Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Вам удалось найти то, что вы искали? — спросила она, вставая со стула. — Теперь вы сможете помочь Майрону?
— Может быть, — ответила Пайн.
— Я хочу, чтобы вы рассказали мне, что происходит, Ли.
— Я бы так и сделала, если бы могла. Но у меня нет ответов.
— Я даже не могу Майрону позвонить, — не скрывая тревоги, сказала Бритта. — У него ведь нет телефона! — Казалось, она сейчас заплачет.
Пайн колебалась. С одной стороны, ей хотелось бросить все силы на поиски Майрона, пока он не успел нанести новый удар, а с другой — задать Бритте вопрос, который жег ей грудь. Наконец, она решилась.
— Бритта, могу я кое-что у вас спросить?
— О чем? — осторожно поинтересовалась Бритта.
— О той ночи, когда исчезла моя сестра.
— Да?
— Мои родители той ночью находились в вашем доме, не так ли?
Бритта опустила глаза.
— Я…
Пайн подошла к ней.
— Дело в том, что у меня не сходятся концы с концами. Наш вечерний распорядок был нарушен. Впрочем, у меня остались лишь смутные воспоминания. Майрон говорил, что у вас были друзья в гостях, вот только он забыл, кто именно.
Бритта посмотрела на Пайн, и ее глаза наполнились слезами.
— Им и в голову не могло прийти, что произойдет нечто подобное, Ли. Никогда и ни за что. Никто из нас не мог такого предположить.
— Они оставили нас одних, двух совсем маленьких детей.
Бритта снова опустила глаза.
— Когда ваша мать проснулась, она сразу выскочила из нашего дома. Джулия бежала всю дорогу, чтобы проверить, как ваши дела. А… когда оказалась в вашей комнате…
— Обнаружила, что Мерси исчезла, а я едва жива. И никто не мог такого предположить.
Слезы из глаз Бритты исчезли, и на лице появилось жесткое выражение. И это удивило Пайн.
— Ваша мать вас любила. Она любила вас обеих. Таковы матери, они всегда любят своих детей. И изо всех сил стараются их защитить.
— Но она не сумела. И это при том, что ее предупреждали.
Теперь удивилась Бритта.
— О чем вы говорите? Прежде никогда ничего подобного не случалось.
— Ну, мы ведь не всегда жили здесь, — ответила Пайн и снова сменила тему. — Пожалуйста, попросите Майрона связаться с нами, как только он вернется. И если вы узнаете, где он находится, сразу сообщите нам.
— Но вы сказали, что у него могли возникнуть неприятности.
— Полной уверенности у меня нет. Я просто пытаюсь добраться до правды. — Она немного помолчала. — Кто принес окурки марихуаны и пустые бутылки в наш дом?
Бритта бросила на нее недоуменный взгляд.
— Но кто-то же это сделал, чтобы никто не усомнился, что мои родители весь вечер и ночь провели дома. В противном случае им бы не поверили.
— Это была идея Майрона. — Теперь в голосе Бритты появилось опустошение. — Он боялся, что у него могут возникнуть проблемы. Не думаю, что ваши родители что-то заметили.
Когда Пайн, которую переполняло отвращение, собралась уходить, Ларедо повернулся к Бритте.
— А у вашего мужа есть какие-нибудь хобби? — спросил он.
Пайн остановилась, дожидаясь ответа.
— Он любит машины, вы и сами видели. На мой взгляд, он тратит на них слишком много денег. Однако это его деньги.
— А он интересуется кино?
— Кино? Нет, пожалуй, нет.
— Он когда-нибудь ездил в Южную Флориду?
— В Южную Флориду? Я… нет, мне он про это ничего не говорил.
— А не может он сейчас там находиться?
— Он не говорил, что намерен куда-то лететь.
— Ваш муж взял с собой вещи, чтобы провести где-то ночь?
— Может быть. Но я еще не встала, когда он ушел.
— Вы слышали, как он уходил?
— Мы… спим в разных комнатах. Как вы знаете, он сова, а я рано ложусь спать.
— А на какой машине он уехал? Очевидно, не на «Пагани».
Бритта смутилась.
— Я не очень понимаю… Я… все машины в нашем гараже на месте. — Она положила руку на плечо Пайн. — Что здесь происходит?
— Я бы и сама хотела знать ответ.
  
