Змий (СИ)
Час времени ушел на то, чтобы мои чары божественного ранга наполнили портальный механизм необходимым для его работы количеством энергии, и стоило этому произойти, как на самой верхушке пирамиды открылось окно округлой формы, диаметром пятнадцать метров и переливающееся золотистым светом.
Ну что ж:
«Поехали!» — подумал я, вступая в окно портала, перед этим полностью облачившись в свой адамантовый доспех.
Глава 77: Очередной мертвый город
«И где это я оказался?» — я пребывал сейчас в недоумении, так как в месте прибытия не ощущал никаких энергетических токов. Абсолютная пустота, вакуум и это меня напрягало. Ранее мне не приходилось сталкиваться и видеть подобную картину. Я даже никогда не рассматривал подобного, ведь этого просто не может быть. Я не отрицал возможности существования места, где может не быть магической энергии, пси, астральной, но здесь, под сводом купола в зале, в который перенёс меня портал, не было вообще никаких следов известных мне сил. Даже в открытом космосе подобного не повстречать. Любой неодушевленных объект наделён астральным телом, и самим фактом своего существования он проецирует вовне свою информационную матрицу посредством астральной энергии, так же как и любое живое существо излучает в окружающее пространство своей аурой паразитные потери энергий своих духовных оболочек, от жизненной с праной, до ментальной или чувственной с маной.
Здесь же не было вообще ничего! Бред какой-то!!! И оказавшись в таких условиях, я почувствовал себя глухонемым, слепым и одновременно парализованным инвалидом, у которого в доступе только его мозг и мыслительные процессы. Я уже давно сроднился и привык ощущать мир посредством чувствительности духовных, мистических энергий. Зрение, слух, обоняние и тактильные ощущения давно перестали быть для меня основополагающими чувствами восприятия окружающего пространства и действительности. Здесь же я вновь ощутил себя обычным смертным, которому ничего из мистического недоступно.
В своей попытке разобраться в ситуации я выпустил из себя прорву самых различных сил, каждая из которых послужила энергией для активации техник и заклинаний, назначение которых сводилось к необходимости оглядеться и проверить пространство на аномалии. Своеобразная эхолокация. Только они не смогли принести мне никаких положительных результатов. Я словно в пустыне пролил воду, которую мгновенно поглотил песок, выпив и испарив её всю, даже не заметив.
Такое ощущение, что само здешнее пространство словно древний вампир, которого тысячелетия морили голодом, тянет силу отовсюду в поле зрения. Вся сила, излучаемая мною в пространство, и не имеет значения, была ли она структурирована в заклинания или же является обычным излучением, рассеивалась в здешней пустоте, что опять же опровергало само моё представление о том, что должно было бы случиться в подобной ситуации при моих действиях. Она куда-то утекала, и все мои магические плетения разбивались действительностью, а высвободившаяся энергия из каркасов мистических плетений исчезала в неизвестном направлении. Мне было недоступно увидеть куда, так как все моим попытки это выяснить сводились к различным мистическим техникам, которые разрушались в этой агрессивной для всего энергетического среде. И это очень сильно раздражало.
Ну и раз такое дело, то придётся обходиться тем, что оказалось доступным, и полагаться на обычное зрение и слух, а также на обоняние, которое было доступно мне в броне благодаря тому, что в ней имелась область, которая по моему желанию становилась проницаемой для газов, но полностью непроходимой для вредоносного энергетического или иного агрессивного фактора. А вот тактильные чувства, к моему сожалению, в доспехе мне были недоступны.
Оглядывая зал, в котором я сейчас находился, мне с трудом верилось в то, что это всё было построено руками ацтеков или же их предшественниками, да чего уж там, эта постройка явно была рук расы фейри.
Помещение представляло собой правильный девятиугольник с длиной стороны в сотню метров и высотой стены в пятьдесят. Я же, находясь в самом центре этого зала, что позволяло легко оглядеться, так как зал был абсолютно пустым, и всё, что вызывало здесь любопытство и интерес, были фрески на стенах вдоль всего периметра девятиугольника, и покрывали они собой все стены, на всю их длину и высоту.
