Змий (СИ)

Стоило моей жёнушке насытить окружающее пространство своей силой, как оно стала полностью ей подвластно. И как только это произошло, так она сразу же установила в подчинённой ей области пространства новый, незыблемый, концептуальный закон реальности, по которому лишь она может находиться в этой области бытия живым объектом, всё остальное должно быть мертво. Вот и подохла лиса, не хватило её душе силы спорить с реальностью, пусть той и было с гулькин нос и она не выходила за границы свободной площадки на этаже, где разразилась битва двух божественных сущностей.
Мария провернула всё филигранно, да так искусно и зрелищно, что я чуть было не упустил тот момент, когда душа погибшей курогитсунэ покинула свою телесную оболочку и была втянута в ауру моей ученицы, где её быстренько прибрал к себе посох Архимага Марии.
Ей даже не пришлось проявлять его в реальном мире. Будучи полностью властной над небольшой областью реальности, она настолько плотно взяла её под контроль, что даже получила возможность ограниченно влиять на работу механизма реинкарнации в её пределах, благодаря чему смогла отправить душу твари прямиком в свой посох. Просто нет слов, одни эмоции! Умничка!!!
Обалденное чувство наблюдать за работой своей ученицы, как она в лёгкую расправляется с противником, который на голову превосходит большинство магов планеты и из известных мне ныне разумных, по силам разве что только из моих вассалов.
— Ну что, пошли дальше? — весело и довольно произнесла моя жёнушка, после того, как вдоволь ощутила от зрителей восторгов в свой адрес, что естественно доставляло ей удовольствие.
— Пойдемте. Только перед этим прошу всех поднять свою защиту на максимум и быть очень внимательными, так как уверен, что последний противник будет не чета тем, кто повстречался нам ранее.
Каждый раз, когда мне приходится говорить прописные истины небезразличным мне разумным, я очень надеюсь, что со стороны это не выглядит так, словно бабушка интересуется у своего внучка, взял ли он платок, не забыл ли одеть кальсоны и вообще… с собой ли у него варежки и где черт возьми шапка, почему не видит её на голове?!
И вот наконец-таки лестница, ведущая, как я надеялся, на последний этаж башни, но вывела она далеко не туда, куда мы все ожидали попасть. Первые отличия начались ещё на лестнице, она выглядела и ощущалась иначе. И вместо того, чтобы поднявшись на последний этаж оказаться в помещении под крышкой башни, мы все вышли на обширную поляну.
Над головой светила луна и звёзды, вокруг стрекотали сверчки, летали светлячки и вообще картина была пасторальной. И среди этой вот красоты, неподалёку от нас находился небольшой пруд, в который впадало несколько ручьев, а в центре пруда на небольшом искусственном островке находилась широкая беседка с лежащей там на подушках миленькой лисичкой. На самом деле симпатичной, так как её внешность точно не была иллюзией.
Замеченная нами курогитсунэ испытывала по отношению к нам лишь любопытство и с огромным интересом рассматривала каждого, особое внимание уделив Мэй, Конеко, Марии, но в конечном итоге задержавшись взглядом на мне. Да, только стоило ей обратить своё внимание на меня, да задержаться на моей персоне, как она тут же стала излучать опаску.
Вооот! Наконец-таки я встретил здесь достойного противника. Эта тварь, будь я менее параноидальным, смогла бы и меня провести. Она виртуозно играла собственными эмоциями и пыталась меня ввести в заблуждения, подменяя свои истинные чувства ложными. Мало того, что она применила и натянула на реальность свою иллюзию, задача которой как раз таки и заключалась в том, чтобы влиять на энергетические планы, отражающие действительность, начиная от ментального слоя и заканчивая эмофоном. Эта дрянь смогла обмануть моё восприятия и пусть только отчасти, но всё же, это огромное достижение! Этой лисе даже хватило умений и сил на подделку своего магического потенциала. Она в значительной степени попыталась занизить свою истинную силу, выставив себя впятеро слабее, чем она есть на самом деле.
