Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Она жила в Рестоне, в квартире на мансардном этаже стоимостью два миллиона долларов.
Директриса была ошеломлена.
— Нет, я даже не подозревала об этом… Дома у нее я никогда не бывала. Как-то раз увидела, как Анна приехала на работу на машине. Кажется, это была потрепанная «Хонда».
— Беркшир никогда не рассказывала о своем прошлом? Откуда она родом? Чем занималась?
— Нет. Но, как я уже говорила, проверка показала, что у нее безупречное прошлое. Ничего интересного, никаких красных флажков.
— У нее здесь имелись друзья? С кем она была откровенна?
— Даже не знаю. Это можно проверить. Возможно, Анна дружила с другими учителями.
— Было бы замечательно, — сказала Джеймисон. — Вот номер телефона, по которому вы сможете с нами связаться.
Она протянула визитную карточку.
Взяв карточку, Коул посмотрела на Декера.
— Если б вы спросили у меня до того, как произошло все это, я бы ответила, что Анна Беркшир ни за что на свете не может быть замешана ни в чем подобном.
— Ну, возможно, она умышленно так себя вела, — сказал Амос.
— Вы хотите сказать, это был лишь фасад? — спросила директриса.
— Я хочу сказать, что, если у Беркшир в прошлом была какая-то тайна, у нее имелись все основания всячески эту тайну оберегать. Но опять же, возможно, она просто оказалась не в том месте не в то время. К сожалению, такое происходит слишком часто.
Перед уходом они получили копию личного дела Беркшир. Декер сунул его под мышку. По дороге к машине у него зазвонил телефон. Это была Файя Томпсон, партнер Уолтера Дабни.
— Наш транспортный отдел не устраивал эту поездку, — сказала она. — И Уолтер не пользовался корпоративной кредитной карточкой. Вероятно, он воспользовался своей личной карточкой.
— Мы это проверим, — сказал Декер. — И вы выяснили, что будет с фирмой теперь, когда Дабни нет в живых?
— Да. Я переговорила с нашим юристом. Одна половина партнерской доли Уолтера переходит к миссис Дабни, другая половина — к его детям, в равных пропорциях.
— То есть все вместе они контролируют компанию?
— Да.
— У нас есть видеозапись одной женщины, сопровождавшей Дабни в банк. Я перешлю ее вам. Я хочу, чтобы вы и остальные сотрудники просмотрели эту запись и сказали, узнали ли вы эту женщину.
— В банк Уолтера?
— Да.
— Хорошо. Это как-то связано с тем, что произошло?
— Не могу вам сказать. Пока что я нахожусь в режиме сбора всевозможной информации.
— Агент Декер, вы не знаете, будет ли панихида по Уолтеру?
— Нет, не знаю. Если хотите, можете выяснить это у его жены.
— Просто я сомневалась, будут ли ее устраивать, учитывая обстоятельства его… Понимаете, газеты и без того смакуют этот сюжет. Нам уже звонили из «Вашингтон пост», из Си-эн-эн, из «Уолл-стрит джорнал» и кучи других газет. Я не знаю, что им отвечать.
— В таком случае просто не перезванивайте им.
— Но газеты в любом случае что-нибудь напишут, и если мы ничего им не выдадим, у них может получиться что-нибудь не слишком лицеприятное. У нас уйма правительственных заказов. И теперь, после этого события, не исключена возможность, что правительство отменит часть их… или даже все.
— Сожалею, это не моя епархия.
Нажав на кнопку отбоя, Декер посмотрел на Джеймисон.
— Что-нибудь интересное? — спросила та.
— Ничего — помимо того, что ее больше беспокоит то, как прикрыть задницу фирме, чем то, что ее «очень хороший» друг убил кого-то, после чего покончил с собой. Дабни самостоятельно оформлял эту таинственную поездку. А его партнерская доля достанется жене и детям. Так что компания перейдет под их контроль.
— Это был бы хороший мотив убить Дабни, если б только он не выстрелил в себя сам, — заметила Алекс.
— Что могло толкнуть такого человека, как Дабни — казалось бы, незыблемого, словно скала, — убить человека, после чего покончить с собой? Я помню, что он был неизлечимо болен, и все-таки это уже чересчур.
