Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Она уже успела заметить, что ставки исчезли со стола в тот момент, когда она только начала говорить. И прекрасно знала, куда они делись. Катала и впрямь был настоящим профессионалом — он среагировал на изменение ситуации мгновенно и тут же взял под контроль то, что только и имело сейчас какое-то значение: деньги. Толпа отхлынула, даже не озаботившись своими пропавшими ставками.
Качок-вышибала нерешительно шагнул вперед, к нарушительнице спокойствия, но тут же замер на месте, словно пригвожденный ее взглядом.
— Даже и не думай, — сказала она. — Таких жирных просто обожают в федеральных тюрягах. — Она смерила его похотливым взглядом. — На сей раз они заполучат и впрямь аппетитную «телку».
Нижняя губа качка начала подрагивать, и он отступил назад, как будто пытаясь раствориться в стене. Она приблизилась к нему:
— Вот-вот, мальчик. Когда я говорю — исчезни, я именно это и имею в виду!
Вышибала бросил нервный взгляд на напарника.
— Проваливай, — сказал тот. — Я потом тебя найду.
Когда качок смылся, женщина проверила документы каталы и ухмыльнулась, возвращая их, а потом поставила его к стене и обшарила. Взяла со стола карту, повернула ее, чтобы он мог видеть даму пик.
— Кажется, я выиграла.
Катала пораженно смотрел на карту.
— С каких это пор федералы занимаются азартными играми? У нас тут никакого надувательства, это ж просто игра случая…
Она положила карту обратно на стол.
— Хорошо еще, что эти лохи не подозревают обо всех «случаях» вашей игры. Может, мне следует пойти и просветить кое-кого из них — тех, что поздоровее, и им, возможно, захочется вернуться и свернуть тебе шею.
Он посмотрел на даму пик.
— Ладно, ты выиграла. Давай говори, сколько с меня причитается. — И он вытащил из заднего кармана брюк пачку купюр.
В ответ она достала свое удостоверение, сняла с пояса жетон и бросила все это на стол. Он всмотрелся в них повнимательнее.
— Давай, давай, — подбодрила она. — У меня нет от тебя секретов.
Он поднял брошенные вещи. «Удостоверение» отнюдь не удостоверяло ее принадлежность к правоохранительным органам. Под пластиковой обложкой была членская карточка клуба «Костко». Жетон был жестяным и оказался значком с рекламой немецкого пива.
Его глаза расширились, когда она сняла с себя темные очки, — он сразу узнал ее.
— Аннабель?!
— Лео, какого черта ты тут делаешь? — спросила Аннабель Конрой. — Крутишь «три листика» в этом сраном подобии города, да еще с компанией тупых неудачников?
Лео Рихтер пожал плечами и широко улыбнулся:
— Времена нынче тяжелые. А ребята вполне приличные; немного, конечно, зеленые, но быстро учатся. А «три листика» никогда нас не подводили, ведь так? — Он помахал пачкой денег, прежде чем сунуть их обратно в задний карман. Потом недовольно нахмурился: — Это рискованная затея — выдавать себя за копа.
— Я вовсе и не заявляла, что я коп. Это они сами доперли. Вот поэтому-то мы и остаемся на плаву, Лео. Если у тебя хватает нахальства, люди сами додумывают все, что нам нужно. Кстати, с чего это ты решился дать взятку копу?
— Потому что знаю по собственному скромному опыту, что это достаточно часто помогает, — ответил Лео, выуживая сигарету из пачки, которую достал из нагрудного кармана рубашки, и предлагая ей тоже закурить.
Она отказалась и деловито осведомилась:
— И сколько ты сшибаешь с этого представления?
Лео глянул на нее подозрительно, прикуривая «Винстон», затем затянулся и выпустил дым через ноздри двумя струйками, немного напоминавшими ядовитые выбросы из заводских труб, поднимающиеся у них над головами.
— Это все еще надо поделить. У меня ведь сотрудники имеются, следует и о них заботиться.
— Сотрудники! Скажи еще, что ты им и пособие по безработице выплачиваешь! — И прежде чем он успел ответить, добавила: — Я теперь такой мелочевкой не занимаюсь, Лео. Так сколько? У меня есть причина этим интересоваться, хорошая причина. — Она скрестила руки на груди и прислонилась спиной к стене, ожидая ответа.
Он пожал плечами.
— Обычно мы обрабатываем по пять городишек за один заезд, работаем по шесть часов в день. В приличном месте имеем чистыми три-четыре штуки. Тут полно всяких членов профсоюза — они прилично зарабатывают, и у них вечно чешутся руки от желания спустить свои денежки. Но отсюда мы скоро сматываемся. Тут у них готовятся большие увольнения, а нам вовсе не нужно, чтобы слишком многие нас помнили в лицо. Да что мне тебе все это объяснять, сама ведь знаешь. Мне остается шестьдесят процентов от чистого дохода, но расходы нынче тоже немалые. У меня отложено около тридцати «кусков». До зимы надо удвоить эту сумму. Это поможет продержаться некоторое время.
 
