Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
— А зачем вообще идти на такие сложности с подменой?
— Убийцы часто пытаются переложить вину за свое преступление на кого-то другого, верно? Я просто пытаюсь понять… Дженнингс работал на меня. Может, расчет строился на том, что меня посчитают убийцей, поскольку я мог застать Дженнингса за воровством или он сам уличил меня в воровстве: вы уже сами говорили об этом раньше. Есть мотив, есть улики, нет алиби. И на мне можно поставить крест.
Паркс опустил ноги на пол и наклонился вперед:
— Очень интересно. Но позвольте и мне выдвинуть свою версию. У Дженнингса было немало врагов, желавших ему смерти, потому он и попал в программу защиты свидетелей. Возможно, вы узнали об этом и решили его заложить за хорошие деньги. А те ребята, с которыми вы связались, воспользовались вашим пистолетом и решили вас подставить, чтобы не платить. Как вам моя версия?
— Вообще-то выглядит вполне правдоподобно, — признал Кинг.
— Вот и отлично. — Паркс допил пиво, затушил сигариллу и поднялся. — Пресса сильно донимает?
— Вообще-то меньше, чем я думал. Наверное, еще не нашли моего адреса. А когда найдут, я перекрою цепью дорогу у холма, повешу запрещающие проход таблички и начну отстреливать всех нарушителей.
— Таким вы мне нравитесь больше.
— Я же говорил, что сущность моя никуда не делась. — Паркс направился к своей машине, но Кинг его окликнул: — А почему меня до сих пор не арестовали?!
— Ну, прежде всего потому, что в вашей версии номер один что-то есть. Я не исключаю, что вам действительно подменили пистолет, а из вашего стреляли в Дженнингса.
— Я не рассчитывал, что вы так легко согласитесь со мной.
— Я допускаю, что вы все же причастны к смерти Дженнингса и организовали всю эту замену пистолетов сами. И вообще склоняюсь к тому, что вы его заложили убийцам, а те вас подставили. — Паркс помолчал, глядя себе под ноги. — Ни один из свидетелей, которые попали в программу защиты и соблюдали все правила, не был убит. Это часто являлось решающим доводом в пользу того, чтобы свидетели соглашались давать показания. Теперь у нас такого аргумента нет. И куратором убитого Дженнингса был я. Именно я отправил его сюда, а значит, несу ответственность за его смерть. И хочу, чтобы вы знали: если вы действительно к этому причастны, то я лично выберу тюрьму, в которую вы отправитесь и где начнете умолять о смертной казни не позднее чем через три часа после приезда. — Судебный исполнитель открыл дверцу машины и приложил руку к бейсболке: — Желаю приятно провести вечер.
Глава 20
На следующий день Кинг выехал из Райтсбурга пораньше, пробился сквозь утренние пробки на дорогах Северной Виргинии и прибыл в городок Рестон около десяти. Десятиэтажное офисное здание было относительно новым, и половина помещений пустовала. Несколько лет назад его целиком сняла и роскошно обставила одна интернет-компания, хотя она ничего не производила и прибыли никакой не имела. А потом ее владельцы неожиданно выяснили, что денег почему-то больше нет, и свернули свой офис. Место было очень хорошим, совсем рядом с отличными магазинами и ресторанами центральной части города. Двери дорогих супермаркетов то и дело открывались, впуская и выпуская хорошо одетых покупателей, а на тротуарах бурлил поток людей, спешивших по своим делам. Вокруг кипела жизнь, и вся здешняя атмосфера была насыщена какой-то неукротимой энергией.
Верхний этаж офисного здания теперь занимала фирма с простым названием «Агентство», запатентовавшая это название для коммерческого использования, что наверняка опечалило ЦРУ, которое часто именовали именно так. «Агентство» являлось одной из самых успешных компаний страны, занимавшихся частными расследованиями и вопросами безопасности.
Кинг поднялся на верхний этаж на лифте, помахал рукой в камеру слежения и был встречен в небольшой приемной вооруженным охранником серьезного вида. Кинга обыскали и заставили пройти через рамку металлоискателя, после чего пропустили в обставленный со вкусом вестибюль. Там никого не было, если не считать сидевшей за столом женщины с внимательным и изучающим взглядом, которая спросила его имя и набрала номер телефона.
