Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
В зал зашли несколько служанок, что принесли бокалы и одну большую бутылку, после чего налили всем вина. Старая традиция, для Эвелины она служила ещё и знаком того, что всё до сих пор по-прежнему и ничего не изменилось. Это немного успокоило её, пусть некоторые терзания в душе остались.
Дождавшись, пока наполнят бокалы и когда служанки уйдут, Эвелина встала, отодвинув назад свой громоздкий стул, и подняла бокал.
— Итак, мои дорогие друзья, — обвела она собравшихся взглядом как свою собственность. — Тяжёлые времена настают для нас. Теперь, перед лицом общего врага, что посягнул на нас, на наши жизни, на наши земли, нам придётся сплотиться. Кем бы он ни был, как бы не были страшны его планы и велика его ненависть, ему нас не сломить. Пусть одна из нас не дожила до этого момента, однако мы будем и дальше вести за собой земли, что были заработаны нами кровью и потом. Мы отомстим этому человеку в очень скором времени, и он познает наш гнев. И в отличие от него мы ещё долго будем пребывать в здравии и править этой частью мира. За Фракцию Ночи. За нас.
— За Фракцию Ночи! За нас! (х16)
Их бодрый и громки ответ прокатился подобно грому по залу, заставляя сотрясаться даже стёкла. Кто бы что не говорил, однако каждый любил чувствовать себя частью настоящей силы, которая может ещё заявить о себе, пусть практически каждый здесь уже избрал свой путь. Избрал путь, который вёл только к одному исходу.
Все они, эти напыщенные люди, звери, ведьмы и даже сама Эвелина, они были лишь отблеском настоящего зла. Они строили свои локальные козни, как подобает лишь маленьким неприятностям, когда настоящее зло готовило миру свой прощальный подарок.
Никто из них так и не подошёл близко к истинному злу, беспощадному и беспрецедентному. Потому что они были частью этого мира, до сих пор сказочного и не готового идти на что-то действительно глобальное. Слишком доброго, где до сих пор верили в чудо и не могли представить ничего действительно страшного. Даже гражданская война, что однажды охватила чуть ли не весь свет, была не их заслугой.
Причина всего этого, того, что мир трясло на протяжении трёх лет как в лихорадке от постоянных столкновений и революций, была уже близка к ним. Как однажды принёс в это мир он боль, на это раз вёл он за собой лишь разрушение и страх.
Он был худшим вариантом зла. Потому что нет хуже зла, которое твориться ради добра. Оно единственное может найти отклик в душах людей, заставив их поверить, что это правильно, подменяя понятия и заставляя забывать, что есть добро на самом деле. Единственное зло, что может быть оправдано. Единственное, что может быть действительно необходимым. И единственное, что может выйти из-под контроля, затащив всех за собой во тьму, когда никто этого даже и не заметит. Ведь мало кто вспомнит в тот момент, что настоящее добро никогда не будет действовать злом, так как они являются антиподами.
В таких ситуациях остаётся надеяться лишь на то, что тот, кто взвалил на себя сие бремя, сможет вспомнить, ради чего он это делает и сделать правильный выбор, когда наступит момент. Не забыть, ради чего он это всё творит.
Этим людям и самой Эвелине было это неведомо. Они не знали и даже не задумывались над этим. И вряд ли уже задумаются.
Коснувшись губами бокалов, они практически одновременно осушили их.
Секунда, другая, все молча стояли, тем самым отдавая дань уважения своей фракции, в которую они уже не верили, когда где-то вдалеке прогремел взрыв. Довольно чётко слышимый, словно он произошёл где-то на территории замка. Но это было невозможно, так как никто…
Ещё один взрыв прогремел, на этот раз ближе, после чего до зала начали доноситься хлопки, глухие, расходящиеся эхом по коридорам. Все озадачено переглянулись, словно спрашивая друг у друга, что случилось, как одна из присутствующих захрипела.
Элизиана едва слышно хрипела, словно у неё запершило в горле, но всё сильнее и сильнее, пока не начала кашлять и не схватилась за шею руками, словно таким образом она пыталась прекратить это. Бокал выскользнул её из рук и вдребезги разбился о каменный стол в тот момент, когда она сама упёрлась в него руками, продолжая натужно кашлять.
