Доктор Элиза

«Похоже, что у наследного принца самые сильные способности во всей истории императорского рода».
Одержав победу над третьим принцем, Линден продемонстрировал, что его способности сильнее, чем у отца. Хоть Элиза и не могла убедиться в этом лично из-за того, что была казнена, но она была уверена, что под его властью Брития процветала.
«Но сначала было пролито много крови…» – вспомнила Элиза.
Крови пролилось столько, что люди назвали этот период трагедией Лондо. Принцу больше ничего не оставалось, и Элиза это знала. И все же ей было грустно. Пусть он и не делился с ней своими чувствами, но происходящее мучило его. Она могла понять его боль, просто глядя на него.
Да, избежать этих событий тогда было нельзя. И та трагедия окончательно разбила его и без того измученное сердце.
«А я, будучи императрицей, только добавляла ему проблем», – с горечью подумала Элиза. Хорошо, что в этой жизни ей не стать императрицей.
– Ваша светлость, не возражаете, если я возьму вас под руку?
– Да, спасибо. Ноги трясутся.
Элиза взглянула на герцогиню. При ходьбе у нее и правда едва заметно дрожали ноги. Этот симптом называют застыванием. Только взглянув на ее походку, Элиза догадалась, чем больна герцогиня: «болезнь Паркинсона».
Вообще-то Элиза не очень хорошо знала герцогиню, потому что та скончалась вскоре после их свадьбы с принцем. Она задохнулась.
«Болезнь Паркинсона – это заболевание, при котором из-за гибели нервных клеток человек утрачивает двигательную функцию. Возможно, это привело к тому, что она не смогла проглотить еду: кусочек пищи перекрыл ей горло, – размышляла девушка. – Но выглядит герцогиня хорошо. Нельзя ли ей чем-то помочь?»
В Элизе тут же проснулся врач. Но, к сожалению, болезнь Паркинсона неизлечима.
«Даже на Земле эту болезнь можно только замедлить, но не излечить. Спасти ее от удушения я смогу, только если буду находиться рядом».
Когда еда попадет в горло, меры нужно будет принять незамедлительно. Если рядом не окажется человека, знающего, что надо делать, помочь будет невозможно.
«Надо что-нибудь придумать…» – решила Элиза. Она выудила из памяти смутные воспоминания о смерти герцогини. Хотя в этот раз обстоятельства могут оказаться другими. Это может произойти позже, а может случиться прямо здесь, на празднике.
«Надеюсь, у нее все будет хорошо», – думала Элиза, провожая женщину в зал.
– Спасибо, Элиза. До встречи.
– До встречи, ваша светлость.
Гости заняли свои места, ожидая начала речи. Элиза подошла к своей семье.
– Лиза, ты где была? Мы тебя везде искали.
– Я… я отдыхала. Простите, отец.
– Как ты себя чувствуешь?
– Мне уже немного лучше.
– Скоро его величество начнет речь, подожди немного.
– Да, отец.
Осталось только дождаться окончания речи, и можно будет возвращаться домой. Элиза с облегчением выдохнула.
«Учебу можно отложить. Сегодня надо как следует отдохнуть».
– Его Величество Император!
Зазвучали трубы, император в праздничном облачении поднялся на возвышение с Библией в руках и окинул взглядом зал.
– Приветствую уважаемых гостей. Я начну с молитвы в благодарность Господу, своей смертью искупившему наши грехи.
Уже более пятисот лет празднование дня рождения императора начиналось с молитвы. Эта традиция зародилась еще в те времена, когда Брития была королевством, а не империей.
Император повернулся спиной к залу и лицом к огромному кресту на стене. Преклонив колени, он принялся читать молитву.
После молитвы император произнес праздничную речь. Содержание ее было примерно таким же, как обычно. Он говорил о том, что надеется на процветание империи.
«Уже скоро. Потерпи, Элиза!» – убеждала себя девушка. Голова так кружилась, что она, казалось, вот-вот упадет в обморок. Но речь уже подходила к концу, Элиза собрала волю в кулак.
«Осталось только дождаться, когда будет объявлено имя невесты. И можно отправляться домой», – подумала Элиза. Эта мысль придала ей сил.
– Спасибо за внимание.