— Похоже, кто-то держал меч у него над головой. Возможно, на это указывает та женщина с видеозаписи.
— Возможно, — сказал Декер, однако было видно, что он сомневается.
 
— Чем займемся теперь?
Амос показал папку.
— Ты отвезешь нас туда, где мы сможем перекусить, а я займусь чтением.
* * *
Декер втиснулся на переднее сиденье маленького автомобиля Джеймисон; ему пришлось отодвинуть сиденье до упора, и все равно его колени находились в неуютной близости от приборной панели.
Как только Алекс тронулась с места, Амос углубился в чтение. Каждое прочитанное слово навсегда отпечатывалось у него в памяти. Личное дело было небольшим, но очень содержательным.
— Беркшир прошла проверку, из чего следует, что у нее не было криминального прошлого. — Декер пролистал папку. — Так, мы не смогли заглянуть в ее прошлое дальше чем на десять лет, но в этом деле говорится, что у нее есть сертификат преподавателя. И здесь также указано, что она получила диплом в Технологическом институте штата Вирджиния.
— То есть нам известно, что у нее есть прошлое.
— Ну да. Вот только почему Богарт не смог ничего найти? Мне почему-то кажется, что у ФБР возможностей побольше, чем у какой-то католической шко… так, минуточку.
— В чем дело?
Декер вынул один лист.
— Ее имя указано здесь как Анн Беркшир.
— Хорошо.
— А в водительском удостоверении, на основании которого Богарт проверял ее прошлое, значится «Анна», с «а» на конце.
— Кто-нибудь должен был обратить на это внимание, так?
— Судя по всему, никто не обратил. На самом деле многие прошли бы мимо такого. Здесь указан ее номер системы социального страхования. Надо будет сверить его с тем, которое нашел Богарт. Поскольку в своих поисках он не смог найти ничего про то, где Беркшир училась, я вынужден предположить, что тут чего-то не хватает. В водительских удостоверениях в Вирджинии номер системы социального страхования больше не используется в качестве идентификационного номера. Вероятно, такого больше не осталось ни в одном штате. Но в какой-то базе данных по нему можно было бы найти все, что есть в этом личном деле. Однако Богарт ничего не нашел.
— Значит, это прошлое принадлежит не Беркшир? А кому-то другому?
— Не знаю, но тут указано, что она получила диплом инженера. Компьютерного инженера.
— Это важно?
— Понятия не имею. Здесь также говорится, что Беркшир двенадцать лет проработала в компании «Ревенс консалтинг». — Достав телефон, Декер осуществил быстрый поиск. — Отлично, «Ревенс» прекратила свое существование. Десять лет назад.
— Многие компании всплывают брюхом кверху.
— Но почему мне кажется, что мы не найдем никого, кто сможет подтвердить, что Беркшир работала в «Ревенс консалтинг»?
— Странно все это.
— То есть ее прошлое является загадкой. И, возможно, фальшивкой. Но ей, судя по всему, пятьдесят девять лет, она, несомненно, богатая, работает волонтером в хосписе и учителем в католической школе, хотя деньги ей не нужны. — Декер взглянул на Джеймисон. — О чем это тебе говорит?
— О том, что ей повезло — возможно, в бизнесе, — и теперь она расплачивается за свою удачу?
— Близко, но не совсем так, как это вижу я, — задумчиво промолвил Амос.
— Хорошо, а как это видишь ты?
Но Декер ничего ей не ответил и снова углубился в чтение.
Они свернули на стоянку перед рестораном. Амос продолжал читать личное дело, даже когда они с Джеймисон шли в зал. Напарники заняли столик у окна. Пока Алекс глазела на улицу, Декер закрыл глаза и принялся перебирать кадры в своем необъятном хранилище воспоминаний. Когда он открыл их, Джеймисон нажимала кнопки на телефоне.
— Что-нибудь от Богарта? — спросил Амос, глядя на ее телефон.
— Жилое здание, — покачала головой Джеймисон.
— Какое жилое здание?
— То, в котором мы живем, Декер. Я действительно управляющая.
— Ты правда думаешь, что сможешь совмещать это с работой в ФБР?