Хроники американского убийцы. Доминик (СИ)

Дерек слегка вздохнул и, по мере сил своих оправив одежду, решительно подошел к шкафу, наугад вытаскивая из него какую-то книжку. Завтракать он любил, уткнув глаза в интересное произведение, начиная день с чего-то приятного и увлекательного.
Когда он подходил к двери комнаты, в нее постучали.
Парень нахмурился. Гостей он не ждал, да и рановато было для них, к тому же, в том, что друзья его еще спят, он был почему-то уверен.
Но, тем не менее, дверь распахнул, вопросительно взирая на стоящего за ней человека. От сердца сразу отлегло. Это был дворецкий, всего лишь дворецкий, неизменно услужливый и вежливый, склонившийся перед бедновато одетым парнем в неглубоком поклоне.
— Доброе утро, сэр, — церемонно приветствовал тот, — Если вы изволите, то завтрак уже на столе. Умыться вы можете в ванной комнате дальше по коридору. Если пожелаете, я провожу вас.
— Почту за честь, — Дерек быстро, несколько смущенно улыбнулся и, прижав к себе неизвестную книгу, поспешил следом за обходительным дворецким. Чувствовать себя не больше и не меньше, чем наследным лордом, ему нравилось.
Ванная оказалась ожидаемо большой и, к приятному удивлению юноши, снабженной некоторым количеством новых зубных щеток, любой из которых можно было воспользоваться. Умывшись и почистив зубы, он ощутил себя поистине счастливым.
Дворецкий вежливо подождал у дверей и, когда парень вышел, предложил сопроводить его в гостиную, куда, по его словам, уже был подан завтрак.
— А мои друзья? — вопрос слетел с губ как-то сам собою, и Дерек прикусил язык. Наверное, причислять хозяина особняка, этого ужасного Карла Ежа, так пугающего очень и очень многих, да и его самого поначалу, к друзьям, было довольно самоуверенно и опрометчиво. Впрочем, дворецкий этим, по-видимому, не смутился.
— Господин Карл уже позавтракал и находится в своем кабинете, — церемонно доложил он, — Он всегда встает рано. Мистер Конте отдыхает, по приказу хозяина завтрак я отнес ему в постель, чем он сам был, надо признаться, не слишком доволен. Брат его уехал по своим делам, даже не позавтракав, он сказал, что его ожидают на работе. Хозяин велел вам и мистеру Конте полноценно отдыхать, сэр, а нам — заботиться о вашем отдыхе. После завтрака будет подана машина, дабы отвезти вас к врачу.
— Спасибо… — Дерек, несколько растерявшись, неуверенно кивнул. С такой обходительностью, такой безусловной заботой сталкиваться ему еще не доводилось, и как себя вести он представлял слабо. Роль богатого джентльмена ему, казалось, не по плечу.
Впрочем, дворецкого, видимо, предупрежденного о происхождении юноши, поведение его нисколько не смущало. Он вежливо указал на лестницу, по которой надлежало спуститься, провел молодого человека по ней, пристально следя за каждым его движением и едва ли не считая болезненные охи, когда он делал излишне резкие шаги, проводил его в гостиную и, усадив за большой стол рядом с кружкой горячего кофе, тарелкой с яичницей с беконом и стаканом апельсинового сока, вежливо удалился.
Дерек, сраженный наповал всем происходящим, ужасно желающий не ударить в грязь лицом и показать себя достойным гостем аристократа, откашлялся и, обнаружив на столе салфетку, аккуратно положил ее себе на колени. Затем подумал, и заткнул за ворот. Стало неудобно и тесно.
Парень вздохнул, огляделся и, не обнаружив в шаговой доступности слуг, раздраженно выдернул салфетку, снова раскладывая ее на столе. После чего раскрыл книгу прямо посередине и принялся за еду.
Он всегда начинал новые произведения именно так — открывал их на первой попавшейся странице, пробегал взглядом несколько абзацев и, если книга интриговала, начинал читать уже с самого начала. Дурацкая привычка, за которую его всегда ругал отец, полагавший, что любое дело требует обстоятельности.
Он отправил в рот кусочек бекона и принялся читать какой-то диалог.
«— Как ты предлагаешь убить его?! Это же тирвас! — девушка пораженно покачала головой, будто не веря собственным ушам, — От него можно избавиться лишь если он покончит жизнь самоубийством!
 
