Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Миль много, результатов мало, — с кислой миной отреагировал Кинг.
Джоан за несколько минут ввела пристава и Мишель в курс расследования, рассказав о встречах с Милдред Мартин и Кэтрин Бруно и о несостоявшейся беседе с Сидни Морсом.
— Похоже, что Питер Морс сильно разбогател, — заметила Мишель. — Интересно, где он сейчас?
— Уверен, что не в Огайо, — ответил Кинг. — Скорее всего на каком-нибудь маленьком солнечном острове.
— Как бы я хотела там оказаться! — мечтательно произнесла Джоан.
Паркс взглянул на свои заметки.
— Мишель ввела меня в курс дела относительно вашей встречи с другом Рамсея по колледжу Аттикус. Кажется, Коном?
— Контом, — поправила Мишель.
— Да-да. И похоже, он ничего толкового вам не сообщил.
— По крайней мере мы узнали, что Рамсей совершенно точно терпеть не мог Клайда Риттера, — возразил Кинг.
— По политическим причинам? — спросил пристав. — Или было что-то еще?
— Чистая политика. Рамсей протестовал против войны во Вьетнаме и был отчаянным радикалом. Во всяком случае, в молодости. Риттер, выступая с проповедями по телевизору и с речами во время избирательной кампании, в своем консерватизме ничем не уступал радикализму Рамсея.
— Мне кажется, что к Тристану Конту надо присмотреться поближе, — заявила Мишель. — Говорил он абсолютно правильные слова, будто заполнял для нас анкету и рассказывал именно то, что мы приехали узнать. Но в его поведении меня что-то смущает.
— Это интересно. — Джоан сделала глоток чаю.
— И мы собираемся встретиться с Кейт Рамсей, как только она вернется в Ричмонд, — сообщила Мишель.
— А что с твоим новым назначением? — поинтересовался Кинг.
— Его заменили отпуском.
— Ну и дела! Не могу припомнить, чтобы Секретная служба была столь любезна со своими сотрудниками.
— Думаю, что к этому приложил руку один присутствующий здесь джентльмен.
Все устремили глаза на Паркса, который почувствовал себя явно неловко. Он положил палочки, которыми ел, и сделал глоток вина.
— Отличный букет!
— Это само собой разумеется, — заметил Кинг.
— Потому что вино дорогое?
— Цена редко отражает качество вина. Эта бутылка стоит двадцать пять долларов, но вам вряд ли удастся найти бордо лучше этого, даже если оно будет стоить в три раза дороже.
— Шон, ты должен меня научить разбираться в винах: дело действительно того стоит, — сказала Джоан и перевела взгляд на Паркса: — Итак, Джефферсон, с вашей подачи агента Максвел отпустили. И чем мы заслужили такое великодушие?
Паркс откашлялся.
— Ладно, выложу все как есть. Я никогда не любил темнить и всякие закулисные игры. Так вот, образована оперативная межведомственная группа из представителей Секретной службы, ФБР и Службы судебных исполнителей. Ее цель — разобраться с похищением Бруно и убийствами Говарда Дженнингса, Сьюзен Уайтхед, Лоретты Болдуин и, совсем недавно, Милдред Мартин. По тому, как убили Болдуин и Мартин, их убил один и тот же человек или группа лиц.
— Здесь, безусловно, работает закон гипотетического силлогизма, — вставил Шон. — Болдуин связана с Риттером, а Мартин — с Бруно. Если смерти Болдуин и Мартин связаны между собой, то Риттера и Бруно тоже должно что-нибудь связывать.
— Возможно, — осторожно согласился Паркс. — Но на данном этапе я не хочу делать окончательных выводов.
Кинг вышел из комнаты, через минуту вернулся и передал приставу лист бумаги. Это была копия записки, приколотой к груди Сьюзен Уайтхед. Шон взглянул на Джоан, которая тут же подошла к Парксу и начала читать текст, заглядывая ему через плечо.
Паркс, ознакомившись с запиской, поднял глаза на Кинга:
— Я слышал об этом письмеце от фэбээровцев. И что из него следует?
— Что я, возможно, каким-то образом нахожусь в центре всех этих событий.
— Похоже, кто-то сообщает, что хочет вам отомстить, — заключил пристав.
— И это связано с убийством Риттера, — добавила Джоан.
— Рамсей убил Риттера, а Шон убил Рамсея. Тогда кто же остался, чтобы отомстить? — засомневался Паркс.
