"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Таможня пропустила Сойфера с папкой через границу. А взамен забрала свидетельство на вывоз культурных ценностей. К нему прилагались вполне качественные цветные фотографии. В том числе и фотоизображение Золотого листа.
- То есть он вложил Золотой лист в папку с похожими гравюрами и вывез уникальный раритет, который может перевернуть наши знания об истории?! – Писатель возмущенно хлопнул по фотографии.
- Точно так. А что за закорючки на этом листе? Письмена инков? Или праязык? – хмыкнул я, вспомнив, как носился с этим праязыком Писатель в прошлой реальности.
- Всего намешано. Вот это, - Писатель провел пальцем по верху фотографии, - почти наверняка забытая письменность инков… А вот это иные, незнакомые нам символы. Аналоги я встречал на Востоке.
- Интересно.
- Еще как. А вот это совсем удивительная вещь. На фотографии знак неразличим. Но я его помню отлично, - он ткнул ручкой в правый нижний угол Предмета
- И что там?
- Удивительный символ, - Писатель взял на столе блокнот, выдернул из него страничку. Несколькими умелыми линиями нарисовал символ. И протянул листок мне.
Я вздрогнул. На листке была нарисована восьмерка, переплетная с Петлей Мебиуса.
- Он мне встречался несколько раз, - с энтузиазмом продолжил вещать Писатель. - Притом в разных культурах, изолированных друг от друга. И в Египте, и в Америке. Но официальная наука утверждает, что контактов в древности между ними не было, а, значит, и обмен символами исключен. Самое удивительное, я не видел ни одного научного исследования по этому поводу.
- Ученые не хотят замечать многого, - как-то опустошенно произнес я, не отводя взгляда от этого символа. Накатило, черт возьми!
- Вот почему не хотят! – возмутился Писатель. - Это же важно! Это потрясение основ истории!
- Тебе важно. А им… Наверное, им просто отводят глаза. Когда важные вещи становятся неважными, - предположил я.
- И кто после этого мистик и эзотерик? - усмехнулся Писатель.
- Это не мистика. Это ход вещей. А что означает этот символ, я тебе скажу прямо сейчас. Лента Мебиуса – это возможность оказаться на противоположной плоскости, всего лишь продолжая движение. И символ того, что переход часто приводит нас к началу. А восьмерка - знак бесконечности материи и духа, - я дословно процитировал глубоко врезавшиеся в мою память слова.
- И откуда это следует? – недоверчиво и заинтересованно посмотрел на меня Писатель.
- Очень далеко, можно сказать, в другом мире мне рассказал это один очень мудрый и отважный человек, - со вздохом произнес я. - После этого он геройски погиб. Погиб счастливым, посчитав, что выполнил свое предназначение.
- А он выполнил?
- Да. И если бы у тебя была память, ты бы вспомнил…
- Ты о чем? – напрягся Писатель.
- Да так, не обращай внимания на сбрендившего вояку…
- Разочаровал. Я уж думал, ты мне сейчас гордо объявишь, что явился из параллельной Вселенной, чтобы спасти этот погрязший в грехах мир, - рассмеялся Писатель.
Я только улыбнулся в ответ. Не скажу я тебе такое. Не потому что это неправда. Это как раз правда и есть. Просто не хочется прослыть умалишенным. Только вот интересно, по какому наитию Писатель брякнул такое?
А петля Мебиуса и восьмерка. Для меня это еще и знак близости цели. Всегда встречал его в самых неожиданных местах и на самых неожиданных вещах, когда рядом уже маячил Предмет. Ну что же, я на верном пути.
- Спасибо. Ты много прояснил, - я собрал фотографии и сунул их в портфель, собираясь отчалить.
- И как теперь со мной? Чего меня здесь мариновать? Я ведь могу помочь. В этих древних загадках ни один профессиональный историк не разбирается лучше меня, - почти с мольбой смотрел на меня Писатель, как приблудившаяся дворняга – мол, не прогоняй, хозяин, я буду лаять и воров отпугивать.
- Куда же тебя денешь, - сказал я. - Мы одной веревкой теперь связаны.
