Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Хорошая первая встреча, — сказала Пайн, когда Блюм с любопытством посмотрела на кашу.
Пайн заметила ее взгляд.
— Это здешняя каша, Кэрол. Нечто вроде обычной, но очень много соли и масла.
— Ну, как скажешь, — ответила Блюм, сосредоточившись на беконе и яйцах.
Грэм не отходила от их столика.
— Джек многого добился в жизни, — заметила она.
— Вне всякого сомнения, — ответила Пайн, которая ела без всякого аппетита.
— Вы не хотите есть? — спросила Грэм.
— Меня сейчас больше интересуют ответы, чем еда, — сказала Пайн. — Лайнберри назвал мне имена двух других людей, которые жили здесь в те времена.
— И кто же это? — заинтересовалась Грэм.
— Майрон и Бритта Прингл.
Грэм заметно расстроилась.
— Да, конечно, Принглы. Я как-то о них не подумала.
— Вы хорошо их знали, когда они здесь жили?
— Не особенно. Я о них вообще практически забыла.
— Они такие незапоминающиеся?
— Нет, дело не в этом. В некотором смысле они были очень даже запоминающимися. В особенности муж, Майрон. Но с тех пор прошло столько лет.
Пайн переглянулась с Блюм.
— Лайнберри дал мне адрес. Но у него нет их телефона или электронной почты, что показалось мне странным.
— Ну, вы можете просто к ним поехать и посмотреть, что получится.
— А что вы можете о них рассказать из тех времен, когда они жили здесь?
Грэм пододвинула стул и села.
— Первое слово, которое приходит в голову: странные. Майрон Прингл был, ну, вроде как, гением. Может быть, теперь сказали бы, что он аутист, но тогда так не говорили.
— А чем он занимался?
— Тогда он работал на шахте. В конторе.
— А жена?
— Бритта не такая странная, как Майрон. Их детей, мальчика и девочку я почти не помню. Я старше. По возрасту они были ближе к вам. Бритта мне нравилась, но они редко приезжали в город. Может, она и работала, но, где именно, я уже успела забыть. В те времена большая часть женщин в Андерсонвилле либо сидели дома, либо выходили на неполный день.
— Но, если их дети были моего возраста, мы наверняка с ними играли. Я смутно помню каких-то детей, которые иногда к нам приходили.
— Ну, нет ничего удивительного в том, что вы плохо помните. Вы тогда были совсем маленькой. Они жили к вам ближе остальных. Последний дом перед вашим, примерно на расстоянии мили.
Пайн задумалась, но у нее не осталось никаких воспоминаний о доме семьи Прингл.
— Ну, наверное, мы все узнаем, когда их увидим, — сказала Блюм.
Они закончили завтрак и через полчаса сели во внедорожник.
— Надеешься на большой прорыв с Принглами?
— Подобные дела никогда так не решаются, — ответила Пайн. — Но если мне удастся что-то узнать, я не стану возражать.
  
Глава 17
 
— Если бы я собиралась снять фильм ужасов, — сказала Блюм, — это было бы превосходным местом.
Они свернули на усыпанную гравием извивающуюся дорогу, и стало заметно темнее — с двух сторон над ней склонялись ветки старых дубов, покрытые исландским лишайником, и создавалось впечатление, что они едут по туннелю. Солнечный свет сюда практически не проникал. Они снова оказались в округе Мейкон, примерно в сорока пяти минутах езды от Андерсонвилля.
— Я думаю, Грэм именно по этой причине не знает, что они вернулись, — сказала Пайн. — Довольно далеко от города. И я сомневаюсь, что они вообще бывают в Андерсонвилле.
— Ты и в самом деле ничего о них не помнишь?
Пайн покачала головой.
— Но мы очень скоро получим ответ на этот вопрос.
Туннель из дубов закончился, но солнце все еще закрывали другие деревья, окружавшие дом, который они увидели только после того, как сделали последний поворот.
— Ну, я не могла даже представить, что мы здесь увидим, — призналась Блюм. — Я думала, он будет похож на дом Ашеров [322].
Дом оказался большим, недавно построенным, современного дизайна, с большим количеством металла и стекла.
— Нечто похожее мог бы выстроить для себя какой-нибудь магнат в Пало-Альто, — заметила Пайн, сбрасывая скорость и останавливая внедорожник перед домом.
 