К Шону вышел стильно одетый молодой человек с широкими плечами, короткой стрижкой и переговорным устройством. Держась довольно надменно, он проводил Кинга до двери, открыл ее, пропустил внутрь и закрыл, оставив одного.
Шон огляделся. Он оказался в угловом помещении с четырьмя сильно тонированными окнами, хотя на такой высоте заглянуть в них могли разве что птицы да пассажиры самолетов, летевших непозволительно низко. Вся атмосфера здесь была спокойной, выдержанной и комфортной.
Когда сбоку открылась дверь и показалась Джоан, Кинг не знал, как ему поступить: просто поздороваться или сбить с ног и придушить на месте.
— Я очень тронута, что ты не поленился проделать такой долгий путь и приехал повидать меня.
На Джоан был темный брючный костюм, подчеркивавший ее стройную фигуру, а особый его покрой помогал ей выглядеть выше ростом, чему способствовали также туфли на шпильках.
— Но если честно, твой приезд меня сильно удивил.
— Ладно, теперь мы в расчете. Хотя не буду скрывать: я был поражен, узнав, что на Секретную службу ты больше не работаешь.
— Разве я не говорила тебе, когда приезжала?
— Нет, Джоан, сообщить об этом ты забыла.
Она присела на небольшой диван у стены и пригласила его занять место рядом. На маленьком столике все было накрыто для кофе. Пока он усаживался, Джоан разлила ароматный напиток по чашкам.
— Полагаю, на сей раз можно обойтись без яичницы и разогретого рогалика. Да и без кружевных трусиков. — Кинг очень удивился, заметив, как густо она покраснела.
— Я изо всех сил стараюсь не вспоминать об этом. — тихо произнесла Джоан.
Шон сделал глоток кофе и оглянулся по сторонам:
— Ну и ну, я просто поражен! А в Секретной службе разве у нас стояли столы?
— Нет, потому что они нам были не нужны. Мы или ездили на машинах на бешеной скорости, или…
— Или топтались на месте, пока не отказывали ноги, — закончил он фразу: агентам Секретной службы часто приходилось подолгу стоять на одной точке, наблюдая за происходящим.
Она откинулась на спинку и обвела взглядом комнату.
— Здесь мило, но я редко бываю в офисе. Моя работа связана с перелетами.
— По крайней мере ты летаешь на рейсовых или частных самолетах. А военный транспорт плохо сказывается на спине, животе и заднем месте. В свое время мы налетались на них с лихвой.
— Ты помнишь наш полет на «борту номер один»?
— Такое забыть невозможно.
— Я скучаю по всему этому.
— Но теперь ты зарабатываешь гораздо больше.
— Думаю, ты тоже.
Он немного пододвинулся к Джоан и поставил чашку на ладонь.
— Я знаю, что ты человек занятой, поэтому сразу перейду к делу. Ко мне приходил судебный исполнитель Джефферсон Паркс. Он руководит расследованием убийства Говарда Дженнингса, который был в программе защиты свидетелей. Именно Паркс явился за моим пистолетом, когда ты находилась у меня.
Джоан явно заинтересовалась:
— Джефферсон Паркс?
— Ты знаешь его?
— Имя кажется очень знакомым. Значит, у тебя забрали пистолет. И баллистическая экспертиза сняла с тебя подозрения?
— Отнюдь. Полное совпадение. Говард Дженнингс был застрелен из моего пистолета. — Кинг продумал эту фразу очень тщательно по пути сюда, потому что хотел увидеть ее реакцию.
Джоан едва не расплескала кофе. Или она стала настоящей актрисой, или ее реакция была искренней.
— Этого не может быть!
— Я сказал им то же самое. По счастью, мы с этим судебным приставом сходимся в том, как именно моим оружием могли воспользоваться, пока я считал, что оно находится у меня в кобуре.
— И как же?
Кинг кратко изложил свою версию подмены оружия.
Джоан задумалась, причем, как показалось Кингу, слишком надолго.
— Для этого требуются тщательное планирование и соответствующие навыки, — наконец произнесла она.