"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Не тебе говорить, что я для ее светлости теперь что отец родной… — не удержал самодовольной улыбки любитель куриных пирожков. — И едва ягодка явилась к миледи, как та немедленно отдала всех голубей да трех курьеров в довесок!
Из-за дырявого плаща на кровать перекочевала еще пара точно таких же писем, написанных все тем же аккуратным девичьим почерком, что когда-то уберег мою шею от петли.
— На кой хрен столько?
— Так эта… — рыцарь скривился, стараясь припомнить нужное слово, но быстро сдался. — Оттепель ведь.
А, ну да, точно. Эмбер еще жаловалась, что караванщиками отчеты не послать и приходится авантюристов за хорошие деньги подряжать. Мол ягода какая-то на болотах цветет и почтовые голуби ой как любят ее поклевать. И хрен бы с ней, да только, то не ягода, а какой-то хищный цветок, или вообще гриб.
— Говоря иначе, больше писем с Молочного холма нам не видать…
Лорд лишь отмахнулся, мол «и что с того?» Голуби картами пользоваться не умеют и слов не понимают, а летят только туда, откуда их привезли. И чтобы герцогиня снова могла воспользоваться крылатыми смсками, их надо заново в клетки сажать да везти в Молочный холм… И это плохо.
— Так и что делать станем? Не более недели имеем, пока доедет — поспешать надо, коли хотим головы сохранить!
Хотел бы я спросить, «а я-то тут причем?!», но это могло подождать. Случайности сейчас важнее. Случайно подслушала, случайно залезла, случайно увидела, случайно убежала…
Повертев одинаковые письма в руках и бросив их на покрывало, я решил, что слишком многое пережил в этом городе, чтобы верить в такие нелепые совпадения.
— Нет у тебя никакой недели. Нарочно печать подсунули.
— То есть как, нарочно? Тож инспектор! Он говна что ли обхлебался, дабы нарочно про свое прибытие возвещать?
— Жопой об косяк! Кто из нас лорд вообще? Как ты с такой наивностью до старости дожить умудрился? Прибыл он уже давно, а печать — тупо провокация! Отмашка для суетливого идиота, в виде тебя.
— То есть как… Зачем?
— Затем чтобы на твою морду посмотреть, когда ты начнешь по всей Ивановской метаться, заметая грешки под ковер! Что ты как маленький в самом деле? Очевидно же…
Ну серьезно — нафига тратить время на какие-то там расследования, когда можно просто дезу подсунуть и посмотреть, как противник начнет нервничать? Сколько раз такую фигню проворачивали — «спешно» доложишь по радио, что переговоры артиллеристов запеленговали, а потом смотришь, как шифрованные сигналы резко исчезают. Что характерно, исчезают только из одной локации, тогда как другие продолжают болтать как ни в чем не бывало. Дальше уже дело техники. Ракетно-батарейной.
Тогда я воспринимал это за победу. Даже азарт испытывал, думал — вах, какой я умный и хитрый! А потом как-то раз поглядел на останки такой позиции, оценил сколько человеческих «запчастей» на выжженной траве валяется и вдруг осознал, что "умные" и "хитрые" в чистых кабинетах сидят, а не кровь ботинками месят. Сидят, лапают грудастых секретарш, и посылают глупых и бесхитростных, гробить свои и чужие жизни ради длинных банковских счетов и политических рейтингов.
— Ты… — седые брови недоуменно вздернулись, а в серых глазах заиграло нечто похожее на уважение. — То есть… Да как у тебя раз за разом выходит?! Себаса перехитрил, барона раскусил, наемников от замка увел, «мантикору» взглядом поломал… — облизнув засохшие губы, Грисби нервно наклонился. — Ты ведь верно не колдун? Ты не таись коли так, я ж не с Рориков, я ж с пониманием…
— Дурак ты и понимание у тебя… — не удержав зевка, я вдруг вспомнил, что за всю неделю спал, дай бог, часов шестнадцать. — Поживешь в этом городе с недельку — не такому научишься. И вообще, причем тут…
Я осекся, уставившись на потертые дорожные штаны, облегающие толстые ноги лорда. Вернее, на угрожающий бугор, бесцеремонно выпирающий на самом интересном месте. Мимолетный взгляд на пустую бутылку возле Грисби, помог расставить все на свои места:
— И сюда подсыпать умудрилась… Вот же жопа белобрысая!