Глава 67
 
На обратном пути в Андерсонвилль они попали в небольшую пробку, в которой собрались автофургоны, пикапы, внедорожники и даже один «Хаммер», на чьем боку изображены были лидеры Конфедерации с мемориального барельефа на Стоун-маунтин [351].
 
— Проклятье, что здесь происходит? — спросил Ларедо. — Вот уж никак не ожидал пробки в Андерсонвилле.
— Завтра ожидается реконструкция событий Гражданской войны. Будут маршировать армии.
— Я даже не думал, что она вызывает такой интерес.
— Ты на Юге. Здесь Гражданская война всегда будет оставаться важным событием. Ко всему прочему, она позволяет взрослым мальчикам поиграть в солдатиков.
— Понятно.
— На главной улице будет парад, потом имитация сражений Гражданской войны в субботу и воскресенье на территории Андерсонвилля.
Когда они вернулись в «Коттедж», то нашли Блюм в общем зале, где она стучала по клавишам своего лэптопа.
— Что вам удалось узнать о Майроне Прингле? — спросила она, подняв голову.
Они сели рядом и по очереди рассказали ей новости.
— Никогда бы не приняла его за продюсера порнофильмов, — призналась заметно удивленная Блюм.
— Я сомневаюсь, что Бритта в курсе, но она подтвердила, что мои родители находились у них в доме в ту ночь, когда Мерси похитили. Рано утром моя мать проснулась и побежала домой.
— Уверена, что она испытала настоящее потрясение.
— Ну, она сама виновата.
— Пожалуй, это слишком жесткая реакция, — заметил Ларедо, с беспокойством посмотрев на Пайн.
Пайн не стала отводить взгляда.
— Нет, слишком жестким стало ее дальнейшее поведение. Все эти годы мать могла рассказать мне правду, но она этого не сделала. И они солгали полиции. Они помешали расследованию, исказили место преступления. Полиция не сомневалась, что похититель забрался в дом через окно, они считали, что мои родители оставались внизу. Однако все происходило иначе.
— Я думаю, твоей матери и в голову не могло прийти, что такое случится, — тихо сказала Блюм.
— Да, Бритта сказала то же. Она также ее защищала.
— Я уверена, что Бритта ужасно страдает из-за того, что произошло с ее собственными детьми. Складывается впечатление, что она почти ничего не могла сделать, но мать всегда чувствует вину, когда с ее детьми случается что-то плохое. Сомнения в принятых решениях, «а если бы…» Это может поглотить целиком и полностью.
Пайн посмотрел на Блюм, и у нее на лице появилось раскаяние.
— Я совершенно не думала о чувствах Бритты, когда с ней разговаривала.
— Ну, ты была полностью сосредоточена на собственной ситуации. Большинство из нас поступают именно так.
— Мне интересно, что тогда происходило у Принглов — обычная вечеринка, или они собрались по другой причине?
— Ну, у каждой молодой пары были дети. Может быть, они по очереди ходили друг к другу в гости, пока дети спали. И в тот вечер твои родители пошли к Принглам.
— Обычное дело. Отправляешься в гости, оставляя детей одних.
— Наверное, они считали, что в Андерсонвилле ничего плохого произойти не может, — предположил Ларедо.
— А вот поди ж ты, произошло непоправимое, — резко ответила Пайн.
— Неужели ты думаешь, что это совпадение? — неожиданно спросила Блюм.
— Что?
— Что в ту ночь, когда твои родители решили отправиться на вечеринку к соседям, уложив дочерей спать, кто-то случайно зашел в ваш дом и едва не убил тебя, а потом похитил Мерси?
Пайн медленно и хрипло выдохнула.
— Он мог следить за домом, — предположила она.
— Я совершенно уверена, что он наблюдал за вашим домом. — В словах Блюм прозвучала такая убежденность, что Пайн бросила на нее странный взгляд, потом посмотрела на лэптоп.
— А тебе что удалось отыскать?
Блюм повернула к ней компьютер.
— После нашего последнего разговора я начала изучать мир мафии Нью-Йорка восьмидесятых годов прошлого века. Видишь этого парня?