Секунда, и её колени подгибаются. Элизи ещё пытается устоять, цепляясь за стол, но быстро сползает вниз, опрокинув свой стул. По звукам казалось, словно она выплёвывала собственные лёгкие.
Все озадаченно и слегка напугано смотрят на неё, не понимая, что происходит. Эвелина, пребывая в лёгком шоке от происходящего, тоже неотрывно наблюдает за этим неприятным зрелищем. А через секунду всё начинает набирать обороты с геометрической прогрессией.
Сначала один граф начал кашлять, потом другой схватился за шею, третий упёрся на стол рукой, тяжело дыша. Один за другим они начинали хрипеть или кашлять; кто-то выронит бокал, кто-то уронит стул, пошатываясь из стороны в сторону и хватаясь за шею. Кажется, до всех дошло, что происходит, но предпринимать что-либо уже было поздно.
Эвелина с ужасом наблюдала, как вся Фракция Ночи гибнет на её глазах, медленно и мучительно, отчаянно борясь за свою уже потерянную жизнь. Кто-то из ведьм пытался в тщетной попытке вылечить себя или наколдовать что-то, однако одна за другой оседали, борясь за свою жизнь, но в конечном итоге умирая в агонии.
Сама Эвелина тоже почувствовала першение в горле и слабость, словно её тело неожиданно стало весить в сотни раз больше. Едва держа бокал в руках, она слегка повернула его и взглянула на дно уже зная, что может там увидеть — едва заметный осадок, похожий на песок, что плескался на дне в остатках вина.
Один ловкий удар уничтожил всю фракцию. Их всех обошли, обманули и обвели вокруг пальца, пока они решали свои мелкие дела. И голова была лишь предлогом, чтоб собрать их всех вместе и покончить с ними раз и навсегда. Как она могла быть так слепа, чтоб не заметить этого…
Как?
Очень просто, стоило лишь довериться другому, тому, кому ты была готова доверить собственную жизнь. И как видно, напрасно.
Едва держась на ногах, Эвелина повернула голову к Констанции. К той, кто был ответственен за всё это.
— Ко-констанция… — не веря своим глазам пробормотала Эвелина, глядя на неё. Силы быстро покидали её. Но та не сдвинулась с места, поджав губы и стараясь не смотреть на неё.
— Констанция? — Эвелина попыталась шагнуть, и едва не потеряла равновесие, уронив стул. Сделала несколько неуверенных шагов, прежде чем слабость заставила её упасть на колени. — П-почему? За что?
Но та лишь сильнее сжала губы, плача, и отвернулась, не в силах смотреть на своё предательство. Где-то там, за дверьми всё ближе и ближе разносились хлопки, в то время как на улице гремели взрывы, раскатами грома прокатываясь по всей территории замка Эвелины.
— Что ты наделала?! Констанция?! — даже иммунитет Эвелины не спасал от яда. — Зачем!? Посмотри на меня!
У Констанции брызнули слёзы, но она упорно не смотрела на свою подругу, предпочитая разглядывать тело одного из графов.
— Посмотри на меня, Констанция! — в голосе Эвелины сквозило отчаяние. Она не могла поверить, что её так предали. Предала та, которой она доверяла больше всех и с которой прошла через многое. Она была для неё как сестра… — Я умираю… Взгляни мне в глаза и скажи, зачем! Я верила тебе!
— Прости, — хрипло ответила Констанция, сделав шаг назад от неё, словно боясь. — У меня не было выбора. Моя дочь… Или ты, или она… Мне не оставили выбора… Мне очень жаль…
Констанция заплакала, больше не в силах сдерживаться.
Хлопки стали ближе, уже разносясь где-то прямо за дверью. Слышны крики, удары мечей, звон металла, крики боли, вновь быстрые хлопки, один за другим, после чего всё затихает.
— Констанция… как ты могла… — пробормотала Эвелина.
Теперь уже слишком поздно, пусть она всё и поняла. Осознала то, что интуиция и в этот раз подсказала ей правильно, жалея о том, что отбросила в сторону столь очевидные признаки предательства, полностью доверившись подруге.