Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Мишель, уловив в его тоне уверенность, решила, что он настроился наконец на деловой лад, и поторопилась этим воспользоваться.
— Вы получили письмо, касающееся убитых подростков?
Уильямс кивнул, вытащил из кармана сложенный вдвое бумажный лист и протянул Максвелл.
— Ксерокопия… Чертова редакция несколько дней хранила молчание о новом послании, поскольку оно было адресовано Вирджилу, а он уехал из города. Самое интересное, что никто из этих людей даже не догадался его распечатать. И после этого они еще называют себе репортерами!..
— Закодировано, как и первое послание? — спросил Кинг.
— Нет. В таком именно виде и поступило. И что интересно — никаких символов на конверте.
Шон развел руками.
— Вот вам и теория Зодиака. — Он посмотрел на Мишель. — Ну, о чем же в нем говорится?
Максвелл пробежала послание глазами, после чего начала читать вслух:
— «О'кей, еще один отправился в лучший мир. За ним последуют и другие. Я уже писал вам, что не пытался имитировать Зодиака. Но вы, глядя на подростка, возможно, все-таки решили, что я не самостоятелен. Если так, рекомендую вам основательнее раскинуть мозгами. Я, между прочим, специально оставил в машине собачий ошейник, поскольку сделал то, что сделал, отнюдь не из-за собаки. То есть ошейник мне без надобности. У меня и собаки никакой нет. Я все спланировал и совершил сам, и собираюсь так поступать и впредь. Итак, до следующего раза. Не заставлю вас ждать слишком долго. И забудьте о СС».
Мишель в изумлении посмотрела на партнера.
— «Собачий ошейник»? «Сделал отнюдь не из-за собаки»? И «забудьте о СС»?.. — приоткрыв рот, повторила она. — Что, собственно, все это значит?
— Твое недоумение говорит о том, что ты еще слишком молода, — ответил Кинг. — СС — это Сын Сэма, иначе говоря, Дэвид Берковиц — серийный убийца, оперировавший в Нью-Йорке в семидесятых годах прошлого столетия. Получил прозвище Убийца Любовников, поскольку имел обыкновение отстреливать парочки, целовавшиеся в машинах.
— Парочки, целовавшиеся в машинах? Как Кэнни и Пемброк, да?
Уильямс кивнул.
— Когда Берковица поймали, он сказал, что мысль убивать ему внушал сосед-демон, передававший приказы через свою собаку. Разумеется, все это вранье и полнейшая чушь.
Кинг нахмурился.
— Но наш парень прекрасно осознает, что делает. И даже указывает на это в своем письме.
Мишель помотала головой.
— Что-то я уже ничего не понимаю. Зачем совершать преступления, копируя известных в прошлом серийных убийц, а потом в письмах старательно открещиваться от этого? Я это к тому, что для некоторых маньяков подражание «великим» и составляет главный смысл их деятельности. В своем роде идеальный пример искреннего самообольщения, так — нет?
— Кто его знает? — пожал плечами Уильямс. — Как бы то ни было, тех двух подростков в машине убил он, и никто другой.
Кинг некоторое время смотрел на шефа, потом снова заглянул в письмо.
— Подождите минутку. Он этого не говорил. «Еще один отправился в лучший мир» — вот как у него написано!
— Нет, вы только посмотрите на этого парня! Он требует логики от психа, — пожаловался Тодд. — Скажем, этот тип представлял их как некое единое целое — и все дела.
— Прочитайте письмо еще раз, шеф. Наш убийца вполне сознательно использует единственное число, пишет «подростка», а не «подростков».
Уильямс поскреб щеку.
— Возможно, он просто перепутал окончания и написал «а» вместо «ов». Всякое бывает, знаете ли…
— Но если убийца написал это сознательно, то какого конкретно подростка он имел в виду? — спросила Мишель.
Уильямс вздохнул и ткнул пальцем в лестницу.
— Вместо того чтобы вести беспредметные споры, поднимитесь-ка лучше в спальню и посмотрите, что там происходит. Сомневаюсь, однако, что письмо поможет что-либо прояснить. Но мне не надо никакого письма, чтобы понять, кого этот тип «не пытался» имитировать на этот раз.
