Академия Парамагии (СИ)

– Профессор Боян Чистослов всегда такой зануда.
– По-моему, он полезное говорит, – ответила я и покосилась на Биана.
Сегодня новенький почему-то совершенно на меня не обращал внимания, и я стала думать, что мне действительно все померещилось и Дубрава права – мне просто нужно с кем-нибудь познакомиться. Чтобы проводить время не только за учебниками и убеганием от работорговцев Подгорода. Хотя учеба это именно то, что сейчас нужно. Встреча на Буферном рынке с красноглазым Фабианом сигналит –  очень неспроста он так часто появляется в зоне видимости. Тут не надо быть Виолеттой Спрутовской, чтобы это понимать. А с учетом моих видений на пустоши надо быть готовой ко всему и побольше учиться.
Профессор Чистослов стал неспешно ходить по центру аудитории и смотреть куда-то вдаль.
– Как вы уже знаете из курса боевой магии инструктора Хрома, – продолжил он лекцию, –  чары принципиально отличаются от заклинаний. Заклинания вы применяете быстро, а вот с чарами лучше знакомиться вдумчиво и детально.
– Будто чары могут всерьез навредить, – хмыкнул кто-то с заднего ряда. – Пока враг их прочтет, пока наложит – сто лет пройдет. Я его пять раз загрызть успею.
Мы с Дубравой оглянулись и заметили того самого кудрявого паренька, который когда-то подбил меня вступить в батл по скороговоркам с Пересветом. Тогда я его идентифицировала как оборотня. Сейчас он выглядит даже ещё более взлохмачено – кудрявые волосы в растопырку, а из-под футболки торчит коричневая шерсть.
– Неверно наложенные чары могут сыграть злую шутку с вами, юный волкодлак, – проговорил профессор. – Напомните, как вас именовать?
Кудрявый хмыкнул.
– Ну, предположим Алан Клыкер.
– Многоговорящая фамилия, – проговорил под нос профессор Чистослов, затем продолжил уже громче: – Так вот, уважаемый будущий агент АКОПОС, Алан Клыкер, представьте, что вы решили наложить чары… Скажем, для улучшения концентрации при атаке. Пока вы их изучали только в теории, но уверен, вам знакомы эти чары.
Лицо кудрявого парня все ещё непринужденно кривилось.
– Ну да, на курсе боевой магии агент Хром нам говорил, – сообщил он.
Профессор кивнул и отозвался:
– Замечательно. А теперь поглядим сюда.
Боян Чистослов развернулся к нам спиной, его руки вскинулись, а в аудитории прозвучало его четкое и короткое заклинание. В этот же момент в нижней части зала появились полупрозрачные фигуры агентов АКОПОС на холме, а вокруг них множество сгустков тьмы. Они напоминают голограммы из кино, только объемные и очень реалистичные.
– Вы наблюдаете хронику нападения на границе с Небуланом пять тысяч лет назад, – продолжал вещать профессор Чистослов. – Однажды этот мир пытался нарушить мирный договор содружества всех миров. Попытка была локальной, но посмотрите внимательно.
Он указал на группу агентов. Мы все подались вперед, чтобы лучше видеть, как раз в эту секунду началась битва. Темные сгустки, словно истребители, пикировали на агентов, а те выставляли щиты, активно оборонялись и нападали.
Один из агентов сделал пас, я уже знала, что это такое и зачем они нужны, а он стал быстро шевелить губами.
– Как видите, – делал пояснения профессор, – агент накладывает на группу чары концентрации. Потуга правильная и похвальная. Но смотрите.
Мы все превратились во внимание. Агент тем временем читал все быстрее и над его группой возник мерцающий серебром полог. Смотрелось красиво – словно их накрыло вуалью из лунного света. Но в какой-то момент лицо агента исказилось, будто он сказал что-то не то или не так. В ту же секунду вуаль потемнела и резко затянулась на шеях агентов. Воздух пронзили крики, агенты похватались за горло, кто-то пытался метать пульсары, кто-то чертил пассы, но общая удавка неумолимо затягивалась на их шеях. А сгустки тьмы, которые больше ничего не сдерживало, набросились на группу и превратили их в кучку пепла.
Профессор вновь вскинул руки и видение исчезло. В аудитории повисла гробовая тишина, все оцепенели. Катастрофа, которую показал профессор, все ещё стояла перед глазами, а в ушах звучали крики агентов.
 