— Не забывайте о пистолете в саду Лоретты, — напомнил Кинг. — Не исключено, что убийц в гостинице было двое. Одного я застрелил, а второму удалось ускользнуть — его и шантажировала Лоретта. Если моя догадка верна, то сейчас на сцене появился этот второй и Лоретта заплатила за шантаж своей жизнью. Как и Милдред Мартин, когда спутала карты похитителям.
 
Паркс фыркнул:
— Так этот парень охотится за вами? Но почему сейчас? И зачем впутывать сюда Бруно и Мартинов? — Паркс недоверчиво покачал головой. — Поймите меня правильно, но если бы некий псих хотел с вами поквитаться, то мог бы легко убить той ночью, когда Мишель чуть не свернули шею.
— Не думаю, что те ночные разбойники хотели смерти Шона, — вмешалась Джоан и перевела взгляд на Мишель, — чего нельзя сказать о вас.
Мишель машинально поднесла руку к горлу.
— Приятно слышать.
— Я не привыкла деликатничать, — отозвалась Джоан. — Обычно это пустая трата времени.
Паркс откинулся на спинку кресла.
— Ладно, допустим, что между Бруно и Риттером есть какая-то связь. Это объясняет убийство Милдред и Лоретты. Сьюзен Уайтхед могли убить, чтобы сообщение точно дошло до адресата, а именно Шона. Но как сюда вписывается убийство Говарда Дженнингса?
— Он работал на меня. — Шон начинал подозревать, что Паркса интересует не только убийца Дженнингса и в этом разговоре пристав не до конца раскрывает свои карты. — Не исключено, что данного факта было вполне достаточно. Думаю, что и Сьюзен Уайтхед убили именно потому, что преступник видел нас вместе в то утро, когда я нашел убитого Дженнингса. Он хотел оставить мне свое послание и решил сопроводить его парочкой трупов, чтобы оно точно дошло.
— Я бы с этим согласился, будь Дженнингс обычным соседом, а не свидетелем, включенным в программу защиты.
— Ладно, а как вам такая версия? Дженнингс входит в мой офис поздно ночью — например, чтобы закончить работу — и застает там этого маньяка, за что и расплачивается жизнью.
Паркс задумчиво потер подбородок: было видно, что он остался при своих сомнениях.
Но Джоан поддержала Кинга:
— Это возможно. Но давайте вернемся к истории с местью. За что мстить Шону? За то, что Риттера убили?
— Почему бы нет? Допустим, наш убийца был жутким фанатом политики Риттера, — предположила Мишель.
— Если так, то уж больно долго он собирался, — выразил сомнение Кинг.
— Напряги мозги, Шон: этот мститель наверняка из приближенных Риттера, — настаивала Джоан. — Кто из них способен на убийство?
— Я плохо знал людей из окружения Риттера. Только Сидни Морса, Дага Денби и, может, еще пару человек.
— Морс сейчас в психиатрической лечебнице, — покачала головой Джоан. — Мы с тобой видели, в каком он состоянии: умеет только мячики ловить. Он не мог спланировать и провернуть такую операцию.
— Кроме того, — продолжил Кинг, — я не верю, что убийца Риттера был из его окружения.
— Вы хотите сказать, что он не стал бы убивать курицу, которая несет для него золотые яйца? — уточнил Паркс.
— Вот именно! Поэтому мы можем смело вычеркнуть из списка подозреваемых и Сидни Морса, даже если бы он и не превратился в растение, и Дага Денби. У них не было мотива.
— А как насчет Боба Скотта, руководившего охраной? — выдвинула очередную версию Мишель.
— Скотту не нужно было бы прятать пистолет, — возразил Кинг. — Его бы никто не стал обыскивать. А даже если бы и стали, то было бы странно, если б он вдруг оказался невооруженным.
Мишель покачала головой:
— Я не об этом, а о его карьере. Как и в твоем случае, смерть Риттера поставила на ней крест. Это может быть мотивом для мести. Кто-нибудь знает, где он сейчас?
— Мы можем достаточно легко выяснить его местопребывание, — сказала Джоан.
Кинг поморщился.
— В любом случае у Бобби Скотта не было причин прятать пистолет.
— Ладно, — вмешался Паркс, — Скотта, похоже, можно вычеркнуть. А кто такой Денби? Кем он был?