Тень ищет своё место (СИ)

Мог — если бы уже не спел раньше, в другом месте. Если б не держался настороже, зная, что Тени ночью набрали силу… И недавно ещё раз набрали… Если б несчастная Руна не позвала мудрого на помощь.
Слишком много «если»: ловушка, мало, что не смертельная — крайне ненадёжная. Однако выбор круга наводит на нехорошие подозрения. Изначальный расклад Великих песен известен всем мудрым. Наритьяра уточнил расклад, и Альдира пел сегодня у Долгого озера, на рассвете. Но это знали лишь те, кто получили последние поправки: сам Альдира, Скьяра, Шункура, Гилмира и Тнара. Конечно, знали ещё Нельмара с Младшим Наритьярой и, возможно прошмыга Латира, с которым эти двое повадились совещаться по любому поводу…
Альдира рад за старого друга, который совсем, было, зачах, а теперь вдруг воспрял… Альдира немного ревнует, немного завидует младшему соученику. Но всё-таки больше рад, что за дальностью расстояния сам не вляпался в кашу, которую Наритьяры заварили в угодьях Вилья, где поселился Латира… Ага! Думал, подкаменник, что не вляпался. Не в ту кашу, так в другую…
Что творили Наритьяры на Арха Голкья все последние года, Альдира, к сожалению, сообразил слишком поздно, и долго сам себе не верил. Поверил, когда матёрых мудрых архан осталось слишком мало для организованного отпора и разбирательства в Совете. Но прежде, чем самому Альдире настал черёд как бы случайно погибнуть, он вызвал Старшего Наритьяру на разговор и рассказал кое-что о своих любимых домашних вулканах, об их повадках и норове. Напомнил, сколько раз волна от падения Лати Голкья обогнула мир, и сколько мудрых погибло, спасая побережья. А между прочим, Три Зверя Альди и выводок их щенков способны на большее! Они непременно покажут двуногим щурову праматерь, если опытная рука перестанет их направлять и сдерживать. Старший Наритьяра внял предупреждению, и много лет двое мудрых очень старательно не мешали друг другу жить-служить. Средний со своим солнечным безумием, вероятно, наплевал бы на вулканы, но он до Альдиры просто не успел добраться…
Вообще, кто и зачем расставляет ловушки хранителю Альди, поющему Великие песни, когда Старший и Средний Наритьяры мертвы? Вот кстати: окончательно ли они умерли? Когда встаёт вопрос о возвращении Теней, в чьей-либо смерти приходится убеждаться с особым тщанием. Но скорее всего, свидетельству Латиры можно верить.
Из трёх Наритьяр остался один. Младший, ныне единственный, согласуя песни, способен был сгубить Альдиру быстро и чисто, никакой зверь не дороется. И Стурши у Младшего, говорят, во врагах. И Тени Младшему — настолько не его стихия, что как бы парня в противоположный край не шарахнуло!
С Нельмарой, Латирой, другими старейшими хранителю Альди делить нечего.
Врагов среди соседей на Арха Голкья он не нажил. Друзей тоже, кроме хитрушки Ульдары, старательно и умело пасущей свои вулканы: вопрос ещё, у кого они опаснее!
Вся молодая поросль, Наритьярины недоучки, не жалуют Альдиру с Ульдарой, однако ценят, что от матёрых соседей не прилетают им «плюхи», как у молодёжи водится промеж собой. А двое матёрых сдерживаются, не наказывают чужих учеников. Тоже часть соглашения со Старшим, пора менять! Но пока об этом даже не заговаривали, никто никаких обид не отрастил и не затаил.
Итак, очевидных врагов нет — остаётся неизвестный Повелитель Теней. Сильный колдун, который возможно, знал песенный расклад мудрых. Но пел-то не один Альдира! Все пели, и даже этим утром с небольшим перерывом спели пятеро. Почему удар по Альдире? Осведомлён ли новый Повелитель о прошлой охоте на Тени, о Тмисанаре и его учениках? А зная, стал бы пакостить и злить последнего из охотников, вместо того, чтобы просто его убить? Конечно, нет: если он умный! Вполне возможно, если он — Стурши. Или его собрат по разуму: среди новопосвящённых такие, увы, не редкость. Один Рийра чего стоит…
Нет, перебирать имена Альдира не станет, надо смотреть на Совете. А пока есть время, он вернёт останки Руны к дому Травников, чтобы родня похоронила девушку. И поговорит с живыми.
