Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Мэтью, нам нужна информация. Немедленно!
Риггс был полностью с этим согласен, однако у него не было никакого желания обращаться в полицию. В этом случае им придется потерять слишком много времени на разъяснения, и все может закончиться тем, что местная полиция задержит Лу-Энн.
Наконец он сказал:
— Идем!
Они вошли в административное здание мотеля, и Мэтт направился к телефону-автомату. Он позвонил Мастерсу. Ему ответили, что у ФБР по-прежнему нет никаких ниточек, ведущих к Джексону, а Роджер Крейн так нигде и не объявлялся.
Риггс вкратце рассказал своему бывшему начальнику о том, что произошло этой ночью в мотеле.
— Не клади трубку, — сказал Мастерс.
Ожидая ответа, Риггс смотрел на Лу-Энн. Та не отрывала от него взгляда, молчаливо ожидая услышать от него самую страшную новость, он был в этом уверен. Мэтт попытался было улыбнуться, чтобы подбодрить ее, но затем передумал. Меньше всего он сейчас был расположен подбадривать Лу-Энн, поскольку для этого не было никаких оснований. К чему вселять ложную надежду, за которой последует полная безысходность?
Когда Мастерс снова вернулся на линию, голос у него был взволнованный. Слушая его, Риггс отвернулся от Лу-Энн.
— Я только что связался с полицией Дэнвилла, — сказал Мастерс. — Твоя информация соответствует действительности — мужчина действительно получил ножевое ранение в мотеле на окраине города. Судя по найденным у него документам, его зовут Роберт Чарльз Томас.
Чарли? Облизав губы, Риггс крепче стиснул трубку.
— Судя по документам? Сам он не смог назвать свое имя?
— Он был без сознания. Потерял много крови. Как мне сказали, просто чудо, что он вообще остался жив. Рана была нанесена профессионально, чтобы смерть наступила в течение десяти минут от потери крови. В номере были обнаружены иглы от шокового пистолета. Похоже, именно так этот мужчина был сначала парализован. По его состоянию на сегодняшнее утро врачи не могли дать гарантию, что он выживет.
— Какая у него внешность?
Риггс услышал в трубку шелест бумаги. Он практически не сомневался в том, что речь идет о Чарли, однако требовалась полная уверенность.
— Рост больше шести футов, возраст лет шестьдесят, телосложение крепкое; должно быть, силен как бык, иначе он не пережил бы нападения.
Риггс шумно вздохнул. Теперь не оставалось никаких сомнений. Это Чарли.
— Где он сейчас?
— Вертолет доставил его в травматологический центр Университета штата Вирджиния в Шарлотсвилле.
Мэтт ощутил рядом с собой чье-то присутствие. Обернувшись, он увидел Лу-Энн; в ее глазах застыл ужас.
— Джордж, нет никаких упоминаний о том, что вместе с этим мужчиной была десятилетняя девочка?
— Я спрашивал. В донесении говорится, что раненый пришел в себя на несколько секунд и выкрикнул имя.
— Лиза?
Риггс услышал, как Мастерс кашлянул.
— Да.
Мэтт молчал.
— Это ведь ее дочь, так? — спросил Мастерс. — И этот тип ее захватил, правильно?
— Похоже на то, — с трудом выдавил Риггс.
— Где вы сейчас?
— Послушай, Джордж, думаю, что я еще не готов поделиться с тобой этой информацией.
— У этого типа в руках девочка! — с жаром произнес Мастерс. — Подумай об этом! Мы сможем защитить вас обоих. Но вам нужно прийти к нам.
— Не уверен.
— Послушай, вы можете вернуться в дом Тайлер. На подъезде к нему выставлена круглосуточная охрана. Если она согласится туда вернуться, я заполню весь дом своими сотрудниками.
— Подожди немного, Джордж.
Прижав трубку к груди, Риггс посмотрел на Лу-Энн. Его глаза сообщили ей все, что она хотела знать.
— Чарли?
— Без сознания. Врачи не знают, выкарабкается ли он. Хорошо, что вертолет доставил его в травматологический центр Университета штата Вирджиния.
— Он в Шарлотсвилле? — спросила Лу-Энн.
Риггс кивнул.
— По воздуху от Дэнвилла туда рукой подать, а травматологический центр там первоклассный. Чарли лечат самые лучшие врачи.
Лу-Энн молчала, выжидающе глядя на него. И Мэтт знал, чего именно она ждет.