— Только некоторое, насколько я тебя знаю. — Аннабель Конрой взяла со стола свой пивной значок и карточку «Костко». — А тебя не интересуют настоящие деньги?
— В последний раз, когда ты задала мне такой вопрос, в меня стреляли.
— В нас стреляли. Потому что ты оказался слишком жадным.
Теперь уже они не улыбались.
— И что ты предлагаешь? — спросил Лео.
— Расскажу, когда провернем пару мелких дел. Надо немного потренироваться, перед тем как браться за крупное.
— Крупное дело! Да кто теперь за такие берется?
Она склонила голову набок и уставилась на него сверху вниз — высокие сапоги на шпильках увеличили ее рост до пяти футов одиннадцати дюймов.
— Я берусь. А по правде сказать, никогда от них и не отказывалась.
Тут он заметил ее длинные рыжие волосы.
— В последний раз, когда я тебя видел, ты, кажется, была брюнеткой, а?
— Я меняю внешность по собственному усмотрению.
По его лицу скользнула улыбка:
— Ты все та же, прежняя Аннабель.
Ее взгляд потяжелел.
— Не та, прежняя. Лучше. Так ты в деле?
— А риск высокий?
— Высокий, но и выигрыш тоже.
Невдалеке вдруг разрывающими уши децибелами заорала автомобильная сигнализация. Ни Лео, ни Аннабель и бровью не повели. Мошенники такого уровня, если теряют контроль над собой в подобных обстоятельствах, находят пристанище либо в пенитенциарных заведениях, либо в могиле.
Лео наконец моргнул.
— О'кей, я в деле. Что теперь?
— Теперь надо подобрать еще парочку людей.
— Набираем сплошных звезд? — Глаза его заблестели.
— Крупное дело стоит того, чтобы набрать самых лучших. — Она взяла со стола даму пик. — За то, что я вытащила даму из твоей «чудесной» колоды, ты оплатишь наш сегодняшний ужин.
— Боюсь, тут поблизости нет приличных ресторанов.
— Не здесь. Мы летим в Лос-Анджелес. Через три часа.
— Через три часа! Я еще и вещи не собирал! И билета у меня нет.
— Он в левом кармане твоего пиджака. Я его туда сунула, когда тебя обыскивала. — Она изучающе осмотрела среднюю часть его туловища, чуть подняв бровь: — А ты поднабрал вес, Лео.
Она повернулась и пошла прочь. А Лео проверил содержимое своего кармана и обнаружил там билет на самолет. Потом собрал карты и побежал за ней.
«Три листика» пока что отправились на каникулы. Впереди — крупное дело.
  
Глава 3
 
За ужином в тот же вечер в Лос-Анджелесе Аннабель выложила Лео все подробности своего плана, включая роли двух помощников, которых предстояло привлечь.
— Звучит неплохо, но разве это действительно крупное дело? Об этом ты ничего не говорила.
— Всему свое время, — ответила она, вертя в руках бокал и скользя взглядом по шикарному залу, автоматически выискивая потенциальных лохов.
Расслабься и выбери себе болвана. Она отбросила с лица прядь выкрашенных в рыжий цвет волос и на миг встретилась глазами с парнем, сидевшим через три столика от них. Этот тип весь последний час бросал страстные взгляды в сторону Аннабель в маленьком черном платье и вообще подавал ей всяческие сигналы, в то время как его подружка, униженная и обиженная, молча исходила злобой. Вот и сейчас он медленно провел языком по губам и подмигнул ей.