Недоуменно подняв брови, лорд проследил направление моего взгляда и уставился на свою ширинку. Мгновение тишины взорвалось ужасом, быстро переходящим в восторг:
— В рот мне подковы, ты как это сделал?! У меня уже лет десять — даже по утрам ничего не шевелилось! — щелкнув челюстью, тучный феодал резко отстранился, по бабьи прикрываясь плащом. — Ты чего удумал?! Ты не вздумай! Коли золота да милости — сколь пожелаешь, но с мужиком валандаться… Я лорд, я сир Аарон «Могучий», а не грелка для перины!
— Да замолчи ты уже… — оценив количество оставшегося масла в лампе, я понял, что время далеко за полночь.
Поздно уже совет держать. Да и любоваться на благородное достоинство тоже желания не имею. Впрочем, в замок его тоже не отправишь… Ай, ладно.
Стоило больших трудов успокоить испуганного лорда и отговорить его от прыжка в окно, но в конце-концов он все же перестал взывать к дохлому императору и согласился на предложение заночевать в соседней комнате. Благо уж чего-чего, а незанятых спален в салоне полно.
Но не успел я довести его до порога, как он вдруг воровато оглядел пустой коридор и, придвинувшись, громко заворчал:
— Раз уж я все равно в этом срамнике ночую… Эх, была не была! Может и «грелку» сообразишь? Кошелем-то угощу, коли надобно. Ну как, а?
Стыдливая неловкость в его голосе отчетливо боролась с непристойным интересом, а вымученный налет бесстрастности резал по ушам не хуже хорошо знакомых фальшивых стонов.
Уже собравшись послать Грисби куда подальше, я вдруг подумал, что это не такая уж плохая идея. Во всяком случае, так горожане, а главное, — затаившийся инспектор, будут думать, что лорд в бордель за девкой пришел. А не за старшим лейтенантом. Уж чего-чего, а внимания от средневековых федералов мне точно не нужно. И дело не только в девке, «распятой» в подвале.
— Этого добра тоже навалом… Ладно, сиди. Пришлю кого-нибудь.
— А можно всех посмотреть? — до боли знакомая фраза в устах Аарона звучала ничуть не хуже, чем у караванщиков. — Или хотя бы выбрать?
Не дожидаясь ответа, Грисби метнулся к столу с дорогим зеркалом и в свете лампы принялся разглаживать усы да зализывать седой ежик. С каждым мгновением он все меньше походил на лорда, и все больше напоминал неуверенного мальчишку в кондитерской.
Совсем как Гена, блин.
Ладно, пес с ним. Авось менеджер кривиться перестанет, когда узнает что я целого Грисби в клиенты привел. Осталось только разыскать этого проклятого евнуха и, желательно, не заснуть в процессе.
Чую, завтра денек будет еще тот. Знать бы только, чего ждать.
Глава 4: Бремя славы
Похоже, Куролюб не преувеличивал, заявляя про десять лет безбрачия. Честно говоря, оценив его излишне жизнерадостную физиономию, я бы накинул еще с дюжину годков. А если прибавить внезапную тягу почесать языком и играть в экскурсовода…
— А ведь помнится, дед мой аж с самого Живанплаца инженеришек истребовал на починку насосной мельницы! — толстый палец указал в центр площади, где несколько водоносов уже вовсю набирали воду из только сегодня запущенного фонтана. — Уж не упомню, к празднику какому, или после крестьянского мятежа, дабы городских наперед задобрить…
Бесконечный поток сознания в стиле «а вот раньше…» уступил место растерянному молчанию, когда сапог тучного лорда издал излишне гулкий стук. Отступив на шаг, Аарон уставился на глубокую трещину в одном из камней мощеной площади.
— Не тут ли? — хмыкнул он, принимаясь озираться по сторонам. — Да, точнехонько здесь! — серые глаза вперились в едва различимые разводы, слегка чернеющие вдоль стен заколоченной швейной мастерской. — Ох и пылала же… Спорю, Столпы на «Пламенном восходе» так не пылали, как эта портницкая!
— Чего?
— Рорик твой, вот чего! — внезапно прошипел лорд, мигом теряя жизнерадостный облик, и злобно пиная треснутый камень.