- Стали оба мы скалолазами, - процитировал Писатель песню Владимира Высоцкого – знаменитого народного барда, погибшего в упавшем авиалайнере во Франции в 1983 году.
- Будем с тобой искать Лист Весны, - пообещал я. – Притом, не откладывая в долгий ящик.
Только вот с этим нам пришлось повременить. Потому что вскоре разразилась катастрофа…
Глава 12
«Радио русских дорог» оптимистично вещало в салоне «Мерседеса» голосом Алены:
- Минутка позитива. Наше традиционное расписание концов света. В декабре Земля провалится в Черную дыру, как объявил мальчик аутист из Еревана, ранее прославившийся точными предсказаниями о смене правительства Армении.
- А в чем позитив концов света, Алена?
- В том самом моменте, когда они не состоятся, Алеша.
Я остановил машину, припарковав ее на стоянке около торгового комплекса «Супер Мега». Вместе с заглохшим урчанием двигателя пропали и голоса жизнерадостных гиен эфира.
Выйдя из салона, я потянулся, зевнул. Отмахнулся удостоверением от стража парковки, который обиженно откозырял мне и отправился искать новые объекты машинного доения.
Посмотрел на часы на глухом бетонном кубе «Супер Меги», похожем на корпус атомной электростанции. Успеваю с запасом. А запаса нам не надо. В нашем деле лучше вовремя, чем заранее.
Купив в ларьке, по форме напоминавшем стаканчик мороженого, порцию фруктового льда, я направился неторопливо по тротуару вдоль широкого шоссе с головоломными развязками. Было на улице колко и жарко, как обычно. Хотя не так давно, в другом мире, я считал неизбежным и обычным хлещущий с неба нескончаемый дождь.
Путь мой лежал к стекляшкам новых домов, среди которых вырос многоуровневый гараж - такая огромная коммунальная квартира для автомобилей.
В тринадцать ноль я был перед лифтом, ведущим в гараж. Махнул смартфоном. Глазок детектора поймал и идентифицировал сигнал. Двери лифта раздвинулись. Цивилизация, елки-палки. Чудеса техники. К твоим услугам теперь электроника общественных мест с доступом через телефон в твоем кармане. И ты на коне, когда имеешь возможность добыть практически любой доступ. А я имел такую возможность.
Место мне не нравилось. Слишком много видеокамер, соглядатаев-охранников. Хотя Звеньевому, конечно, виднее, куда меня выдергивать на встречу.
Лифт поднял меня на второй уровень. Маршрут, куда сворачивать и как идти – это все просчитано заблаговременно. К встречам надо готовиться, чтобы не шататься неприкаянным и не спрашивать прохожих, как пройти в библиотеку.
Тут были низкие потолки. Голубоватое яркое освещение, идущее от фигурных ламп на потолке. Шум системы вентиляции, которая исключает накопление угарного газа. И уснувшие в ожидании хозяев автомобили самых разных марок и цветов.
Мимо меня проехал к выходу праздничный «Фольксваген» желто-зеленого цвета. За рулем, понятное дело, сидела дама, а рядом на сиденье гордо возвышался самодовольный и гордый лабрадор.
Стоянка шестьдесят семь располагалась справа от лифта, за вторым поворотом, прямо у массивной бетонной колонны. На ней с трудом пристроился явно негабаритный длинный черный «Линкольн». Звеньевой во всех мирах любит такие полированные громады. Насмотрелся фильмов про людей в черном? Или авторы этих фильмов насмотрелись на нас?
Шаги гулко отдавались в помещении. Чеканно звучащим шагом я проследовал к «Линкольну», с трудом распахнул тяжелую дверцу и приземлился на переднем сиденье.
Звеньевой на сей раз сидел за рулем, исполняя роль водителя. На меня он посмотрел немножко иронично и как-то отстраненно. И мне сразу что-то не понравилось и в этом взгляде, и в самом душевном настрое собеседника.
- Стремное место, - оценил я. - Все просматривается и записывается.
- Не бойся. Тут все под контролем, - небрежно бросил Звеньевой. - Как успехи, Старьевщик?
- Ничего не прибыло пока. И не убыло.
- Теперь слушай внимательно, - произнес куратор совсем невесело. – Мы установили личность киллера, который тебя хотел упокоить.