Темный рыцарь (СИ)

— Эй, народ! — позвал я вслух. Увы, в этом мире я был не самым сильным, и просто так считывать информацию из воздуха у меня не получалось. — А вы когда-нибудь слышали про клан Ворона? И не связан ли он как-то со Смертью или сразу Старухами?
Есть у меня догадка, но строить планы только на ней, какой бы похожей на правду она ни была, глупо.
— Я слышала! — Мона покончила со своим скелетом и вернулась к нам. — Был такой клан, а во время войны со Смертью его уничтожили…
— Вы и уничтожили? — спросил я. — Я ведь правильно понимаю, что этот клан сражался точно не на стороне демиурга?
— Все верно, — ответил Шоги. — Вот только уничтожали его точно не мы. И не наши собратья.
— Это было слишком давно, — продолжил Николас. — В нашей семье был архив по прошлым войнам, и вроде бы уничтожение этого дома произошло три или четыре великих войны со Смертью назад.
Я чуть не присвистнул — подобного я точно не ожидал. Значит, то противостояние демиурга и его врага, о котором я слышал, было не то что не единственным, а даже не самым серьезным. Впрочем, учитывая, что повелителей Жизни и Смерти тут считают чуть ли не основами мироздания, не вижу в этом ничего странного. Таким просто на роду написано вечно сражаться друг с другом.
— Говорят, Смерть предала Воронов, как и многие другие кланы, что ей служили, — продолжил Николас, и это было еще интереснее. Потому что перед моими глазами тут же начала разворачиваться интересная перспектива.
— Почему предала? — быстро спросил я.
— Не знаю, — усач растерянно почесал голову, умудрившись встроить это в свой рисунок ударов копьем. Все же не зря он был ветераном, навыки сражения эта троица впитывает просто как губка. — А разве должна быть причина? Почему Смерть не могла их предать просто так, потому что такова ее природа?
Да, а вот мозгов им надо срочно прибавлять. Ну, нельзя же быть настолько наивным.
— Ничего не бывает просто так! — покачал я головой. — Даже если предположить, что предательство в природе Смерти, то сразу возникают два вопроса. Были ли еще такие случаи? И как себя вела Старуха после того, как это происходило?
— Были случаи! — Николас обрадовался, что, как он думал, смог меня подловить. — Все знают, Смерть обрекла на смерть… — тут он немного сбился, осознав, какой выдал каламбур, но потом все равно продолжил. — Так вот она отправила на убой сотни кланов. Все знают, что иногда лидерам семей, что служили Старухе, приходили черные метки, и тогда они собирали всех своих, даже маленьких детей, и шли в самоубийственную атаку!
Я представил подобную картину — и в качестве лидера, что отправляет своих людей на убой, и в качестве вассала, что без сомнений готов выполнить подобный приказ.
— А что было потом? — я напомнил о второй части своих вопросов. Обычно, если события, которые тебя интересуют, были слишком давно или у тебя просто нет возможности узнать лично о причинах, которые толкнули людей на те или иные поступки, самый простой способ их угадать — это посмотреть, что было дальше. А потом попытаться нащупать причинно-следственную связь.
— Потом Смерть всегда наступала, — теперь ответила Мона и внимательно посмотрела на меня. — Ты хочешь сказать, эти жертвы были не просто так?
— Ничего не бывает просто так, — повторил я. — А еще, несмотря на то что вы с ней воевали, не стоит думать даже о Смерти как об абсолютном зле. С той стороны поля боя обычно точно такие же люди, и если они делают что-то столь невероятное, то надо просто подумать… А для чего подобное могли бы сделать вы сами?
— Чтобы победить! — первым рявкнул Шоги, и его взгляд скользнул вниз, а я сразу понял, о чем тот подумал. О ногах… Да, он не пожертвовал для победы всей семьей, но и рискнуть частью тела тоже не просто.
— Я тоже так думаю, — кивнул я и обновил пирамиду в форме защиты. Ворон снова собрался нас достать облаком перьев-ножей, и, пожалуй, пора заканчивать болтать… — Смотрите, что получается. Первый факт — есть множество родов, которые погибли ради чего-то. Второй — после этого Смерть всегда шла вперед. Третий — сейчас одного из погибших мы смогли воссоздать здесь, в башне Смерти, что говорит о его связи со своей стихией даже сейчас…
 