Напарники поднялись по лестнице в комнату. Там кипела бурная деятельность. Эксперты, офицеры полиции, люди в ветровках ФБР и сотрудники убойного отдела полиции штата внимательнейшим образом исследовали место преступления и труп в надежде заполучить самые ничтожные улики по этому делу. Однако, судя по их пустым, будто стеклянным взорам, ничего интересного или мало-мальски ценного пока обнаружить не удалось.
 
Кинг заметил в дальнем углу комнаты Сильвию Диас, беседовавшую с плотным господином в плохо сшитом костюме. Она подняла глаза, одарила детектива печальной улыбкой, после чего повернулась к своему собеседнику. Шон же приступил к осмотру спальни и невольно отшатнулся, когда заметил изображенный на стене символ.
Это была перевернутая пятиконечная звезда.
— Вот-вот, я тоже так отреагировал, когда увидел ее.
Кинг повернулся к шефу Уильямсу, внимательно смотревшему на него. В следующее мгновение полицейский наклонился и задрал футболку на трупе Хинсон.
— Она и здесь изображена.
Некоторое время оба молча рассматривали рисунок на животе Дианы.
Мишель кивнула на знак на стене.
— Перевернутая пентаграмма. — Она с шумом вздохнула и посмотрела на мужчин. — Ну, этого-то я знаю. Ричард Рамирес, не так ли?
— Иначе говоря, Ночной Охотник, — откликнулся Кинг, согласно кивнув. — Который, если мне не изменяет память, в настоящее время находится в тюрьме, в камере смертников, на расстоянии трех тысяч миль от нашего города. Он рисовал перевернутые пентаграммы на телах некоторых своих жертв и по крайней мере пару раз на стенах их спален — вот как здесь.
Уильямс перевернул труп на бок, и все увидели покрывавшие спину Хинсон многочисленные колотые раны.
— Сильвия сказала, что ее предположительно держали лицом вниз, когда наносили ранения, после чего перевернули на спину и подперли руку дверцей бюро.
Шеф положил тело на спину, не продемонстрировав при этом ни малейших признаков дурноты. Похоже, за последнее время способность Уильямса переносить картины кошмара значительно повысилась.
— Зацепки какие-нибудь есть? — спросила Мишель.
— Убийца использовал нож, взятый с кухни, а связал шнуром от ее же собственного телефона. На запястьях остались следы, указывающие на это. Потом, правда, снял шнур, чтобы придать руке требующееся ему положение. В комнате полно отпечатков, но я очень удивлюсь, если мне скажут, что убийца позабыл надеть перчатки.
— Вы уверены, что убийца — мужчина?
— Никаких следов борьбы. Ее одолели и связали почти мгновенно. Если бы это сделала женщина, скажем, вооруженная пистолетом, она здорово рисковала, связывая жертве руки, ведь Хинсон могла оказать сопротивление, и неизвестно, кто одержал бы верх, поскольку адвокат находилась в отличной физической форме.
На лице Кинга проступило озадаченное выражение.
— И что же — опять никто ничего не видел и не слышал? Странно… Это густонаселенный квартал, где дома стоят очень близко друг к другу. Кто-то обязательно должен был что-то увидеть или услышать.
— В настоящее время мы ведем поиск в этом направлении, так что утверждать что-либо со всей уверенностью еще рано. Установлено, правда, что дом справа от Хинсон выставлен на продажу и пустует.
— Когда ее убили? — спросила Мишель.
— Об этом надо справиться у Сильвии, если, конечно, тот парень из ФБР позволит вам с ней пообщаться.
Кинг бросил взгляд в сторону Диас.
— Вы имеете в виду мужчину со значком ПВОП на лацкане?
— Сказать по правде, здесь столько народу, что я давно уже перестал понимать, кто входит в этот дом или выходит из него.
— Тодд, — вполголоса произнес детектив, — на вашем месте я не стал бы повторять эти слова во всеуслышание, особенно перед Большим жюри.
Полицейский смутился и не менее минуты хранил молчание, потом буркнул:
— Намек понял, спасибо.
Потом все трое стали рассматривать часы жертвы.
— Стрелки поставлены на четыре, — пробормотал с несчастным видом Уильямс.
Кинг наклонился, чтобы лучше видеть циферблат.