Ее спутник недовольно поморщился.
— Сказки все это для маленьких детей! Тирвасы — существа, которых нельзя убить ни одним из возможных способов, которые всегда выживут… Коли так, заставим его истечь кровью и пусть его способности перейдут к нам!»
Дерек медленно опустил вилку и, вцепившись обеими руками в книгу, еще раз внимательно перечел маленький отрывок. Заставить покончить жизнь самоубийством… Истечет кровью… Всегда выживет… Где-то он это уже слышал.
Он сглотнул и, неспешно положив книгу на стол, заложив ее пальцем в нужном месте, залпом опорожнил стакан апельсинового сока.
А ведь ему приходило в голову, что охота ведется не только, и не столько за деньгами Доминика, сколько за ним самим… И, главное, тот же способ — заставить истечь кровью!
Парень содрогнулся. Опасная ситуация, в которую он попал, внезапно начала обретать статус мистической, и это требовалось срочно с кем-нибудь обсудить.
Есть больше не хотелось, кусок не лез в горло. Дерек вскочил, кусая губы и прижимая к себе книгу, слабо охнул и, чертыхнувшись на собственную опрометчивость, решительно шагнул к выходу. Куда он собирается идти, он не знал.
Надо было с кем-то поговорить, с кем-то срочно обсудить неожиданную догадку, но единственный человек, здоровый и физически, и психически, да к тому же еще и работающий в полиции, и бывший братом предполагаемого мистического существа, уехал по делам. С самим Домиником говорить об этом не хотелось — психика его сейчас и так уже нарушена, зачем травмировать ее еще больше?
Оставался Карл. Карл Еж, сидящий сейчас в своем кабинете, дороги к которому он не знал. Интересно, дворецкий отведет его к хозяину или скажет, что беспокоить того воспрещается?
Ай, не попробуешь — не узнаешь!
Он слегка толкнул покинутый стул и, уверенно прошествовав к дверям, за которыми его должен был бы ожидать дворецкий, распахнул их.
Дворецкий оказался в холле, где он и ожидал его встретить и, увидев решительного, целеустремленного юношу, немного склонил голову.
— Уже покушали? Я велю убрать…
— Мне нужно поговорить с Карлом, — уловив в собственном голосе властные нотки, Дерек искренне изумился. Похоже было, что он уже входит в роль, примеряет на себя образ хозяина и вполне справляется с ним.
— Хозяин не любит, чтобы его беспокоили во время работы… — дворецкий замялся, явно не зная, распространяется ли это правило на странных друзей его господина.
Парень нахмурился. Такого ответа он ожидал, но рад ему не был и был полон решимости переубедить слугу своего нового если уж не друга, то, во всяком случае, покровителя.
— То, что я хочу сказать ему, может быть очень важно, — отчеканил он и, слегка приподняв подбородок, приказал, — Проводите меня к его кабинету. Все его недовольство я приму на себя… если, конечно, он его выкажет.
Дворецкий вздохнул. Судя по всему, молодому человеку он по какой-то причине симпатизировал, и помочь желал ему искренне, однако, сомневался в успехе этого предприятия.
— Сэр, попасть в кабинет хозяина не так просто — там всегда охрана…
— Проводите меня туда! — Дерек, сам ощущая себя упрямым бараном, едва ли не топнул ногой, — Просто проводите, с остальным я разберусь уже сам!
Дворецкий на несколько секунд сжал губы и неодобрительно покачал головой. Парню подумалось, что симпатия в его душе в эту секунду растаяла, как дым.
— Хорошо, сэр, — он набрал побольше воздуха и, развернувшись на каблуках элегантных ботинок, кивнул, — Прошу следовать за мной.
 
…Кабинет Карла оказался расположен на втором этаже особняка, и Дерек, прекрасно помнящий об обилии лестниц, ступенек и поворотов в прошлый раз, был даже несколько удивлен тем, сколь прост на деле был путь к нему. Похоже, тогда его специально водили кругами, чтобы сильнее запутать…
Дверь в кабинет находилась, как он и запомнил, в конце короткого коридора. Возле нее, выпрямившись, как у мавзолея, замер уже знакомый молодому человеку тюремщик, лениво жующий жвачку.