Виктор III. Развязка (СИ)

Люпен энергично повёл нас на второй этаж, где мы шустро приняли душ и переоделись. А потом учитель выдал каждому из нас задание. Эдуард отправился собирать его одежду. Марк занялся рабочим кабинетом барона, где лежали документы. А мне и Веронике выпала честь собирать в чемоданы уцелевшие ингредиенты и журналы с лабораторными записями. Люпен же метался между всеми наши, контролируя процесс. И, как я говорил прежде, ему была важная каждая ерунда. У него всякая вещица была нужной, даже замшелая куриная лапка. Посему мы собрали целый ворох чемоданов. В машине даже места не хватило. Пришлось к крыше крепить багажник из железных реек и к нему привязывать некоторые чемоданы.
Но всё же мы справились с задачей. И тут, когда наша банда уже вышла из парадной двери, до моих ушей донеслась еле слышная трель телефонного аппарата.
— Кто-то телефонирует, ваша милость, — сказал я в спину барону.
Тот остановился на ступенях, обернулся, и на его лице отразилось колебание.
— Видать, что-то серьёзное, раз телефонируют так рано, — предположил я и сонно зевнул, едва не вывихнув челюсть.
— Прикрывай рот, когда зеваешь, Виктор, — строго бросил нахмурившийся учитель и следом со вздохом добавил: — Ладно, пошли узнаем, кто там телефонирует. Да ещё так настойчиво.
Мы вдвоём отправились в гостиную, обогнав по пути старого дворецкого. Барон сообщил ему, что сам возьмёт трубку аппарата. Владислав кивнул седой головой и отправился восвояси. А я глянул ему вслед и понадеялся на то, что ни у кого не возникнет мысли разделаться с ним, мстя Люпену. На такое, наверное, не способны даже Ройтбурги.
Между тем учитель взял трубку телефона, подумал пару секунд и протянул её мне. Я принял её и сухим голосом выдал, слыша помехи и чьё-то учащённое дыхание:
— Дом его милости…
— Позовите скорее Виктора или барона, умоляю! — ввинтился в мою ухо лихорадочный вопль маркизы Меццо.
— Ваша светлость?
— Виктор? О, как хорошо, что это ты! — едва не хныча выпалила она и стала сбивчиво лопотать: — Виктор… Виктор… случилось ужасное! Мне нужна твоя помощь! Срочно! За мной гонятся! Я только чудом сумела вырваться из их лап, а ведь считала близкими людьми! Помоги мне! Мне больше некому довериться, кроме тебя!
— Где вы? — выдохнул я, шумно сглотнув.
— На перекрёстке улиц Больших Печников и Набережной Питки, в таксофоне, — отбарабанила аристократка.
— Спрячьтесь где-нибудь рядом. Я скоро буду.
— Поторопись! — судорожно воскликнула она.
Я положил трубку телефона и вопросительно посмотрел на мучительно морщащегося Люпена. Тот стоял рядом и слышал весь наш диалог.
— Надо помочь, — решил он и почти бегом двинулся к двери.
Я поскакал следом за ним и на ходу спросил с искренним возмущением:
— Ваша милость, маркиз Меццо — недальновидный идиот? Почему он не вывез семью перед нападением на особняк Ройтбургов?
— Не знаю, — умудрился тот на бегу пожать плечами. — Я же говорил, что вся эта провалившаяся затея была устроена впопыхах. Возможно, покойный маркиз посчитал, что Ройтбурги насторожатся, ежели он вывезет семью из города.
— Дык можно было тайно вывезти хотя бы дочь и жену, — логично сказал я, чуть не споткнувшись об завернувшийся уголок ковровой дорожки. Эх, я бы сейчас знатно покувыркался. Все кости бы вправил.
— Может он и хотел так сделать. Ты же слышал, Виктор, что юная маркиза сбежала от людей, коих считала близкими. Вероятно, это очередные предатели, — выдал Люпен не лишённую логики теория. — Эти люди должны были вывести маркизу из города, но решили, что лучше её доставить Императору или Ройтбургам в качестве откупа. Дескать, берите маркизу, а нас извольте не трогать. А может быть, они и с самого начала работали против Меццо. Кто его знает?
— Здравая мысль, — оценил я ход мыслей барона.
Он первым выскочил из дома, едва не потеряв котелок, а затем уселся в рычащую мотором машину, которая практически касалась днищем брусчатки. Да-а-а, знатно мы её нагрузили. Я прыгнул на заднее сиденье. И автомобиль сразу сорвался с места.
 
