Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Я ничего об этом не знаю.
— Вы не станете возражать, если мы заглянем в его кабинет?
— Я не могу вас туда впустить.
— Почему?
— У меня нет возможности войти в кабинет мужа.
— Вы хотите сказать, что сканер системы распознавания сетчатки настроен только на Майрона? — спросила Пайн, а Ларедо быстро посмотрел на нее.
— Да. Я хочу сказать, что у меня никогда не было причин заходить в его кабинет. Я не слишком хорошо разбираюсь в современных технологиях. Мне и телевизор заставить работать непросто.
— А что относительно его малого кабинета? Однажды он меня туда пригласил. И там нет системы безопасности.
— Почему вы хотите туда попасть? — спросила Бритта, и на ее лице появилась подозрительность.
— Я люблю делать все тщательно.
— Ну, я не знаю, Ли. Это пространство Майрона. И я не думаю, что у меня есть право…
— Это важно. В противном случае я бы не стала просить. Не исключено, что с Майроном что-то случилось.
Бритта побледнела и приложила руку к горлу.
— Что? У Майрона неприятности?
— Я не знаю наверняка. Но в кабинете могут оказаться вещи, которые позволят нам его отыскать. Не исключено, что он нуждается в помощи.
После недолгих колебаний Бритта кивнула:
— Ладно.
И они направились в дом.
  
Глава 66
 
Бритта отвела их в кабинет мужа и оставила там одних.
Они постояли на середине комнаты, осматривая помещение.
— Что именно ты рассчитываешь найти? — спросил Ларедо.
— Я узнаю, как только увижу. Очень на это надеюсь.
Она обошла комнату, пока Ларедо изучал стоявший на письменном столе компьютер.
— Значит, этот парень настоящий технический гений? — спросил Ларедо, усаживаясь на стул и нажимая на некоторые клавиши.
— Судя по всему, да.
— И каким может быть пароль?
— Понятия не…
Пайн замолчала, подошла к столу и встала за спиной у Ларедо.
— Есть идеи? — спросил он.
— Попробуй… один, три, пять, семь, девять, девять, семь, пять, три, один, — предложила она.
— Откуда ты это взяла?
— Иногда гении думают, что они слишком умны, чтобы совершать ошибки, — ответила Пайн.
Он набрал последовательность указанных цифр.
— Не работает, гений. У тебя есть еще идеи?
После коротких размышлений, Пайн сказала:
— Вместо единицы поставь ноль.
Ларедо так и сделал, и монитор ожил.
— Ого! Как тебе удалось? — воскликнул Ларедо.
— Помогло то, что Майрон мне сам сказал, — ответила она. — Он любит нечетные цифры, «но до определенного предела». Ты понял?
— До предела, который представляет собой ноль?
— Совершенно верно.
Ларедо нажал еще на несколько клавиш и принялся листать страницы.
— Я просматриваю историю запросов, — пояснил он. — Изучаю сайты, которые его интересовали.
На экране появились заголовки с неприличными снимками.
— Порнография, — сказала Пайн.
— Что тебе больше нравится в качестве первой ниточки: «Компания здоровяков», «Послушная и озабоченная» или «Влажные сны училки»?
— Значит, Майрон помешан на порнографии.
— Многие парни такое любят. — Когда она недоуменно на него посмотрела, Ларедо поспешно добавил: — Присутствующие в эту компанию не входят.
Пайн посмотрела на встроенный в стену шкаф, подошла к нему и попыталась открыть.
— Закрыто на ключ.
— Ну, хозяйка дома нам разрешила, поэтому…
Пайн вытащила швейцарский нож, открыла лезвие и сдвинула в сторону язычок замка.
— Давай посмотрим, что здесь есть, — предложила она и отступила в сторону, чтобы Ларедо смог увидеть полки, забитые дисками.
Пайн начала вытаскивать их случайным образом.
— Порно, порно, порно. — Она посмотрела на заднюю часть коробок. — Подожди секунду.
— Что? — спросил Ларедо.
Пайн принялась доставать другие коробки с дисками.
— Это все от компании «Звездная пыль».
— И что?
— «Звездная пыль» — программа, которую запатентовал Майрон. Он дал ей такое название, потому что играл в одноименном казино в Вегасе. И, кстати, об азартных играх: сколько ты готов поставить на то, что именно «Звездная пыль» финансировала фильмы, где снимались Ребане, Клеммонс и Гиллеспи.
 
