Карбон (СИ)
Кьяра даже не знала, что на это ответить.
- Да, любовь - это самое большое проклятие, - мягко улыбнулся Беатриче мистер Савранский.
- Надо выпить за это! - добавил счастливый до невозможности Лоренцо Феретти.
Если бы Евгений Савранский не был так стар, он бы обязательно закатил глаза.
Да, с некоторыми будущими родственникам ему явно придётся нелегко…
========== Глава 26. Поздравляю с помолвкой, Борис! ==========
Давид с благоговением гладил скулы Бориса пальцами, имея совершенно дурацкий вид. Ошалевший. Счастливый.
Он будто не мог поверить, что Борис теперь рядом с ним. Что он - настоящий.
Борис прекрасно понимал чувства Давида, но они до сих сидели за столом, и происходящее невероятно смущало. Правда, не Давида…
Тому море было по колено.
Борис положил свои руки ему на ладони и мягко сказал:
- Давай, не сейчас… Потом.
- Не могу ждать… - прошептал ему в ответ Давид, - Прости…
Он не спрашивал, что случилось с его лицом. Просто смотрел.
И от его взгляда внутри у Бориса все переворачивалось. Потому что в глазах Давида не было брезгливости или неприятия. Один лишь восторг.
Ладно, пусть продолжает…
- Это точно приворот, - авторитетно заявила Беатриче, - Или магия-вуду. Иначе я просто не могу объяснить, что происходит! Дядя совсем неадекватный!
- Это магия денег! - насмешливо прервал ее Матео.
- Да как ты можешь так говорить?! - яростно воскликнула Кьяра, - Твой брат никогда ничего не делал ради денег!
- Ага, я все делал ради любви, - Давид сказал это, скорее, на автомате.
Он не отрывал свой горящий взгляд от Бориса.
Может, Давид реально сошел с ума?
- Ты головой не ударялся, чудо? - Борис убрал отросшую, светлую прядку волос со лба Давида.
- Нет… - пробормотал он, мгновенно перехватывая руку Бориса и сжимая ее, - Я просто увидел тебя, и у меня расплавились все мозги… Я так долго тебя искал… Не могу насмотреться. Можно я… Можно я сниму линзы? Хочу посмотреть в твои, именно твои глаза…
Борис засуетился и одним движением смахнул свои линзы. Для него это было обычном делом… Снимал он их легко.
Борис поморгал, а потом открыл глаза.
Давид, затаив дыхание, смотрел на него.
- Господи, как я скучал по этому тёплому цвету! - прохрипел Давид, его пальцы скользнули по нижним ресницам Бориса.
Отец рядом прочистил горло.
- Так, дети, не смущаем взрослых! - пожурил он их, - Раз сговор произошёл, то, может, обсудим дату свадьбы? Шестнадцатого марта, как я понимаю?
- Да, именно в этот день Борис обещал стать моим! - важно кивнул Давид.
Когда это Борис такое обещал?! Он обещал дать ответ, а не отдаться!
Ну, Давид!
Все ли мы переврали?
- Когда это ты давал такие смелые обещания? - с ехидством произнес отец, поворачиваясь к Борису.
- Тогда мы с тобой ещё были не знакомы! - передразнил отца Борис.
Он устало выдохнул и вдруг перехватил взгляд Кьяры Феретти. Она пристально смотрела на него.
- Борис… - вскинула удивленно брови Кьяра, а потом вдруг в шоке выдохнула, - У тебя такие знакомые глаза! Ты… Ты, что, Майкл?!
Какой гениальный вопрос, Господи!
Хотелось закатить глаза, но Борис вовремя прикусил язык.
Вместо этого он спокойно сказал:
- Да, раньше Давид знал меня под другим именем. Но мое настоящее имя - Борис. И мой отец действительно Евгений Савранский.
- Но почему ты притворялся Майклом? - удивленно и почти гневно воскликнула Кьяра, - Что за фокусы?! Почему ты дурил моему сыну мозги?! И откуда… Откуда шрамы?
- Мой сын трудится в Отделе Саманты Бишоп, - твердо оборвал ее речь отец, а потом, немного исказив правду, он добавил, - Борис работал под прикрытием и свое имя рассказать не мог. У него были обязательства, и Борис скрывал правду. Прощу прощения за него. А шрамы…
- Я просто встретился лицом со столиком. Пару раз, - пробурчал себе под нос Борис.
Давид крепко сжал его пальцы.
- Так и знал, что Саманта Бишоп была в курсе дел этого Майкла с самого начала! - ударил кулаками по столу Лоренцо, а потом он резко замер.
- Стоп, подождите-ка! - на лице Лоренцо отразился чистый шок, - Так наглый помощник Давида и сын Евгения Савранского - это один и тот же человек?!
Бедный-бедный Лоренцо!
Это явно не первое потрясение в его жизни, связанное с Борисом…
***
- Интересно, твой отец не будет против, если мы займёмся чем-то неприличным? - с намеком произнес Давид, подвигав бровями.
Ужин закончился, но Давид не собирался уходить.
Сразу, как гости разошлись, он, словно тень, скользнул за Борисом в его спальню.
И конечно, Борис уже через несколько минут был повален на кровать.
Хотя тут, конечно, как посмотреть… Борис успел перехватить инициативу в последний момент и впервые оказался сверху. Не все же ему быть придавленным?
Так что теперь Борис вольготно развалился на обнаженном животе Давида (тот избавлялся от одежды как по волшебству) и лениво уклонялся от поцелуев. Почему уклонялся - сам не понимал.
Просто настроение было игривым. Хотелось смеяться. Борис был так напряжен, так волновался, а сейчас у него будто гора с плеч упала…
Видимо, таким образом выходил адреналин.
- Нет, отец будет только за… - усмехнулся Борис, в очередной раз насмешливо уворачиваясь.
Губы Давида ткнулись куда-то Борису в подбородок.
- Тогда почему?! - взвыл Давид, его почти трясло.
- Потому что 16 марта ещё не наступило! - нашелся с ответом Борис.
- Что?! - застонал в голос Давид, - Ты не серьезно! Неужели заставишь меня блюсти целибат?! Почти два месяца?! Пожалуйста, не мучай меня! Умоляю!
- Неужели не потерпишь? - притворился, что обиделся, Борис.
- Потерплю, конечно! - пошёл на попятный Давид, и Борис сам легко прикоснулся губами к его губам.
Но когда Давид потянулся за вторым поцелуем, Борис прижал пальцы к его рту, удерживая.
- Ты на меня за что-то обиделся? - промычал ему в ладонь Давид, - Это из-за кольца? Прости за него. Сам понимаешь, времени подготовиться не было…
- Я не обиделся, - остановил его поспешно Борис, - Хотя цветы в вазе несколько смутили меня, признаю…
Давид хихикнул.
- Прости, - повинился он, - Сам знаешь, мои любимые цветы… И я автоматически дал тебе то, что люблю. У вас эти цветы на каждом шагу… Это потому что это любимые цветы твоей матери?