Речь была окончена. Обычно это означало конец официальной части. Но в этом году все было иначе. Осталось кое-что еще.
 
– Сегодня у меня есть для вас еще одно сообщение. Я намерен объявить имя невесты наследного принца Линдена де Романова.
Император говорил уже не так торжественно, как во время праздничной речи, он словно лично обращался к тем, кто собрался в зале. Гости тоже немного расслабились. Всем не терпелось узнать, кто станет невестой наследного принца.
– Но сначала я должен сказать кое-что еще. На самом деле, готовя это объявление, я упустил один важный момент, – предупредил император.
Он произносил речь совсем не так, как это делали правители восточной империи Цин. Отчасти это было отражением его собственного характера, но по большей части дело было в культурных различиях между странами.
– Леди, на которую пал наш выбор, еще не достигла совершеннолетия.
Элиза, едва не падая от усталости, внезапно подняла голову и удивленно посмотрела на императора. Что это значит?
«Он ведь не обо мне говорит?»
Кажется, Элиза была единственной кандидаткой, не достигшей совершеннолетия. Герцогиня Букингемская, принцесса Спании… Им всем уже исполнилось семнадцать.
«Да нет, не может быть», – постаралась успокоить себя Элиза.
– С точки зрения закона никто не мешает объявить о помолвке даже в том случае, если невеста не достигла совершеннолетия, но я лично пообещал ей, что дождусь этого дня.
У Элизы затряслись руки: «Неужели…»
В этот миг император устремил взгляд туда, где находилось семейство де Клоранс, а точнее, прямо на Элизу. Их взгляды встретились, и Минчестер де Романов улыбнулся.
– Поэтому прошу меня простить, но я собираюсь отложить объявление о помолвке наследного принца до тех пор, пока леди де Клоранс не достигнет совершеннолетия.
Взоры всех гостей обратились к ней. В глазах у Элизы потемнело.
После этого она мало что помнила, даже то, как оказалась дома. Ее всю трясло.
«Нелепица какая-то!» – думала она. Ведь был же договор! Она ведь еще не проиграла! И он еще не назвал ее невестой.
Объявление о помолвке отложено до совершеннолетия маркизы де Клоранс.
Но отложить объявление до ее совершеннолетия – то же самое, что и объявить ее невестой. Любой догадается, что Элиза и есть невеста.
«Знал ли об этом отец?» – задумалась Элиза. Похоже, что маркиз не был в курсе. Он был потрясен не меньше дочери. Будучи правой рукой императора, он мог бы и догадаться, но, кажется, он ничего не знал.
«Так не должно быть!»
Ее прошлая жизнь ни за что не должна повториться. Это станет трагедией для всех. И для нее, и для ее семьи, и для принца. К тому же она никак не могла отказаться от главного – от профессии врача!
У нежной и с виду слабой Элизы сохранился сильный характер хирурга Сон Чихён. Она никогда не откажется от профессии врача.
«Нужно поговорить с его величеством», – думала девушка, кусая губы. Это был вопрос жизни и смерти, и он не терпел отлагательства.
«Завтра, на втором дне празднования, я с ним поговорю. Так быть не должно».
Ночью ее мучили кошмары. Ей снилась прошлая жизнь Элизы. Ее первая жизнь.
Попросишь у них прощения в аду.
Холодные слова. Она не хотела пережить это снова. Она хотела все забыть: трагедию, собственную казнь.
Элиза открыла глаза. Вся в поту, она тяжело дышала, как будто вот-вот задохнется.
– Это сон…
Элиза провела рукой по шее: ей казалось, что она ощутила лезвие гильотины. Она знала, что это всего лишь сон, но каждый раз чувствовала боль, будто в самом деле взошла на эшафот.
Элиза выпила воды, чтобы успокоиться.
«С тех пор как я вернулась в тело Элизы, мне почти не снился этот сон», – вспомнила девушка. Пока она жила на Земле, этот кошмар постоянно ее преследовал – настоящее посттравматическое стрессовое расстройство. Сколько слез она пролила из-за ужасных воспоминаний, сколько ночей провела, не смыкая глаз, чтобы не видеть кошмаров. Может, потому она и сосредоточилась на карьере врача – чтобы сбежать от ужасов прошлого.