— Но я не помню, чтобы такое название всплывало, когда мы изучали этот вопрос.
— Там была фиктивная компания, и нам не удалось узнать, кто за ней скрывается. И почему мне кажется, что сейчас мы это сделали?
— Значит, ты считаешь, что именно Майрон Прингл финансирует съемки порнографических фильмов?
— Да, я так думаю.
— Проклятье.
— Возможно, это даже более выгодный бизнес, чем мы думали.
— С чего ты взяла?
— У парня в гараже стоит «Пагани».
Ларедо выглядел ошеломленным.
— Ты хочешь сказать, что в порно крутятся такие деньги?
— Ханне Ребане и Бет Клеммонс платили солидные гонорары. Их босс наверняка получал на несколько порядков больше. А они были всего лишь работавшими на него актрисами. Вероятно, их десятки.
— Подожди, и какова твоя теория? Ты думаешь, он сам убивал своих актеров?
— Проклятье, Фрэнки Гомес не был актером.
— Верно, но Ребане, Клеммонс и Гиллеспи были.
— И ты полагаешь, что Клеммонс убили не из-за того, что она играла в порнофильмах, она могла что-то рассказать нам о связи между Ребане и Гиллеспи. Но зачем их убивать?
— Ну, самый очевидный ответ состоит в том, что у Ребане и Гиллеспи имелся компромат, и они шантажировали Майрона.
— Иными словами, он убил их и переодел по какой-то причине? А потом схватил Фрэнки и поступил с ним так же? Быть может, чтобы сбить нас с толку. И у него имеется какая-то связь с агентством, продающим «Мерседесы». Там он мог познакомиться с Фрэнки или просто его увидеть.
— Брось, ты все слишком усложняешь.
— Майрон настоящий гений. Он думает не так, как остальные. И если причина не в этом, то и правда должна быть столь же ошеломляющей.
— Ну, тут сомнений быть не может.
— Сейчас главный вопрос: где Майрон? Возможно, он уехал, чтобы убить еще кого-то? Или он в Южной Флориде инспектирует свою порноимперию?
— Как ты думаешь, его жена знает о порнографии?
— Она не производит впечатления женщины, способной в этом участвовать. Не исключено, что Майрона шантажировали, угрожая рассказать все Бритте. Заплати нам, или жена узнает про твои делишки.
— Нам необходимо найти Майрона как можно скорее.
Пайн рассеянно смотрела в потолок.
— Что? — спросил Ларедо.
— Кто-то стрелял в Джека Лайнберри, — сказала она.
— Только не говори мне, что Лайнберри также занимается порнографией. Я уже говорил, что проверял его. Ему нет нужды продавать порнофильмы. Он достаточно зарабатывает при помощи своего инвестиционного фонда.
— Нет, я думаю о другом.
— И о чем же?
— Что, если вчера должна была умереть я, а не Лайнберри?
— Ты?
— Тот, кто в нас стрелял, знал наш маршрут и планы. Мы возвращались из Атланты. Тайлер Страуб, второй охранник Джека, рассказал мне, что у Джерри Дэнверса на телефоне есть приложение, отслеживающее перемещения босса.
— То есть он знал, где вы находитесь.
— И стрелок не следовал за нами. Он нас ждал. Я услышала, как заработал двигатель после того, как он в нас выстрелил.
— Но зачем Дэнверсу тебя убивать?
— Во-первых, я этому придурку не нравлюсь. Во-вторых, он испытывает странные чувства к своему боссу. Всякий, кто приближается к Лайнберри слишком близко, вызывает у него лютую злобу. Он служил в президентском подразделении Секретной службы, но не сумел стать агентом.
— Значит, ты считаешь, что он мог затаить обиду на весь мир?
— Может быть. Но нельзя исключать, что он заодно с Майроном, и они хотели от меня избавиться, потому что я задаю слишком много вопросов.
— В твоих рассуждениях множество лакун и противоречий.
— Я знаю, Эдди. Я просто рассуждаю вслух.
Они спустились вниз и обнаружили на кухне Бритту.