— Вероятно, Лиза в руках у Джексона. — Он быстро продолжал, не давая ей возможности вставить хоть слово: — Лу-Энн, ФБР хочет, чтобы мы сдались. В этом случае нам обеспечат защиту. Если хочешь, мы можем вернуться в «Куст боярышника». Федералы уже охраняют подъезд к поместью. Они полагают…
 
Лу-Энн выхватила трубку у него из руки.
— Мне не нужна никакая защита! — крикнула она. — Мне не нужна ваша защита, черт бы вас побрал! Моя дочь в руках у Джексона! И я буду ее искать. Я ее обязательно найду! Вы меня слышите?
— Я полагаю, что говорю с Лу-Энн Тайлер… — начал было Мастерс.
— Просто держитесь подальше! Джексон убьет ее, если ему только померещится, что вы где-то рядом!
Стараясь сохранять спокойствие, Мастерс произнес жуткие слова:
— Мисс Тайлер, нет никакой уверенности в том, что этот человек уже не сделал с вашей дочерью что-то плохое.
Ответ Лу-Энн удивил его как своим содержанием, так и тем жаром, с каким он был произнесен:
— Я знаю, что Джексон не сделал Лизе ничего плохого! Пока что не сделал.
— Этот человек — психопат. У вас не может быть никакой уверенности в том, что…
— Черта с два не может! Я знаю, что именно ему нужно. Ему нужна не Лиза. А вы просто не суйтесь в это дело, человек из ФБР! Если моя дочь умрет из-за вашего вмешательства, на земле не окажется такого места, где я вас не найду!
Сидя в своем кабинете в находящемся под усиленной охраной здании имени Гувера, имеющий за своими плечами двадцатипятилетний опыт работы в правоохранительных органах, в ходе которой ему довелось насмотреться на зло, окруженный тысячью великолепно обученных, закаленных оперативных сотрудников ФБР, Джордж Мастерс поежился, слушая эти слова.
Следующим, что он услышал, были частые гудки в трубке.
* * *
Риггс мчался следом за Лу-Энн, бегущей к машине.
— Лу-Энн, черт возьми, ты можешь обождать минутку?
Молодая женщина остановилась и обернулась, готовая его выслушать.
— Послушай, Джордж Мастерс говорит дело.
Вскинув руки, она направилась к машине.
— Лу-Энн, ты должна обратиться в ФБР! Пусть тебя защитят от этого типа. А я останусь на воле. И выслежу его.
— Лиза — моя дочь. Именно из-за меня над ней нависла угроза, и я ее спасу. Я одна. И никто другой. Чарли на грани смерти. Тебя едва не зарезали. Три человека были зверски убиты. Я больше никого не впутаю в свою жалкую, никчемную жизнь! — Последние слова она буквально выкрикнула.
Лу-Энн умолкла. У нее, как и у Риггса, часто вздымалась грудь.
— Лу-Энн, я не позволю тебе в одиночку охотиться на Джексона. Не хочешь обращаться в ФБР — замечательно. Я тоже туда не пойду. Но ты не будешь — повторяю, не будешь охотиться на Джексона в одиночку. В этом случае вы с Лизой обе погибнете.
— Мэтью, ты меня не услышал? Отойди в сторону! Ступай к своим приятелям из ФБР, и пусть они устроят тебе новую жизнь где-нибудь подальше от всего этого. Подальше от меня, черт возьми! Ты хочешь умереть? Потому что если ты останешься рядом со мной, ты умрешь, и это так же точно, как то, что я сейчас на тебя смотрю!
Полированный фасад сполз, был сброшен, подобно змеиной коже осенью. Лу-Энн превратилась в одну большую обнаженную мышцу, совершенно одинокую.
— В любом случае Джексон не отступится от меня, — тихо произнес Риггс. — Он разыщет меня и убьет, независимо от того, обращусь я в ФБР или нет. — Женщина ничего не ответила, и он продолжал: — И, сказать по правде, я слишком стар, слишком устал, для того чтобы снова начинать бегать и прятаться. Уж лучше я проникну в нору кобры и сражусь с ней лицом к лицу. Я не испугаюсь опасности, если ты будешь рядом со мной. Я предпочту быть вместе с тобой, чем с любым агентом Бюро, чем с любым полицейским страны. Наверное, у нас будет всего один шанс, и я хочу, чтобы мы использовали его вместе.
Мэтт умолк. Лу-Энн смотрела на него широко раскрытыми глазами, ветер трепал ее длинные волосы. Ее сильные руки сжались в кулаки, затем расслабились.