– Они не выжили? – донесся чей-то тихий голос с задних рядов.
Профессор Чистослов печально вздохнул и ответил:
– Агент АКОПОС должен понимать, что его работа непростая и рискованная. Но также ему необходимо помнить, что он несет ответственность не только за себя, но и за своих коллег. И чары, которые он накладывает, должны выполняться с филигранной точностью. Теперь вы это понимаете?
Вопросов о необходимости и важности Чароплетства больше ни у кого не возникло. Мы записывали в рабочие блокноты лекции, я сделала кучу пометок о том, как должны правильно звучать слова любых чар. Оказалось, очень важно произносить их с правильным забором дыхания, иначе все может кончиться, как в видении, что показал профессор.
Первую половину занятий мы записывали лекцию, а во второй профессор позволил нам перейти к отработке простейших чар.
– Попробуем зачаровать вазу и сделать так, чтобы она засветилась, – сказал он. – Разбейтесь на группы по пять человек, у меня не так много ваз. А разобьете вы их сегодня предостаточно.
Дубрава тут же подтянулась и ухватила меня за руку.
– Я и Ясень с тобой, – прощебетала она радостно.
Прежде, чем мы успели спохватиться, народ как-то очень резво собрался в кучки и к своему легкому ужасу, я увидела, что без команды остались только двое. И если один меня особо не интересовал, то от второго по спине прокатились знакомые мурашки.
– Биан Ас, кажется? – проговорил профессор, глядя на кареглазого, который смирно и одиноко стоит у своего стола. – Присоединяйтесь вместе с юным волкодлаком к лесовикам и Ярославе.
  
Глава 5
 
Известие о том, что мне предстоит работать в группе с кареглазым новеньким, который приснился мне то ли в эротическом сне, то ли в кошмаре, взвинтило нервы настолько, что я выдохнула:
– Так он же только перевелся!
На что профессор Чистослов бросил на меня равнодушный взгляд и размеренно провел пальцами по бороде.
– Если не забыли, вы тоже в академии без году неделя, – заметил он. – Давайте-давайте, не тратьте время занятий. Группируйтесь бодрее.
Биан Ас поднялся с места. Наверное, если бы лопата была человеком и обладала лицом, на нем отразилось бы больше эмоций, чем на бесстрастной физиономии новенького. Он приблизился к нам и встал слева от меня. Возможно, я себя накрутила, но кожа моя тут же пошла пупырышками.
Дубрава наклонилась ко мне и шепнула:
– Вот тебе и шанс нормально познакомиться.
– Не собираюсь я с ним знакомиться, – отозвалась я таким же шепотом. – У меня от него мурашки. Забыла?
– Ага, а ещё он тебе снится.
– Расскажешь кому-нибудь – листья пообрываю. Или что там у тебя? – предупредила я лесовичку.
Она хмыкнула.
– Да не дрейфь. Не хочешь  знакомиться с новеньким, познакомишься с кем-нибудь в «Тайниках».
– Да не хочу я… – начала я, но тут подоспел волкодлак.
– Хоба! – выдохнул он прямо над ухом.
Оборотень очень вовремя впихнулся между мной и Бианом, так что несмотря на болтливость и самоуверенность волкодлака, я ему даже обрадовалась.
– Ну чего вы? Классно будет. Не бойтесь, сейчас мы быстро заставим эту вазу светиться. Я же с вами, – сообщил он самоуверенно.
Ясень все это время внимательно изучал что-то в фолианте, поэтому молчал. Но, когда нагрянул волкодлак и залился соловьем, лесовик оторвал взгляд от текста и произнес:
– Не помню, когда это среди волкодлаков встречались сильные маги.
Алан тряхнул кудрями и оскалился уверенной улыбкой.
– Не помнишь, потому что у лешаков память плохая, – не растерялся он.
– А волкодлаков от концентрации отвлекают блохи.
– Боюсь представить, откуда лешаки так много знают о блохах, – весело огрызнулся Алан.
Ясень не уступал.
– Боишься – это правильно. Лешаков есть за что бояться.
Они бы наверняка продолжили препираться, но вмешалась Дубрава.