Жестокость (СИ)
— Ты можешь остаться при дворе. Раз ты воспитана и образована, будешь моим секретарем.
— Как прикажете, ваше величество.
Асия с облегчением вернулась на свое место и постаралась раствориться в толпе придворных.
Королева сделала знак, что официальный прием окончен. Люди начали расходиться, а Рамис удалился вместе с Ламией в ее кабинет. Пришла очередь для неофициального отчета.
Асия слегка растерялась. Куда ей нужно идти? И что делать дальше?
— Потерялась, малышка?
Перед девушкой так резко появилось какое-то яркое, жуткое существо, что бедняжка вскрикнула и отшатнулась. Существо в ответ рассмеялось противно и визгливо.
Это был Бахс — знаменитый королевский шут. Он был наряжен в ярко-красный комбинезон и нелепую шляпу с бубенцами. Но его внешний вид вселял ужас, а не смех. Вместо лица у него была сплошная серая маска с уродливым черным разрезом вместо рта. А глаза представляли собой узкие, красные огни. Это был и не человек, и не монстр. Безликая, насмешливая сила.
— Позвольте представиться, — продолжал шут, — Бахс. Королевский шут и кавалер всех существующих орденов.
Он отвесил фиглярский поклон.
— Асия, — тихо ответила девушка.
— Не слышу?
Клоун подставил руку к несуществующему уху и наклонился к самому лицу девушку. Его бубенцы весело зазвенели, что никак не вязалось с его уродливым лицом. Если эту маску вообще можно было считать лицом…
— Асия!
— Прости, мои друзья опять не расслышали.
Вдруг от Бахса отделились еще несколько таких же шутов. Только у каждого была своя форма красных глаз, разные шапки на голове, а у некоторых в разрезе рта появились острые зубы. Клоуны глупо захихикали и принялись танцевать вокруг девушки.
— Фи, какая уродина!
— Одна королева — красавица. Остальные дамы при дворе — мерзкие крысы.
— Она еще и глупая! Смотри, как хлопает глазами.
От их яркого мелькания у Асии закружилась голова. Ей начинало казаться, будто их злые лица приближаются, а зубы клацают над самым ее ухом…
— Бахс!
Все клоуны разом исчезли, остался только оригинал.
— Аааа, главный зануда королевства идет, — проворчал шут.
К ним быстро приближался высокий мужчина в пышных одеждах и церемониальной шляпе. Густая борода свисала до самого живота.
— Бахс, тебе запрещено появляться на официальных приемах, — строго заговорил клирик, — Оставь эту девушку в покое и убирайся!
- “Оставь эту девушку в покое и убирайся”, - противным голосом передразнил Бахс.
— Предупреждаю!
Шут показал священнику длинный, змеиный язык и растворился в воздухе. А клирик повернулся к Асии.
— Не волнуйтесь, моя дорогая. Бахс кусается только на словах. На деле, он безобидный шут, задача которого над всеми издеваться.
Девушка кивнула.
— Вы впервые в этом замке, верно? Хотите, я устрою вам небольшую экскурсию? Я служитель Ордена, со мной вы в полной безопасности.
— Буду вам очень благодарна.
Священник вежливо подставил руку. Асия уже хотела опереться, но вдруг замерла. Ей показалось, что она видит в дальнем углу странную, темную фигуру. Жуткая женщина с рогами и четырьмя руками, в длинном черном платье. Она внимательно смотрела прямо на Асию.
— Что такое, дитя мое? Вы здоровы?
Асия вздрогнула и быстро заморгала. Чудовищная женщина исчезла.
— Да-да, все хорошо, — поспешила улыбнуться Асия, — Просто мне кое-что показалось.
Девушка оперлась на предложенную ей руку, и они вместе двинулись по коридорам и залам королевского замка.
* * *
— Ну как, видела ее?
Эндора только что вернулась в свои покои, где по-прежнему сидела Мертвая Колдунья.
— Да, девчонка действительно сейчас в Тронном зале. Я сделала так, чтобы меня никто не видел, кроме нее.
— Ты показалась ей? Зачем?
— Чтобы при следующей нашей встрече она уже не шокировалась моему виду. И чтобы захотела поговорить со мной. Асия слишком любопытна. Любопытство в ней сильнее даже страха.
