Змий (СИ)
И по этой причине, сразу же, как только осознал степень и глубину задницы, в которую вперёд и с песней притащился сам, а ещё привёл за собой более двухсот разумных, я принял, как по мне, наиболее верное и оптимальное со всех сторон решение.
Все мои сопровождающие, кроме разве что Мэй, хотя и она отчасти являлась моей почитательницей, правда ошибочно принимая меня за Нурарихёна, являлись верующими в меня и так как всех их можно было причислить к моей пастве, я использовал их души как канал связи с собственным эгрегором, опираясь на их веру в себя, смог, находясь в чужом пантеоне, словно по путеводной нити Ариадны, которых у меня имелось по количеству верующих, притянуть к чужому пантеону и врезаться в него собственным эгрегором.
Имея более двухсот маяков с яркостью сияния душ уже раскрытых и действующих потенциалов архимагов, мне не составило труда совершить задуманное.
И на момент, когда я вовсю использовал своих близких в качестве ориентиров и нагнетал через их души, тем самым насыщая окружающее пространство собственной божественной силой, которую транспортировал по связи из практически бездонного хранилища в эгрегоре Единого, мои спутники становились недосягаемыми и неподвластными желаниям и воли курогитсунэ. В данный момент они являлись апогеем воплощения веры в меня, и для того, чтобы хоть как-то им навредить, нужно было задавить суммарный объем моего божественного проявления, как личного, так и доставшегося от Яхве с его эгрегором.
Ну а как только мне удалось сблизить в субъективном пространстве междумирья свой эгрегор и эгрегор курогитсунэ, что вращались в орбите магического мира и Земли, надобность в моих спутниках разом отпала. И по этой причине, ради их дальнейшей безопасности, я переместил их всех в эгрегор к Единому. Там немало моих иллюзий, так что есть кому объяснить им произошедшее и где они оказались, а у меня имеется дело к твари, которая с возрастающем любопытством оглядывала меня и проявившийся на границе её пантеона эгрегор иного божества.
После прибытия моей поддержки в виде эгрегора Единого, судя по исходящим от твари эмоциям, курогитсунэ была в диком восторге от «открывающихся» возможностей. Видимо решила, что к ней в логово забрался совсем молодой божок со свитой, которого она с большим удовольствием уже была готова сожрать. Для неё я выглядел как ужин, который сам пришёл к ней в логово.
Ну-ну! Может быть я как божественная сущность юн, да только у меня в распоряжении целый эгрегор Единого! И это делает меня самой толстой жабой на божественном небосводе магического мира и Земли.
Так что зря ты так довольно и в предвкушении улыбаешься, я ведь тебя очень сильно огорчу лисичка, смертельно буквально!
Глава 62: Гуан, а также личное знакомство с очередной легендой
— И кто же ты такой? — обходя меня по кругу и прислушиваясь к собственным ощущениям, стала ворковать со мной курогитсунэ, — Признаться, ты смог меня удивить. Я вовсе не тебя ждала увидеть здесь, когда ощутила разрыв связи моей дорогой сестрицы с башней, — но я никак не реагировал на её словесное недержание. Пускай говорит, мне это только на руку, — О какой сестрице я веду речь? Так вы с ней столкнулись на первом этаже. Меня тогда очень сильно озадачило то, каким образом она смогла подавить воздействие, оказываемое на неё моим артефактом. Она никак не могла вернуть себе возможность трезво мыслить, её разум был уничтожен! Так что это было просто невозможно ей сделать. И к слову, а где она? Я не ощутила её смерти.
И пока коварная, как она сама о себе думает, лиса пыталась вытянуть из меня хоть какую-то информацию о произошедшем у неё под носом, а параллельно с этим насыщала пространство вокруг нас своей божественной силой, от количества которой в свободном пространстве воздух стал походить на воду по плотности, я тоже не стоял без дела.
Первое, что я предпринял, как только мои близкие оказались в безопасности, стал обволакивать своим пантеоном тот небольшой клочок отвоеванный у междумирья эгрегором (божественным доменом) курогитсунэ. А вместе с этим я также пытался разобраться в назначении артефакта из позвонков и черепа истинного дракона, так как он был очень плотно завязан на лисий эгрегор. И за то недолгое время, что я нахожусь в непосредственной близости от основной части артефакта, овеществленного в черепе дракона, мне удалось понять очень многое из его свойств и назначения.
