Лучший книжный парень (ЛП)

— Не пойми меня неправильно. — Он проводит пальцами по губам, откидываясь на спинку стула.
Это немного настораживает, и я вспоминаю, как Адам делал это в школе и получал нагоняй от учителей.
Чертов Адам. Перестань быть у меня в голове.
— Тебе не кажется скучным всегда знать, чем закончится книга?
— Вовсе нет. Есть миллион способов добиться счастливого конца. Все пары разные. Я не в том моменте, когда мне хочется драмы и ужасов. А ты?
Он слабо смеется:
— Нет, наверное, нет. — Интересно, что за этим кроется.
— Жаль, что книги — это не реальная жизнь, — вздыхаю я.
— Ты еще не встретила кого-то, кто идеально тебе подходит? — спрашивает Люк, скрещивая руки на груди. Ох, вот и началось. Гораздо легче говорить о вымышленной личной жизни, чем о моей реальной. В любовных романах принято, чтобы главные герои что-то скрывали. Секрет. Правду. Какой-то факт о себе, раскрытый в самый подходящий момент для максимального эффекта.
Я так долго была привязана к Адаму, и мне было так одиноко без него. Полагаю, сейчас самое подходящее время рассказать Люку правду.
— Думала, что встретила, но мы расстались в прошлом году. Или, скорее, он бросил меня. Ради его ассистентки. Я — типичное клише.
— Воу, мне так жаль. Это действительно отстой, когда ты не хочешь, чтобы это заканчивалось.
— Ага. Не было даже никакого предупреждения, — говорю я, вероятно, делясь с излишком. — Он забрал все свои вещи, и с тех пор я о нем ничего не слышала. Он не отвечал на мои звонки. Оставил меня за все расплачиваться.
— Господи, какой мудак.
И это ты мне говоришь. Для меня было огромным потрясением привыкнуть оплачивать все наши счета. Меган включила режим суперорганизации и заставила меня перевести все, что я могла, на мое имя и на мой банковский счет. Она боялась, что он попытается забрать у меня деньги, но я знала, что он никогда бы так не поступил. С другой стороны, я также никогда не думала, что он изменит мне и уйдет к другой, так что откуда мне знать?
— Да, наверное. Ипотека все еще оформлена на нас двоих. Не знаю, как долго мне следует ждать, прежде чем я попытаюсь, ну, не знаю, подать на него в суд или что-то в этом роде? Он все еще получает почту на адрес нашего дома. А я не знаю, где он, поэтому мне приходится отправлять все его маме. Он не отвечает на мои звонки. Честно говоря, у меня в голове все перепуталось. Я не должна думать об этом, иначе мне становится по-настоящему грустно, и я злюсь.
— Мне так жаль, Кара.
— Я долгое время надеялась, что он вернется. На самом деле, я тупица. — Мне больно говорить об этом, поэтому я меняю тему. — А ты… с кем-нибудь встречаешься?
Он весь напрягается, когда я спрашиваю об этом. Я начинаю жалеть, что сделала это, но он спросил меня, так что, по-моему, будет справедливо спросить в ответ.
— Эм, нет, не в последние пару лет. — Он замолкает, и я переключаюсь на другую тему, быстро соображая, что бы такое придумать, чтобы избежать неловкого молчания.
— Расскажи мне о своей татуировке, — прошу я, замечая, что она выглядывает из-под его джемпера.
— Ох, это… — Он еще немного задирает рукав и поворачивает предплечье, чтобы показать мне. — Это дуб.
— Красиво. В ней есть какой-то особый смысл? — его медленный выдох кажется болезненным, и теперь я действительно жалею, что задала этот вопрос. Я полностью испортила нашу прекрасную беседу.
— Это дерево на лугу у моей бабушки, где я много играл в детстве. И это дерево, под которым я женился.
У меня перехватывает дыхание.
— Ты женат?
Как я могла так неправильно все понять? Почему я встречаюсь с женатым мужчиной? Почему он флиртует со мной?
Нет, подождите, он только что сказал, что у него никого нет, и он не носит кольца, но сейчас не тысяча девятьсот пятидесятые. Он может быть одним из тех парней, которые просто не носят кольца. Он мне лжет? Есть ли у него тайная жена и… о нет… я перестала дышать? Я вот-вот потеряю сознание?