— Я понял! — выдохнул Николас. — Смерть шла мстить за своих, и эти кланы теперь всегда готовы прийти ей на помощь.
— Довольно благородная теория, — улыбнулся я. — Но давайте проверим, есть ли хоть что-то, способное ее подтвердить. Например, видел ли кто-то этих духов на поле боя?
— Нет, — я получил от парня ожидаемый ответ.
— Тогда теперь моя версия, более мрачная, — пришлось взять паузу, чтобы обновить защиту, но потом я снова продолжил. — Кланы, служащие Смерти, шли на верную погибель, чтобы стать частью стихии. И тогда их сила становилась силой всех, кто сражался на той стороне. И сразу проверим… Вы же видели схватки Старухи с демиургом во время последней войны — использовала ли она какие-то приемы, принадлежащие уничтоженным семьям?
Я оглядел своих бойцов, и, судя по расширившимся глазам, ответ на мой вопрос был — да. Кажется, я только что узнал один из секретов стихии врага, и, более того, у меня уже появился один весьма трудоемкий, но интересный план, как это можно обратить в мою пользу. Как повелитель стихии Зла, который неплохо использовал силы других рас, присягнувших мне на верность, я могу легко перенести свой опыт на ситуацию со Старухой. Если демиург пошел по пути сбора силы через создание новых миров, новых жизней и новых союзников, то Старуха просто по сути своего пути была вынуждена действовать через разрушение.
Почему-то вспомнились земные легенды об Одине: вроде бы тоже великий бог прошлого, покровитель дружин, но еще он был и тем, кого называли предателем воинов. Люди верили, что их вожди не сами впутывались в неприятности и лишались жизни, а попадали в ловушку одноглазого хитреца, которому нужны были новые могучие воины для намечающегося Рагнарека. И чем сильнее был воин, тем больше в нем было интереса у Одина не на Земле, а в своем мире…
И сейчас, получив прямой доступ к этим воинам Старухи, разве я не получаю заодно и доступ к ее силе? Надо только правильно постараться!
— Я вспомнил одну историю… У нас в семье еще дед любил рассказывать что-то подобное перед сном, — неожиданно перешел на шепот Николас.
— Сказку, что ли? — хмыкнула Мона.
— Все основано на реальных событиях, у нас так принято, — сразу отмахнулся усач. — Так вот мне запал в память один рассказ. Как одна повелительница Смерти сместила другую с места Старухи. Она связала ее боем, натравив своих союзников, потом пробилась в башню и принялась вычищать ее этаж за этажом.
— Ну, если она была настолько сильна, то ничего удивительного в этом не вижу, — заметил Шоги. Кажется, мои подопечные немного привыкли к ворону, его стилю, и хоть тот и показывал чудеса ловкости и владения своей стихией, ветераны за счет опыта без проблем его сдерживали. Настолько, что могли поддерживать относительно спокойную беседу.
— Не в этом дело, — возразил тем временем Николас. — Изначально вторая Смерть была слабее первой, но в сказке… тьфу, в той истории говорилось, что в башне она обрела новую силу. Причем не только силу алтарей. Я тогда не понимал, какая еще может быть сила у Старухи, думал, просто какой-то художественный образ… Но теперь-то все очевидно! Новая Старуха убивала таких вот воронов, собирала их Сердца, пока внутри Смерти не закончились все представители этого клана. И тогда их сила пропадала у старой повелительницы и появлялась у нее.
— А потом она шла выше и подчиняла себе таким вот образом силу нового клана… — выдохнула Мона.
 
Я внимательно следил за разговором. Как порой забавно получается — один, как Николас, опирается на историю, другой, как я, исключительно на логику… А в итоге приходим к практически одинаковым выводам. Я ведь тоже хотел объявить охоту на клановых, думал, что через них можно получить дополнительную силу, а заодно и инструмент для торга со Старухой. Но все оказалось даже лучше. Всего-то теперь и осталось придумать, как с этими воронами по-быстрому расправляться, да собрать их всех до того, как на нас обратят внимание.