Виктор III. Развязка (СИ)

— Но они постепенно развиваются, — напомнил я. — Вероятно, им нужна какая-то… как это на вашем языке? Питательная среда. Если вы помните, то в сознании ректора бесы стали чуть ли не профессорами. И даже сумели изменить его физическое тело.
— Да, да, — покивал учёный. — Но он был первым и единственным, чьё тело бесы изменили. Вероятно, сказалось то, что их было много в нём. А что касается их сообразительности… Опять же мы знаем слишком мало. Может, разум ректора не погиб, а слился с бесами? От того-то получившееся существо и оказалось столько умным. На мой взгляд, его следует выбросить за скобки этого уравнения.
— Но я-то им на кой чёрт нужен? И не превращусь ли я в какого-нибудь урода? Моя левая рука уже какая-то странная. Внешне — нормальная. Но стоило маркизе её коснуться, как она что-то почувствовала и вспомнила тот эпизод с бесом.
— Дай мне сюда свою руку, — попросил Люпен. Я протянул левую граблю, и барон сжал её своей ладонью. Похмыкал и мрачно резюмировал: — Да, кое-что появилось…
—…Что? — выдохнул я, почувствовав толику паники.
— А ты сам не чувствуешь?
— Нет, — отрицательно помотал я головой. — Да вы не томите, говорите, в конце-то концов!
— Твоя рука излучает такую же энергию, которая исходит от бесов, — сказал барона и тотчас попытался меня успокоить: — Но это ещё не говорит о том, что тебя ждут какие-то трансформации или иные проблемы. Возможно, тот странный бес всего лишь пометил тебя.
— Звучит хреново, словно я куст, а он — пёс, задравший ногу.
— Ну, ещё он мог одарить тебя какой-то силой. Что если именно энергия в твоей левой руке позволила прогнать другого беса, того, который намеревался добраться до нашей шлюпки? — сделал ещё одно предположение химеролог и закинул ногу на ногу. — В любом случае без новой информации мы не сможем с уверенностью сказать, что же происходит, как в глобальном смысле, так и в частном. Придётся положиться на удачу и плыть по течению. Поскольку мы ничего не можем сделать. Впрочем, кроме одного…
— Чего?
— Нарисуй руны, которые изображал на телах старик.
— Я не разобрал их. Было слишком далеко.
— Хм, — вздохнул Люпен и встал с койки. — Тогда мы действительно пока ничего не может сделать. Отдыхай, насыщайся. А вечером к тебе заглянут Вероника и Марк. Некромант теперь будет жить с тобой в этой каюте, а маркиза Меццо переехала к Веронике.
Барон вышел вон, а я кое-как успокоил расшалившиеся нервишки и принялся за еду.
А спустя пару часов и правда пришли магичка и Марк. На их лицах не было особого энтузиазма, но они без лишнего бурчания покорились судьбе. Я начал эксперимент и вскоре пришёл к тем же выводам, которые озвучил ещё днём. Мой дар действительно позволял держать под контролем двоих людей в течение пятнадцати минут, однако после обозначенного времени меня срубала невероятная слабость. И это точно придётся брать в расчёт во время освобождения Кира Каралиса.
  
Глава 19
 
Глава 19. Новый Мир. 
Спустя несколько дней уже в густых сумерках показался изломанный берег, тысячи ярких огней и очертания многоэтажных домов. Это был самый крупный город Америки — Новый мир. Огромный котёл, в котором варились сотни национальностей. Говорят, что он никогда не спит, а люди, точно кровь, всегда циркулируют по его улицам. Но меня сейчас мало заботил этот город, поскольку наступил час икс. Корабль уже скоро прибудет в порт и надо начинать операцию по спасению Кира Каралиса.
Я ловким мангустом выскользнул из каюты и шустро двинулся по полутёмному коридору. Шёл уверенно, как ледокол. Мне за последние пару дней уже несколько раз доводилось проделывать путь до каюты, в которой обитала пара паладинов. Я, скажем так, тренировался, дабы не заблудиться в хитросплетении коридоров, переходов и трапов. И вот сейчас без проблем добрался до цели и приложил ухо к двери каюты. За ней раздавался игривый смех Вероники и неразборчивые мужские голоса.
Но вот девушка довольно громко сказала:
— Мальчики, мальчики, не так быстро. А тебе Жак надо бы принять душ, — мужчина что-то неразборчиво ответил, а затем магичка всё так же громко сказала: — Иди, иди, иначе сладенького не получишь, — и буквально через десяток секунд девушка подала условный сигнал: — Молодец, какой молодец!
 
