Ненавижу. Скучаю. Люблю (СИ)
— Ну, нет так нет, — пожала плечами, развернулась и пошла прочь. Мне было немного страшно, что могу сломать магию, которая витала, между нами. Сердце сжалось, ладошки сделались влажными, однако я продолжала идти, расправляя плечи.
— Юль, — послышалось за спиной. Я не остановилась, но губы растянулись в улыбке. А спустя пару минут, Антон догнал меня, и нагло взял за руку, сплетая наши пальцы. Я отвела взгляд в сторону, прикусив щеки изнутри. Меня переполняло от эмоции, они разливались водопадом, достигая каждой клеточки в теле.
— Передумал? — спросила, дернув руку. Однако Леваков только крепче сжал мою ладонь и сквозь зубы заявил.
— Передумал.
— Руку мою отпускать не планируешь? — уже более мягко, но все еще довольно сдержанно уточнила я.
— Не планирую, — он покосился на меня, громко вздохнув. Что ж, пусть будет маленькая победа. Нельзя вечно убегать. Да и если человек из раза в раз проигрывает, у него теряется стимул.
Держась за ручки, мы спустились к скверу, а там и к кофейне, возле которой был припаркован байк Левакова. Не говорили, не смотрели друг на друга, но казалось, наши сердца бились в унисон. Я думала, какая у него горячая ладонь, и как здорово, просто идти рядом. Смущалась, а как не смущаться? Сердце шалило, но и его понять можно. Такие события. Ночами спишь и мечтаешь о нереальном, а оно потом в один прекрасный день, бац, и случается.
А когда мы сели на мотоцикл, и я прижалась к спине Антона, совсем растаяла. Уже и домой ехать не хотелось, ничего не хотелось. Только бы вот так сидеть рядышком, ощущать его тепло и вдыхать запах свежести с нотками мяты. Вокруг сменялись пейзажи, сигналы светофоров, прохожие, а я ничего не замечала. Будто плыла по волнам бесконечного океана. Улыбалась, подставляя щеки ветру. И да, он был холодный, колючий, проникал под одежду, заставлял дрожать. Только я плохо соображала, что замерзаю. Настолько хорошо мне было в этот момент.
Жаль, быстро доехали, жаль живу близко. Откровенно говоря, расставаться с Антоном совсем не хотелось. Но я взяла себя в руки, и когда байк остановился возле моего подъезда, заглушив мотор, аккуратно слезла. Так всегда, к хорошему привыкаешь быстро.
— Спасибо, — смущенно и даже немного грустно поблагодарила я. Леваков не сводил с меня глаз. А еще мне почему-то показалось, ревность его никуда не ушла. Вот и уголки губ опущены, и в глазах погас огонек.
— Беги, замерзла ведь, — тихо произнес он, взглянув на мои окна. Я опустила голову, ощущая, как сердце подпрыгнуло к горлу, как каждая клеточка дрожит от холода. Видимо чувство эйфории прошло, а на его место подступилась реальность. Грустная со всеми вытекающими реальность.
И я развернулась. Подошла к дверям подъезда, даже подняла руку, чтобы нажать на кнопку домофона. Спина так и горела, потому что Антон смотрел, он не уезжал, словно ждал до последнего. Может, стоило подавить в себе это жгучее желание, но я не смогла. Развернулась и решительно подбежала к Левакову, коснулась краев его кофты, потянула на себя и впилась губами. Всего на секунду. Яркой вспышкой. Молнией на ночном небе. Мне это нужно было, а потом тут же отпрянула.
Мы встретились глазами, и я вздрогнула. Господи! Какой же он все-таки красивый, нежный, родной. Ветерок коснулся его кофейных волос, торчащих вверх из-за поездки на байке, затем коснулся и моих волос, накрывая своим холодным дыханием. А я все продолжала разглядывать парня напротив: его четко очерченные губы, высокие скулы, твёрдую линю подбородка, и конечно, глаза, в которых я тонула и теряла последние зачатки разума. Кажется, в них поселились звезды.
— Так не пойдет, девочка, которая не дает ни единого шанса, — прошептал вдруг Антон. Его ладонь легка мне на талию и резко притянула к себе. Я начала задыхаться от собственных желаний, но в тот же миг, они сбылись. Мы поцеловались.
Нежно. По-настоящему. Со вкусом холодного ветра и горячего сердцебиения.