— Я был женат. А еще это дерево, под которым я развеял прах своей жены.
  
Глава 8
Кара
О, боже.
— Ох, Люк. Я понятия не имела. Мне так жаль. — Не знаю, что на это сказать, и, прежде чем успеваю остановиться, я окончательно лажаю и выпаливаю: — Что случилось?
— Рак, — говорит он почти шепотом.
— Мне так жаль. — Я инстинктивно протягиваю руку через стол, чтобы коснуться его плеча. Когда чувствую, как он слегка выгибается под моим прикосновением, я понимаю, что это совершенно неуместно, и отдергиваю руку. — Прости.
Почему я не могу придумать, что еще сказать, кроме «Прости»? Люк смотрит в окно, а я смотрю в свою уже почти пустую чашку, взбалтывая жидкость и желая, чтобы она смыла этот момент.
— Мне давно не приходилось никому этого говорить, — говорит он, плотно сжав губы.
— Я бы с удовольствием послушала несколько историй о ней, если ты захочешь ими поделиться.
— Ага, — говорит он, потирая татуировку. — Может быть, когда-нибудь. — Его татуировка в виде дерева. Под которым они поженились. Где он развеял ее прах.
Я действительно все перепутала. Люк не флиртует, он горюет, он одинок. Возможно, он попросил у меня рекомендаций, потому что ему скучно, или просто из дружелюбия к своим клиентам.
— Должно быть, тебе было очень тяжело. Я просто не могу представить, как можно потерять такого человека. — Кара, идиотка, пожалуйста, замолчи.
— На самом деле, это было именно настолько ужасно, как ты и представляешь.
У меня не хватает слов, поэтому я просто сижу, сложа руки, прикусываю язык и молчу.
— Хизер, — говорит он через некоторое время. — Ее звали Хизер. После ее смерти я как будто потерял самообладание. Несколько месяцев не выходил из дома. Все время спал, но в то же время совсем не высыпался. Не мог есть. Не позволял людям приходить ко мне. — Его лицо выглядит напряженным, когда он вновь переживает то, что, несомненно, является для него агонией. — Со временем мне стало лучше, но я просто плыл по течению. На самом деле не было причин оставаться там, но я не хотел переезжать, потому что боялся, что оставлю все свои воспоминания позади, понимаешь? Я так боялся, что забуду ее, что жил в городе-призраке. Я ходил в кино и думал только о тех временах, когда мы были там вместе в прошлом. Я выходил оттуда и не мог вспомнить ничего из фильма, который только что просмотрел. Я бегал по тем же сельским тропинкам, по которым мы бегали сотни раз, и прокручивал в голове наши разговоры снова и снова. — Он замолкает, погруженный в какие-то мысли, а затем, встряхнувшись, возвращается на место.
— Прости. Не знаю, откуда все это взялось. Я не хотел обращаться с тобой как с психотерапевтом.
— Все в порядке.
Он продолжает:
— Чем дольше это продолжалось, тем больше я понимал, что мне нужно начать все сначала, создать где-то новые воспоминания. Знаю, что у меня все еще останутся все мои старые воспоминания.
— Так вот когда ты сюда переехал?
— Вроде того. Как только я принял решение, потребовалось много времени, чтобы понять, что это было разумное решение, а не чрезмерная реакция. Вообще-то, я подписал договор об аренде этого места полгода назад, так что я рад, что мы наконец-то открылись и кафе может начать приносить хоть какой-то доход.
— Как продвигается бизнес? — он немного оживляется, и думаю, мы оба рады смене темы, хотя теперь я беспокоюсь, что он подумает, будто я была пренебрежительна и не хотела слушать о его жизни.
— До сих пор все идет замечательно. Думаю, что город действительно приветствовал открытие новой кофейни, но я не забываю, что у новых предприятий всегда большой наплыв клиентов, когда они только открываются. Многие из этих людей могут не вернуться. Но я не возражаю против странных периодов затишья, когда у меня появляется больше времени для чтения. — Он слегка улыбается, уголки его губ приподнимаются, хотя взгляд по-прежнему устремлен куда-то в сторону.