Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— Это я ошибка?! — возмутилась обиженно Фемия. — Мне двадцать! Я сама могу решить, что правильно, а что нет!
— Была бы ты ещё не такой дурной… — вздохнула Констанция. — Двадцать лет, а мозгов ни на грамм.
— Ну и ладно! — буркнула обиженно Фемия, но из-под руки Констанции вылазить не спешила. И потом чуть тише продолжила. — Просто ты не сильно-то и рассказывала о том, как и когда я появилась.
— А ты не сильно спрашивала, — парировала Констанция, при этом мысленно признаваясь, что в другой ситуации не стала бы открывать и таких вещей своей дочери.
— Будто бы ты ответила мне честно, — недовольно хмыкнула Фемия. — И кстати, он назвал тебя фомкой. Почему?
— Не фомкой, фемкой.
— Так почему? — настойчиво спросила Фемия.
— Не знаю, с чего он меня так зовёт. Хотя мне говорили, что это типа укороченного обозначения свободной женщины, — хотя зная его, она могла предположить, что Патрик вполне мог вкладывать туда и другой смысл.
— Свободной женщины? И ты оттого меня так странно назвала? Типа в честь того, как он тебя звал?
— Да, — кивнула она. — Мне понравилось твоё имя, которое я придумала.
— Ужасное и… ай! Да хватит! Голову проломишь!
— А ты научись вести себя как подобает девушке.
— Кто бы гово… ай! Да ма! Прекрати!
— Оставь свои пацанские замашки, Фемия. Иначе не быть тебе невестой.
— Как будто после этого у нас есть какие-либо шансы на подобное, — пробормотала Фемия тихо.
И в отличие от Констанции она не сильно верила, что их отпустят. Просто потому что она не знала всех тонкостей и думала слишком прямо в отличие от той же Констанции. То ли опыта не хватало, то ли мозгов.
Констанция же знала, что не будь они нужны, сейчас бы их трупы кормили бы червей или остывали после огня, светя костями.
Патрику они были нужны.
Она была нужна, так как имела доступ к Эви и многим её секретам. И пока она будет ему нужна, их никто не тронет. Её не тронут, а вот насчёт дочери она была не уверенна.
Эти долгие минуты ожидания переходили в часы, в то время как для них двоих это время стало вечностью. Сидя на скамейке, они ждали исхода.
И через некоторое время они его дождались.
По подземелью раздались тяжёлые твёрдые шаги нескольких человек, эхом прокатываясь по коридору. Они становились всё громче и отчётливее, приближаясь к их камере. Фемия под рукой Констанции вся напряглась. Последняя же выпрямилась, вернув себе самообладание и строгий властный вид.
Даже при таких переговорах многое зависит оттого, как ты себя ведёшь. И Констанция хотела подать себя той, которой её все знали — неприступной сильной женщиной, которая была твёрже стали.
По крайней мере со слов других.
Но к её разочарованию, к ним пришёл не Патрик. Не тот, кого бы она хотела видеть даже просто потому, чтобы понять, настолько ли он сильно изменился или у её страха слишком буйное воображение.
Нет, к решётке их камеры подошёл не Патрик; молодая девушка с чудовищно давящей аурой.
Одетая в чёрное платье с коротким рукавом, с чёрными длинными волосами, спускающимися за её спиной, она внимательно смотрела на них своими тёмно-красными глазами. И несмотря на её вежливую улыбку, на её кроткое поведение, Констанция чувствовала от неё угрозу куда большую, чем от тех же стражников за её спиной со странными дубинками, соединёнными с железными трубками.
Правда и она сама сталкивалась множество раз с подобными личностями, отчего тёмная девушка не произвела на неё сильного эффекта. Констанция лишь вытянулась, показывая всем видом, что подобным её не проймёшь. А вот Фемия невольно спряталась за матерью.
Однако одно то, что теперь в окружении Патрика водятся такие личности, как бы нескромно намекает, он значительно изменился.
— Госпожа Констанция, полагаю, — вежливо произнесла девушка. Её голос был лёгким, молодым, приятным и неприятно пробирающим до костей. Не Констанцию, но её дочь.
— А ты кто? — дерзко бросила Констанция в ответ.
— Моё имя не имеет значения, — ответила она. — Пройдёмте за мной и… — она очень красноречиво приподняла голову, словно смотря на неё свысока. На её губах улыбка стала сильнее, — я бы советовала не совершать глупостей. Мы же не хотим, чтоб мой господин потом лично разбирался со всем этим, верно?
 