— Марк, маршрут меняется, — оповестил его Люпен. — Сперва едем на перекрёсток улиц Больших Печников и Набережной Питки.
— Хорошо, ваша милость, — кивнул некромант.
— Кто там у вас, господин барон? Любовница? — весело произнесла Вероника. — Хотите с ней попрощаться?
— Нет. Там юная маркиза Меццо. Мы должны ей помочь, — отрубил аристократ.
Глаза магички полезли на лоб, рот перекосился, смуглая кожа посерела, а из горла вылетело какое-то клокотание. Глядя на неё, Эдуард постарался максимально вжаться в дверь и даже изобразил заискивающую улыбку. Я, на всякий случай, повторил его манёвр. Но мне не помог этот финт ушами…
Горящие огнём глаза Вероники пронзили меня точно боевой лазер, а потом она прошипела, словно разъярённая кошка:
— Это всё ты!
— Богом клянусь, не я! Выслушай меня! Выслушай! И убери когти от моего лица! Я сейчас тебе всё расскажу. Маркиза только что телефонировала…
Я торопливо поведал пышущей злостью девушке о звонке Меццо, нашем с ней диалоге и решении барона. И Вероника обрушила свой гнев на учителя. А я облегчённо выдохнул. Пронесло.
  
Глава 13
 
Глава 13. Помощь. 
Магичка не сумела переубедить Люпена. Тот стоял, как усатая скала. И даже крики не помогли ей выиграть этот спор. Барон отказался менять свою позицию, поэтому Марк продолжал гнать машину в сторону перекрёстка Больших Печников и Набережной Питки.
Автомобиль мчался сквозь туман, который всё больше бледнел. Уличные фонари уже погасли, а серое, промозглое, ужасно раннее утро вот-вот постучится в окна горожан. 
Людей на улицах, как и машин, не было, поэтому мы быстро домчались до перекрёстка. А уже тут я увидел чёрный лимузин, в который двое мужчин пытались запихать отчаянно вопящую маркизу. Её крики больно били по ушам и вызывали корчи моих барабанных перепонок. Однако я чуть ли не на ходу шустро выскочил из машины и сразу же стал стрелять.
Расстояние до мужиков было небольшим. Всего метров пять. Так что я первым же выстрелом попал в голову ближайшего. Пуля прошила его висок и вылетела из другого. После чего урод завалился на багажник, а затем сполз на брусчатку и уставился стеклянными глазами в серое небо.
Второй же чёрт сразу отпустил Меццо, выхватил из кармана макинтоша револьвер, нырнул за тачку и стал стрелять в меня. И к нему присоединилась белокурая женщина, похожая на Мэрилин Монро. Она шмаляла из дамского револьвера через открытое окно передней дверцы лимузина. А уже по ним принялась стрелять команда Люпена.
Барон и остальные использовали в качестве прикрытия машину учителя. А мне пришлось метнуться за, слава тебе Господи, довольно толстый железный фонарный столб. Отсюда я увидел, что насмерть перепуганная Меццо помчалась ко мне, путаясь в складках длинной юбки.
Она рисковала попасть под шальную пулю, поэтому я люто заорал:
— Ложись! Ложись, дура!
Благо, на девушку подействовал мой магический, чарующий голос. Она послушно упала на влажно блестящую брусчатку и закрыла руками голову. А я вздрогнул всем телом, когда одна из пуль по касательной задела прикрывавший меня столб и высекла сноп злых искр. Будь у меня сигарета, можно было бы прикурить.
В это время Марк открыл багажник машины и выпустил оттуда химер. А Люпен, стоя на одном колене, вывел несколько пассов, которые рассказали химерам что делать. Они азартно помчались к лимузину.
К сожалению, их увидел оставшийся в живых мужик и решил не рисковать. Он прыгнул на заднее сиденье лимузина и крикнул бабе:
— Уезжаем, Люсиль! Молю тебя, заводи мотор!
Та услышала его. Прекратила стрелять и занялась машиной. И вот тут нам повезло… Хоть лимузин и взревел мотором да зашуршал колёсами, но уже через пару метров он чихнул и заглох. А химеры воспользовались подвернувшимся шансом. Они как заправские легкоатлеты запрыгнули в открытое переднее окно машины, после чего из салона вылетели слитные хрипы мужчины и женщины.