 
Труп — тяжкий груз для путешествия по изнанке сна, но иначе слишком долго, далеко. Ещё тяжелее смотреть в глаза своим охотникам и объяснять, что в угодьях Альди произошло убийство. Что не зверь порвал несчастную Руну — зарезал пришлый двуногий. И двуногий не просто погань беззаконная, а отмечен Тенями. Что пора доставать из шкатулок древние амулеты и вдвойне осторожно принимать чужаков, да и на своих тоже оглядываться.
Альдира наставлял охотников, зная, что сам-то вряд ли увернётся от Стурши, если тот ударит с изнанки сна. Однако Стурши может быть не один. Сила Теней возрастала, по крайней мере, дважды. Значит, возможно, по Голкья бродят Повелитель Теней и два его зачарованных слуги. В сказках нововоплощённые Тени тупы, немы и ведут себя среди живых донельзя странно. Но бывает иначе: если Повелитель достаточно дерзок и безрассуден… Задерживаться в доме Травников Альдира не стал. Предупредил, велел сообщить другим охотникам клана — поспешил дальше.
Он сорвался на зов умирающей Руны с полпути к своему любимому Камню, где почуял нечто неладное. Сюда же, на Рыбью гору, вернулся.
По следам на снегу и звонким голосам разыскал сборщиков краснятки. Молодые охотники как раз полудничали. С хохотом и шуточками обсуждали, кто из поклонников Руны умеет ходить по изнанке сна? Кто набрался решимости — похитить красавицу? Перебирали имена парней из соседних домов. Гадали, что получит смельчак: поцелуй или взбучку? Никто не заподозрил дурного, не послал Руне зов, чтобы проверить, всё ли у неё хорошо? Вернее, не пожелали портить подружке свидание головной болью и самим страдать от того же. Игрища молодняка под высоким солнцем — довольно буйные, но среди Альди давным-давно никто не терял краёв. Двуногие не привыкли ждать подлости от других двуногих, хранитель клана мог бы порадоваться.
Жуткую новость парни и девушки приняли… Достойно. Не отняли у Альдиры ни мгновения лишнего. Лима травница, старшая в этой ватажке, спросила только:
— Мудрый Альдира, скажи, а где сейчас Митая? Ты вернул её сразу в дом?
— Митая? Я не видел её сегодня. И не слышал.
Зато внезапно услышал от Лимы, будто он, мудрый Альдира, утром уже встречался со сборщиками и увёл Митаю в круг. После строгого вопроса, точно ли охотники видели именно его, Альдиру, все они, даже самые спокойные, впали в смятение и остолбенели. Как так? Неужели глаза, слух и прочие чувства лгали им? А сейчас? Пришлось ворожить: освобождать от остатков чар и успокаивать, после чего охотники дружно, наперебой вспомнили и описали беззаконника Стурши со всеми его особыми приметами.
И снова: зачем — так? Спрятал лицо, но позаботился, чтобы позже вспомнили и узнали. Это же намного сложнее, чем просто спрятать! Приходит на ум двойной обманный облик: некто под временной личиной Альдиры поверх крепкой личины Стурши… Нет, дрался-то мудрый с настоящим Стурши, ауру подделать гораздо труднее, чем лицо. Но здесь — мало ли, кто был за него?
И куда этот поганец увёл Митаю? В отличие от Руны, у рыженькой не было ни малейших способностей к мысленной речи: ни позвать её, ни услышать. Чудачка-сновидица, сказительница, упрямо и самозабвенно слагавшая песни не для стихий, а для охотников. Где теперь её искать? Можно вопросить стихии, но сперва Альдира быстро глянет в том месте, куда, якобы, направился его двойник: у ближайшего Камня. Конечно, нет времени подниматься по тропе! Только изнанкой сна, уж прости, Камень…
Камень… Ох, не скоро воспользуется Альдира своим любимым кругом на Рыбьей горе! Снаружи-то всё чисто, даже слишком: кто-то заметал следы. Но на приветствие Зачарованный Камень отозвался такой волной мрака, что Альдира выметнул навстречу щит, а только потом осознал: наука Тмисанары, в горле и руках, не простыла за сотни зим. Хотя от сырой-то силы можно не загораживаться, сила будет нужна. Дурная, дурманящая, кровавая… Что должно произойти в круге, чтобы из-под Камня потекло такое? Ответ известен: кто-то умер, Тень родилась… Довольно!