Они вышли из машины и осмотрелись по сторонам.
— Видишь кого-нибудь? — спросила Блюм.
— Нет. И никаких машин, но гараж может находиться за домом.
— Чем я могу вам помочь? — услышали они голос.
Они оглянулись, пытаясь понять, откуда он доносится.
— Чем я могу вам помочь? — повторил тот же голос.
Казалось, звук доносился от входной двери.
— Должно быть, они установили одну из новых систем безопасности, — сказала Пайн. Они подошли к входной двери, и она подняла свой значок. — Я специальный агент ФБР Этли Пайн. Джек Лайнберри дал мне ваш адрес. Думаю, вы знали моих родителей, Тима и Джулию Пайн.
Они не получили никакого ответа, и Пайн посмотрела на Блюм.
— Может быть, я сказала что-то не то?
Входная дверь открылась, и на пороге появилась привлекательная женщина лет пятидесяти с небольшим, среднего роста, с коротко подстриженными светлыми крашеными волосами, подчеркивавшими изящную шею. Она была стройной и находилась в хорошей физической форме, одета в стильные черные брюки, туфли на низком каблуке, светло-синюю блузку и легкий свитер. Даже издалека они разглядели у нее на пальце крупный бриллиант.
— Ли Пайн? Это и правда вы?
— Да, я.
— Боже мой, я бы вас никогда не узнала.
— Вы Бритта Прингл?
— Да. Наверное, вы меня не помните, в те годы вы были совсем маленькой.
— А это моя помощница Кэрол Блюм.
Они пожали друг другу руки.
— У вас очень красивый дом, — сказал Блюм. — Я… никак не ожидала увидеть такой здесь…
— …в такой глуши? — с усталой улыбкой закончила Бритта. — Никто бы не ожидал. Это дизайн моего мужа. Он из Кремниевой долины. А я девушка с Кейп-Кода [323].
Бритта посмотрела на Пайн и улыбнулась.
— Теперь я определенно вижу сходство с вашей матерью. И есть немного от Тима, в линии скул.
Ее слова несколько удивили Пайн. Когда она беседовала с потенциальными свидетелями, у нее всегда имелся наготове список вопросов и протоколы, и она неизменно их придерживалась, при необходимости проявляя гибкость, — тут все зависело от того, как складывался разговор. Но сейчас ей пришлось напомнить себе, что это совсем не похоже на обычное расследование.
Речь идет о моей семье. И прежде всего обо мне.
— Да, конечно, — коротко ответила она.
— Но, что вас сюда привело? Вы сказали, что являетесь агентом ФБР?
— Так и есть. Я в Бюро уже более десяти лет.
— Как быстро бежит время.
— Я здесь из-за моей сестры.
Бритта заметно расслабилась.
— Вашей сестры? — Она перевела взгляд с Блюм на Пайн. — Ее сумели… отыскать?
И вновь Пайн показалось, будто она получила удар в живот, усиливший ее личную связь с расследованием. Она вдруг обнаружила, что какая-то ее часть предпочла бы сосредоточиться на убийстве неизвестной молодой женщины. Она могла заниматься этим делом профессионально и отстраненно, не внося в работу ничего от себя.
— Нет, и я приехала сюда именно по этой причине, — ответила Пайн. — Я пытаюсь выяснить, что тогда произошло.
Бритта сложила руки на груди.
— После стольких лет? Почему бы и нет? Наверное, я бы поступила так же, если бы речь шла о моей сестре. — Казалось, она одернула себя. — О, пожалуйста, заходите.
Она распахнула входную дверь и жестом предложила им войти.
Вестибюль состоял из трех уровней. Пайн окинула взглядом внутреннее убранство, стекло и металл. Несмотря на деревья вокруг дома, здесь было полно света. Пространство пола оставалось открытым, и, несмотря на многочисленные светильники и сделанную на заказ мебель, отсюда открывался великолепный вид на гостиную. Толстые разноцветные ковры разбивали крупные плитки пола с узорами в виде отпечатков ископаемых животных.