. Не спасала и служебная «Волга» с мигалкой.
Получив очередной нагоняй от начальства за получасовое опоздание, обозленный Понимаев сел в своем кабинете к компьютеру. Но обида требовала выхода (до сих пор ему выговаривали как мальчишке), и он позвонил своему другу и бывшему однокурснику Олегу Кобринскому, ныне также обитающему в Москве, но в другой епархии: Олег работал главным специалистом по компьютерным сетям Московского института информатики.
— Привет, Кобра, уже на работе?
— Давно, — отозвался Олег флегматично.
— А я опять опоздал. Сплошные пробки на дорогах.
— А ты езди на работу, как я, на метро.
— Спасибо за совет.
— Пожалуйста. Не понимаю, чем ты недоволен. Ты же гаишник, имеешь право ехать на красный свет.
— Во-первых, я не гаишник, во-вторых, таких умников, которые норовят ехать на красный свет, развелось, как в том анекдоте, — миллионы.
— И вы не можете с ними справиться?
— Не с ними — с пробками. Количество автотранспорта в Москве растет на полмиллиона машин в год! А пропускная способность улиц остается той же, не помогают ни новые развязки, ни транспортные кольца.
— И чего ты хочешь от меня?
— Да ничего, — вздохнул Понимаев, — пожаловаться-то некому, вот я и плачу тебе в жилетку. Вечером ты что делаешь?
— Как всегда, сижу у ящика.
— Может, сходим в кафе, пивка попьем?
— Машка не одобрит… а с другой стороны — почему бы и не сходить? Позвони мне после шести, договоримся. — Голос Олега вдруг изменился. — Слушай, Понимаша, а давай я вам помогу.
— Как? — не понял Валерий Николаевич.
— Проанализирую потоки машин, все пробки, вычислю векторы движения, основные узлы напряженности, пути объезда и так далее. Или у вас уже проводился такой анализ?
— Нечто подобное было, — Понимаев поскреб макушку, — но для сугубо утилитарных целей. Мы искали способы нейтрализации пробок.