 
А подловить её на обмане мне удалось при помощи моего змеиного чутья, основанного на термосенсорном восприятии и чутком обонянии. Температура её тела во время демонстрируемых ею реакций на наше появление и мою персону не совпадали с шаблонными, которые должны были возникнуть при удивлении, любопытстве и опаске, что я ощущал в эмофоне. А ещё она прокололась на запахах. Она постаралась их скрыть, но моё обоняние столь чуткое, что я не просто чую запах, а чую даже его следы в истории пространства, могу им ощущать тонкие слои астрала, где отражается память вещей, окружающей среды и прочих предметов. А ещё её феромоны и запах говорили о высокой степени настороженности в наш адрес, а ещё перманентной ненависти и ярости, испытываемых курогитсунэ в отношении меня, когда она ощутила во мне змеиную суть.
В общем, если бы не мои змеиные примочки и особенности, тварь имела бы все шансы обмануть даже меня, ведь мой дар видеть и распознавать иллюзии впервые сплоховал, и мои глаза не смогли найти подвоха в увиденном перед собой. И только вызванный змеиными чувствами диссонанс в отношении иных органов чувств и получаемой от них информации, позволил мне получить зацепку, благодаря которой я имел возможность взломать иллюзию, обманывающую реальность.
А как только это произошло, когда я смог сорвать иллюзию с некоторых элементов пейзажа, всё встало на свои места, и увиденное ранее на этажах ниже, а также странности в поведении убитых моими разумными курогитсунэ нашли своё объяснение.
Черт! Вот ведь мастерица!!! Всё же твари, что сейчас передо мной, удалось водить меня за нос на протяжении всего нашего нахождения в замковой башне. Только сейчас, сбросив с себя комплексную иллюзию, уже непосредственно столкнувшись с её создательницей лицом к лицу, я смог увидеть то, что ранее просто упускал из вида и что так же входило под отвод внимание, который обеспечивала обитательница девятого этажа для своего источника силы.
Каждый из пьедесталов-лож, на которых располагались лисицы с первого по восьмой этаж, являли собой составные части сложного артефакта. И в данный момент в моей памяти я мог увидеть не предмет мебели или интерьера, на котором было бы удобно расположиться и где развалившись проводили время курогитсунэ, а огромный сегмент позвоночника величественной рептилии, а судя по ощущениям, которые я сейчас отыскал в себе и которые вдруг вспомнил, а также судя по черепу, на котором лежала здешняя курогитсунэ, эти кости принадлежали истинному дракону.
Каждый такой сегмент был усеян огромным количеством рун и символов, которых было никак не меньше нескольких тысяч, назначение которых заключалось в создании поводка, удерживающего подле себя жертву, а также, словно пиявка присосавшись к неудачнице, тянуть из неё ба-хионь, при этом подавляя разум. Артефакт не давал возможности трезво мыслить курогитсунэ, низводя их до состояния диких животных. А вся украденная ба-хионь куда-то переправлялась, но оказавшись здесь, на девятом этаже, я понял куда именно.
Ложем здешней курогитсунэ являлся огромный череп размером не меньше БелАЗа, который был одновременно резервуаром, куда перенаправлялась и где скапливалась вся ба-хионь, но помимо того, что череп был хранилищем, он также являлся трансформатором. Основная часть артефактного комплекса, заключённая в черепе, перестраивала получаемую ба-хионь в ту, что подходила владелице, к которой он был привязан.
Но не это заставило меня резко напрячься и готовить немедленную эвакуацию моих сопровождающих. Место, в котором мы оказались и которое никак не походило на этаж в замковой башне, являлось ничем иным, как преддверием в эгрегор божественной курогитсунэ, которую я сейчас видел перед собой. И пусть эгрегора этого было всего ничего (если сравнивать его с тем, которым теперь обладаю я, посвященного Единому), но даже того, чем располагала наша новая противница, было достаточно, чтобы одолеть и уничтожить всех моих попутчиков. Исключением являются разве что мои жёны и Мэй, да и то они всего лишь имеют призрачные шансы на то, чтобы сбежать, не более.