Констанция, так же гордо вздёрнув голову, встала, дёрнула за собой не такую смелую дочь, и нарочито медленно вышла из камеры. Никто ей не сказал и слова, терпеливо дожидаясь.
Там её ждало ещё человек семь с одним магом (магов вообще было легко отличить от других по их одежде). И практически все с дубинками, соединёнными с железной трубкой. Констанция предположила, что эффект у них такой же, как и у той маленькой смертоносной штуки в руках Патрика.
А если напрячь память, то оно по звуку было подозрительно похоже на то оружие, которым он пользовался ещё двадцать один год назад. Возможно, он умудрился воссоздать его. А глядя на его людей, можно не сомневаться, что ресурсы и возможности у него были.
Они двинулись из этих подземелий по узким каменным коридорам через запутанную цепь проходов. Проходя мимо одного из коридоров, Констанция услышала уже знакомые звуки любой темницы. Видимо ту часть расчистили специально для неё.
Пройдя по темнице, они попали на большую круговую лестницу, уходящую вверх. Перед ней, спокойно шла тёмная девушка, но даже несмотря на то, что она не оборачивалась, Констанция буквально на физическом уровне чувствовала за собой слежение. Не радовало и восемь человек за спиной, семь из которых были вооружены тем оружием. Если оно стреляет так же, то здесь увернуться у неё не было ни шанса. Особенно с дочерью. Да и маг задачу не облегчал. Даже со своим уровнем она могла спокойно умереть, получив болт в голову или в сердце. Может не сразу, но очень и очень скоро.
Кстати, что касается повреждений, Констанция не сразу заметила, что нога её уже и не болит. Видимо, пока она была в отключке, её по-быстрому исцелили. Хоть на этом спасибо, не заставили хромать её по ступеням.
Они поднимались всё выше и выше по круговой лестнице, пока наконец не упёрлись в массивную деревянную дверь, что имела небольшое окошко, в данный момент закрытое. Стоило им подойти, как дверь тут же открылась, и там их ждало ещё человек пять с таким же странным оружием, что и у её конвоиров.
Вместе они двинулись уже по нормальным, прилично отделанным помещениям, чьи стены украшали всевозможные портреты разных людей. Никого из них Констанция не узнала, хотя вот герб графства она заметила за их спинами.
Это был герб графства Анчутки.
Быть может Патрик работает на этого хмыря?
Констанция видела его и слышала о нём. Однако она ни разу не замечала, чтоб тот как-либо метил выше собственной группы. Неужели решил рискнуть на подобное? Или её хотят заставить думать, что это виноват Анчутка?
Как бы то ни было, они поднялись ещё на несколько этажей административного здания (в этом она была уверена), после чего остановились напротив кабинета мэра.
Тёмная девушка без стука открыла дверь, вошла внутрь и отошла в бок, показывая, что они могут проходить. Что касается стражи, то та осталась за дверью.
«В любом случае им здесь делать нечего. С клятвой я никуда не смогу деться», — мрачно подумала Констанция, оглядывая кабинет. Самый обычный вычурный кабинет, который пытался показаться богатым за счёт ковра, дорогой мебели и картин, подобранных без вкуса и стиля, скорее для вида.
И за большим столом, читая какую-то книгу, сидел Патрик. Сидел с таким видом, словно книга была интереснее, чем посетители, что зашли к нему.
И первым желанием у Констанции было подойти и ударить его. Хорошенько влепить ему пощёчину, чтоб потом вся пятерня на его щеке светилась.
Она даже не подумала, что это будет слишком по-женски; куда логичнее было бы влепить с её стороны ему кулаком.
  
Глава 212
 
— Привет фемка, привет Фемия… — он замолчал, посмотрел из-за книги на них, вздохнул, откладывая её на стол. — Бля, и назвала же ты дочь, пиздец просто. Вместо там Лилии, Александры или Кипарисы Фемией… дурной пример этого мира заразителен. — Он кивнул на кресло, что стояло у стены. — Садись уж, чего как не родная, поговорим немного.