Любопытство же было вызвано тем, что помимо самих фресок, тут присутствовало множество записей на неизвестном языке, визуально чем-то напоминающем аккадскую клинопись. Да только примечательным для меня этот язык оказался из-за наличия у себя сложной менто-информационной матрицы, той же степени насыщенности, как и языки известных мне высокоорганизованных цивилизаций фэйри. Причём для того, чтобы это осознать и понять, мне пришлось работать с макетом письма, выстроенным в моём воображении, ведь прямое ментально-энергетическое взаимодействие с нанесенным на стены текстом было недоступно. Окружающая среда крошила и пожирала всё, в том числе и попытки возникновения отклика и связи с инфосферой, из-за чего не выходило получить всего информационного пакета, который несли за собой видимые мною надписи.
А стоило только мне в своём разуме воспроизвести эти записи, как мне прилетела магическая, астральная и чувственная подоплёка текста, полученная напрямую из инфосферы мультиверсума. И когда это случилось, то я изрядно удивился тому, что мне частично был понятен этот язык. Если в сравнении, это как если бы русский принялся читать текст на украинском или же белорусском. Процентов тридцать текста я смог разобрать и пришёл к выводу, что его авторы принадлежали к змеиному племени, только у них был иной диалект серпентарго.
Какое интересное открытие. Я-то ранее был уверен, что все разумные формы жизни, сутью которых является змея, говорят исключительно на неизменном серпентарго. А оно вон как выходит. Хотя тот же язык драконов есть более сложная и совершенная форма серпентарго, ведь первый дракон в мультиверсуме когда-то был змеем, его понять практически невозможно для змееуста. Так и здесь, раса, чьи тексты я сейчас пытаюсь прочесть, уже являлась нечем большим, нежели просто народностью, произошедшей от пресмыкающегося прародителя.
Но вернёмся к стенам, а точнее фрескам и клинописи на них. Видимые мной изображения представляли собой что-то усреднённое между египетским, южноамериканским и азиатским изобразительным искусством древности. Так сразу и не скажешь, какой стиль преобладал во фресках. Они передавали образ города, населенного антропоморфными существами, но одного взгляда на которых было достаточно, чтобы причислить их к ящерам или змеям, одним словом к пресмыкающимся. Изображения рассказывали об их быте и культуре. Вот на одном из них видно и сразу понятно, что здесь запечатлено проведение какого-то серьезного ритуала с многочисленными человеческими жертвами, где главный змееподобный жрец вырезает у людей сердца, а следуя вдоль стены за продолжением истории понятно, что впоследствии он их все поедает. Хм… И тут не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться для какой цели он это делает. Какими бы разными не были цивилизации и сколько бы отличий не существовало в магических школах и дисциплинах, основы ритуалистики неизменны. Вот и здесь используется одна из интерпретаций ритуала поглощения, кражи силы, но если это так, то все люди, которых пустили под нож, являлись одаренными? Офигеть!
Творящееся на фреске просто какая-то жесть! Вряд ли ведь художник решил в своём творчестве пофантазировать и приукрасить? Не любит подобного разночтения магические проявления, даже в виде простой картинки, а значит изображения должны быть правдивыми и точными. А если это так, то на таких ритуалах здешним змеиным жрецом, ну или же просто одарённым (мне пока неизвестно, поклоняются или поклонялись местные жители каким-либо богам), вырезались тысячи разумных с даром.
Обойдя же весь зал по периметру, запомнив всё тексты и изучив фрески, я пришёл к выводу, что населяющие ранее, а может и по сей день, здешние места цивилизация была очень кровожадной, и люди для них были бесправным скотом. А это значит, что местные, если таковые мне тут повстречаются, являются априори врагами рода людского и, соответственно, моими. Всё же я позиционирую себя как людской бог и даже стригу с них ба-хионь.