Основной его задачей было вытягивание из пленников к нему привязанных их божественных сил и перенаправление её в накопитель, находящийся в черепе, где ба-хионь трансформировалась в подходящую для владелицы артефакта. А дальше уже находящаяся передо мной тварь пропускала ба-хионь через себя, тем самым оказывая давление на свою девятую оболочку, тренируя её, после чего стравливала весь излишек распирающей её силы, выпуская ту в принадлежащий ей эгрегор.
Но на этом функции костей дракона не заканчивались. Оказавшись на девятом этаже, я смог почувствовать, что главная замковая башня находится на очень сильном магическом источнике удивительного спектра силы, и никогда ранее мне ни с чем подобным сталкиваться не приходилось. Обычно источники силы имеют либо нейтральный спектр, либо стихиальный, в зависимости от расположения места выхода прорыва энергии. Если это вулкан — то огненный, если глубоко под землёй — то, соответственно, земной, если в виде родника или на глубине озера — то скорее всего водяной. Это, естественно, не аксиома, но практически всегда спектр очень тесно связан с окружающей обстановкой.
А тот, что находился здесь, был источником энергии жизни. Ещё одна легенда нашла своё подтверждение. Ранее, ещё в бытность Салазаром, мне из нашей родовой библиотеки в руки попалась книга за авторством архимага из Элама, написанная за две тысячи лет до Р.Х. Вот там-то я впервые и столкнулся с описанием подобной аномалии. Но до сего дня я считал это всего лишь домыслом.
Но этот источник домысел, который я считал невозможным к существованию, сейчас вовсю работал на благо курогитсунэ. Она смогла сделать свой артефакт родовым камнем, с помощью которого взяла источник под контроль и теперь вся его энергию отправлялась к ней в домен. Оттого-то мне и не удалось почувствовать его наличие рядом, а всё потому, что тварь даже крупицы силы источника не отпускала в окружающий мир, а жадно поглощала её своим эгрегором, куда всю её отправлял артефакт.
А ещё артефакт являлся нерушимым якорем, которым она словно когтем увязла в мироздании магического мира и вонзилась им в реальность, ухватившись за источник силы.
— Что же ты молчишь? Куда мою любимую сестричку подевали? Я-то думала, она освободившись от оков и восстановив разум, решила наведаться ко мне за отмщением, ждала её! Но вместо воссоединения семьи состоялась встреча с абсолютно неизвестными мне персонами, часть из которых почему-то сбежала. Нехорошо!
Курогитсунэ не унималась и продолжала свой откровенный монолог, увы, диалога у нас не выходило, так как мне было это неинтересно. Своего я уже добился, пока эта «хитрая лиса» заполонила всё пространство вокруг своей божественной силой, мой эгрегор словно амёба, накинувшаяся на инфузорию туфельку, обволок собой её домен и теперь дожидается лишь моей команды на то, чтобы начать поглощать свою жертву.
Лиса, наверное, даже в своём самом страшном сне не могла себе представить, что сможет повстречаться с богом, имеющим в своём распоряжении эгрегор с паствой верующих в него более одиннадцати миллиардов разумных. Откуда взялись одиннадцать миллиардов? Ну четыре миллиарда — это паства из этого мира, в которую входят и иудеи, и христиане с мусульманами. А вот остальные семь, это работа моих эмиссаров-попаданцев. Бродяги по мирам уже окупили сторицей вложенное в них. Вот один из таких и умудрился привести к вере в Творца аж целую планету с населением в три миллиарда разумных. В общем, лисица сама себя перехитрила. Ей ни в коем случае было нельзя допускать меня, бога, обладающего столь сильным эгрегором за плечами, в свой домен. Нет, будь я просто богом, без поддержки эгрегора Единого, то всё было бы не так радужно, и в лучшем случае я мог надеяться на возможность отсюда сбежать, окажись я в такой ситуации, но не сейчас. Не тогда, когда её домен оказался полностью окружён моим эгрегором, соответственно, и областью моей власти над реальностью. Всё же хорошая у меня маскировка. Не имей я возможности скрывать собственную силу, фиг бы я смог в такой спокойной обстановке подготовить будущее поле битвы.