— И что ты ей скажешь? Мы даже не уверены, что это она. Это просто подозрение.
— У тебя, может быть. А вот я абсолютно уверена. Я видела прошлое, видела ребенка. Это Асия, я знаю.
— Значит, интуиция меня не обманула. Странно, что другие колдуны не чувствуют ее силу.
— Не все такие внимательные, как ты. Колдуны упиваются своей силой, ищут наслаждений, чувствуют себя всемогущими. И только ты понимаешь, что магия — это проклятье, а не дар.
— Кому знать, как не мне, — вздохнула герцогиня, по лицу которой пробежала очередная волна трупного разложения.
— Вы похожи с Асией. Обе отмечены печатью смерти. Вот почему ты чувствуешь ее силу.
— И что мы будем делать с этим открытием? Рано или поздно Асия поймет, кто она. Что она предпримет?
— Решать ей. Но мы можем подтолкнуть ее к нужному решению.
Эндора приблизилась к Колдунье, и та невольно поднялась со своего места.
— Только представь, — сказала пророчица, — Что будет, если на стороне кочевников выступит Грим.
— Вот, что ты задумала. Ты хочешь поддержать эту войну.
— Война неизбежна. И лучше сразу занять сторону победителя. Я уже это сделала. Теперь предлагаю тебе.
— Ты хочешь, чтобы я поддержала кочевников и вступила в войну?
— А что тебе терять? Ламия и так уже отобрала все твои земли.
Лицо Колдуньи разом превратилось в голый, жуткий череп. Так всегда происходило, когда она злилась. Затем оно снова сделалось обычным.
— Хорошо. Я поддержу твоих кочевников. Мои люди и моя магия помогут. Тогда я смогу вернуть Красную Долину?
— Конечно. Она твоя по праву.
— Что мне нужно сделать?
— Пока собирай людей. Мы только готовимся к настоящей атаке. А я займусь Асией.
— Ты собираешься сказать ей, что она — Грим?
— Только после того, как она сама это поймет. Мне останется только объяснить ей, что это значит. И какую сторону ей лучше принять.
Эндора уже собиралась удалиться, но Колдунья крикнула ей в след:
— А ты скажешь ей о том, что жить ей осталось недолго?
Эндора криво улыбнулась.
— Не все тайны стоит открывать. Счастье в неведении.
Глава 16
Звонкая пощечина оставила на щеке Розаны красный след. Глаза девушки заблестели от обиды, но жрица гордо выпрямилась перед госпожой.
— Никому нельзя верить, никому нельзя ничего поручить! — бушевала Эльсинора, — А ведь я тебе доверяла, Розана. Даже сделала старшей жрицей. И как ты отплатила мне за доброту? Занималась черной магией за моей спиной?
Эльсинора буквально кипела от ярости. Вокруг нее кружился небольшой вихрь, раскидавший все мелкие предметы в комнате.
Женщины стояли в одном из закрытых помещений Эпикурейского Ордена, вдали от других жриц.
— Это все ложь, — как можно спокойнее ответила Розана, — Дарэлл просто хотел подставить меня.
— Зачем ему это делать? И как ты объяснишь исчезновение Асии?
— Он ревнует, госпожа. Он совсем потерял голову от любви к вам. Видит во мне соперницу.
— Отродясь не слышала такой чепухи!
— Он все это придумал, клянусь. Я занималась лишь той черной магией, которая позволена Ордену. Я слепо выполняла все ваши приказы. И брала совсем немного крови девственниц. Только те капли, которые они теряли вместе с невинностью.
— Дарэлл говорил про какие-то тайные комнаты, про целые чаны с кровью.
— Наглое вранье!
— И ты не ответила про Асию.
Розана судорожно сглотнула. Эльсинора не верила ни одному ее слову. Но жрица решила держаться до конца.
— Девочка случайно проникла в Орден, успела что-то мельком увидеть, испугалась. Я хотела успокоить ее, но она сбежала.
— И я только сейчас об этом узнаю?! Что она успела увидеть?
— Так, всякие мелочи…
— Она видела обряд посвящения?
Розана не выдержала пронзающий взгляд малахитовых глаз.
— Да, — едва слышно выдохнула она.