Пора. Моя рука мягко повернулась ручку и приоткрыла дверь, после чего я всосался в каюту и увидел на узкой койке Веронику, на которой в одним трусах лежал мускулистый мужчина и целовал её лебяжью шею. Его тяжёлое дыхание и чмоканье вторили плеску воды, несущемуся из-за овальной двери в углу каюты. Девушка же сладко стонала с совершенно серьёзными глазами и даже слегка кивнула на паладина. Мол, быстрее.
Я быстро вошёл в транс и стал выводить пальцами пассами. А затем Вероника положила ладошки на виски мужчины и повернула его голову в мою сторону. Мне удалось быстро поймать его удивлённый взгляд, а потом я шустро подчинил его себе. Следом Вероника вскочила с койки и отправилась в душ. Там она пробыла с десяток секунд. А вышла уже с другим паладином. Его мне тоже довольно быстро удалось подчинить себе.
— Хотели быстрого перепихона, а получат… полный спектр удовольствий, — прошипела Вероника и зло посмотрела на одного из мужиков. — Вот этот ублюдок такой наглый и грубый. Может, засунем что-нибудь ему в задний проход?
Я отрицательно покачал головой и заставил мужиков надеть свои блестящие латы. Даже в них они оставались моими послушными болванчиками. Мне без проблем удалось их вывести из каюты, а потом они медленно пошли в сторону карцера. Я с Вероникой двинулся поодаль от них. Благо, людей в коридорах не оказалось. Да и до карцера было идти недалеко. Возле его двери, не шелохнувшись, стояли две металлические фигуры, похожие издалека на рыцарей. Я пустил к ним паладинов, а сам вместе с девушкой схоронился в темноте под трапом.
Мои слуги послушно двинулись к коллегам, а я начал усиленно потеть от напряжения.
— Чего-то вы раньше пришли аж на пять минут, — удивился один из паладинов.
А мои миньоны молча протянули руку. Паладины переглянулись и положи на их ладони по одному ключу.
— Ребята, с вами всё в порядке? — уточнил всё тот же паладин, на шлеме коего играл свет тусклой лампочки.
Порабощённый мной мужик кивнул и встал возле двери. Его коллега повторил манёвр товарища.
Тогда паладины снова переглянулись и тяжеловесно пошли к трапу. И до моих ушей донёсся их тихий разговор:
— Странные они какие-то сегодня. Надо бы сэру Галату доложить, а то ещё выйдет чего. Не хотелось бы влипнуть в историю, когда осталась всего одна смена. Через восемь часов менталиста уже заберут люди из посольства Гардарики.
— Ты прав, — бросил другой, поднимаясь по трапу. — Ты иди к Галату, а тут на палубе постою. Если чего услышу — сразу к карцеру побегу.
— Добро.
Паладины преодолели трап, а дальше один скрылся с глаз долой. Другой же остался стоять прям возле трапа и если бы не полутьма, то нам бы с Вероникой вряд ли удалось незамеченными выскользнуть из своего укрытия и прошмыгнуть к карцеру.
Между тем по ощущениям корабль стал замедляться. Похоже, он вот-вот пристанет к пирсу и начнётся высадка людей. Надо поторапливаться.
Я шустро забрал у порабощённых паладинов ключи, мягко открыл ими оба замка и отворил толстую дверь. За ней оказался тёмный металлический мешок, в котором полулежал Кир. На его голове покоился плотный мешок с прорезью для дыхания, а на руках и ногах красовались кандалы.
— Кто здесь? — прошептал он слабым голосом.
— Апостол Виктор и его приспешница Вероника, — весело выдал я и глянул на кандалы менталиста. У паладинов от них ключей не было. Видать, они у офицера-паладина.
— Как вы здесь оказались? — неимоверно удивился Кир Каралис и принял сидячее положение.
— По велению учителя нашего, — смиренно ответил я и уже серьёзно добавил: — У нас мало времени. И придётся пошуметь. Вы с этими украшениями на руках и ногах далеко не ускачете. Придётся разбить их мечом.