Антон целовался ласково, словно подбирал ключик к моему сердцу, словно боялся отпугнуть. Его ладони прижимали меня к своей груди, а мои легли ему на плечи, слегка сжимая ткань одежды. Я ощущала под ногами волны, завлекающие дальше, в глубину, из которой уже не смогу вернуться.
— Я тебя не отпущу, — шепнул в губы Антон, разорвав наш поцелуй на миг. Затем он вновь прильнул ко мне, и начал целовать уже более жадно, словно безумно скучал целую вечность. Я бы, наверное, и сама не уходила, остаться с ним было мечтой на протяжении трех лет. Почувствовать вкус его губ, обнять, стать единым целым, подарить себя всю без остатка. Я так мечтала об этом. Сейчас, сегодня, в этот вечер я была для Антона целой Вселенной. И от этого осознания, у меня помутился рассудок и поплыла земля под ногами.
Однако мама вовремя вернула и землю, и рассудок. Ее настойчивости можно позавидовать. Звонок за звонком, кажется, дома без меня сходили с ума. Блин. Как вовремя.
— Мне нужно идти, — из последних сил, разорвала я столь сладкий поцелуй. Бабочки в животе вовсю летали, им требовалось продолжение, а не гости дома во главе с мамой и Гришей.
— Нет, я тебя украду, — произнес Антон, и вновь попытался коснуться моих губ. Его руки скользили по моей спине, старательно прижимая ближе.
— Нельзя, иначе последуют серьезные последствия, — улыбнулась я, и постаралась выбраться из его объятий.
— Намек понял, — сказал Леваков, но не отпустил меня.
— Антон, — я опустила голову, и почувствовала, как губы Антона коснулись моего лба. Такие мягкие, такие горячие. Кожа у меня вибрировала, тело изнывало от столь желанной близости, которую приходилось разрывать.
— Не смей ему строить глазки, поняла? — строго прошептал Леваков. А затем наконец-то выпустил из своих объятий. Мне моментально сделалось холодно, и захотелось повернуть время вспять. Я взглянула из-под опущенных ресниц, и улыбнулась.
— Я подумаю, — игриво произнесла, резко развернулась и побежала к дверям подъезда. Если не сейчас, потом точно не уйду. Или что еще хуже, Антон не отпустит. Почему-то я была в этом уверена.
— Снегирева! — прилетело мне в спину. Однако я не оглянулась, быстро вытащила ключ, дернула дверь и скрылась в подъезде.
* * *Примечание:
Текст песни: Shaman — До самого неба
Глава 27
Юля
Дома меня ждал накрытый стол, мама в ярком приталенном платье, и Гриша с букетом в руках. Последний пункт как-то не особо вписывался в колорит вечера, и мне честно стало неудобно. Он еще с такой надеждой в глазах смотрел, что я окончательно поникла. Пару минут назад, мир окрасился в цвета радуги, сердце неистово прыгало, едва не разрывая грудную клетку. И вот, привет реальность, давно не виделись.
— Гриша, можно тебя на минутку? — тихо попросила, разглядывая счастливые лица семейства и наших гостей. Хотя нет, у мамы дергался глаз, она явно прибывала в легком нервозном состоянии.
— Милая, мы тут вообще-то голодные сидим, может, после поговорите? — мама поджала губы, явно намекая, чтобы я молча села за стол и принялась строить из себя самую добрую и воспитанную дочь в мире.
— Я не голодна. Гриш, как поужинаете, зайди ко мне, это важно. Всем приятного аппетита! — я любезно улыбнулась, старательно избегая маминого раздраженного взгляда. Кажется, она готова была меня убить. Но гости имели свойство сдерживать материнский гнев, так что я нагло воспользовалась случаем, и все же ушла к себе.
Закрыла дверь на ключ, переоделась и плюхнулась на кровать, с мечтательной улыбкой. Теперь можно спокойно выдохнуть и осознать — я поцеловала Антона. И нет, не как в прошлый раз, по-настоящему. А он… он поцеловал меня. Это что ж получается, мы теперь вроде… парочки? От сладкой мысли губы едва не достигли ушей, до того сделалось тепло на душе. Воспоминания целого дня яркой краской мазнули в глазах, и у меня внизу живота заныло от послевкусия. Хотя, с другой стороны, был страх. А вдруг такое внимание Антона ко мне временное? Вдруг он просто добьется цели и потеряет интерес? Конечно, о плохом лучше не думать. Но счастье, оно как бабочка — никогда не знаешь, когда упорхнет с твоего плеча.