Карбон (СИ)

В этом был смысл, учитывая, как сейчас он выглядел. И даже не в шрамах крылась проблема.
Борис полностью изменил свой гардероб. Никакого белого. Или джинсов.
Вся его одежда была только чёрной. В повседневной жизни Борис предпочитал простые спортивные костюмы, главное, чтобы широкие. А на работу отец предложил ему пошить костюм. Борис пожал плечами, но попросил, чтобы все было свободным и чёрным.
В итоге, он стал обладателем нескольких странных, одинаковых костюмов. Идеально черных, с «оверсайз» пиджаком и рубашкой, у которых было высокое горло… Дополнили картину шляпа, скрывающее лицо, и красные линзы, которые не давали рассмотреть цвет его глаз. Борис просто боялся, что Давид каким-то чудесным образом увидит его и узнает.
Увидит… Мечты-мечты!
Борис не знал, почему выбрал красные линзы. Они привлекали внимание. Но если менять цвет глаз, которые были точь-в-точь, как у его матери, то только на неестественный… В этом он был уверен.
Учитывая это все, Борис напоминал сам себе какого-то демонического священника, и, конечно, в Церкви ему было самое место.
Отец шутку про бесов не оценил.
- Ты потрясающий, Борис, - помолчав, тихо сказал он, - И ты очень чистый. Ты должен ценить себя.
- Чистый? - усмехнулся Борис, - Скажи это всем людям, которых я убил!
Их было немного, и, наверное, это были не самые лучшие люди, но…
- Не нам судить, Борис. Но я говорю, как вижу, - тяжело вздохнул отец.
- Конечно, ты видишь во мне только хорошее, потому что ты меня любишь, - с нежностью подумал Борис.
***
Разумеется, с отцом Борис в Церковь не пошёл, но он с удовольствием поехал с ним, чтобы проводить его. И отцу приятно, и ему спокойно.
Папа был за рулем. После того, как они затормозили, отец снова предложил ему зайти.
- Я не верю в Бога, - кратко произнес Борис.
Если бы он существовал, то как бы допустил такое?
Борис вспомнил Кати и маму, Карбон. На душе стало горько.
- Я понимаю, - медленно кивнул отец, - Но знаешь, после того, как я узнал, что ты мертв, я молился, молился каждый день, и… И вот он ты, прямо перед мной. Понимаешь?
Борис молчал, не зная, что на это сказать.
Сила желания, нет?
- Ты можешь тоже, - предложил ему осторожно отец.
А?
- Это священное место, загадай желание, помолись, - пояснил мягко отец.
Борис считал себя атеистом. Но, наверное, в глубине души он надеялся, что есть высшие силы.
Если не признавать это, то придётся смириться с тем, что Кати и мама просто исчезли, навсегда перестали существовать. Ни в каком-то ином мире, ни в виде души их не было…
Борис хотел думать, что они сейчас существуют и счастливы, пусть и где-то очень далеко. А значит, он верил.
Борис сложил руки в молитве и зажмурился, прошептав про себя:
- Пусть те, кого я люблю, мои близкие, будут живы и здоровы.
- А теперь загадай что-нибудь и для себя, - едва слышно произнес отец.
О, он видел его насквозь!
- Пусть все мои близкие будут счастливы! - добавил про себя Борис.
Это не совсем для себя, но…
Внезапно в его сознание ввинтился неприятный звук. Сирена. Звонил телефон.
Такой оглушительный сигнал был выбран для Саманты. Потому что звонила она чаще по работе.
- Да, - мгновенно ответил Борис.
 
- Борис, у нас проблема, - начала тараторить Саманта, - Кейтлин сбежала…
Да ладно?
- Я понимаю, что не в праве тебя просить, и я пойму, если ты откажешься… - лихорадочно говорила Саманта, - Но Кейтлин тебя послушается. Она тебе доверяет. Просто я очень боюсь, что организация, в которой она состояла, до сих пор имеет на неё виды…
Кейтлин украли, когда ей было четыре, террористы-сектанты. Это была религиозная организация. Они верили в конец света, в единого Бога со странными функциями и призывали бороться с неверующими силой.
Ничего нового.
Это организация была мелкой сошкой, по сравнению с Карбоном, но, как Кейтлин не сошла с ума, воспитываясь в ней, оставалось загадкой. Правда, она говорила, что часто сбегала, и за это ее всегда жестоко наказывали…
- Куда она отправилась? - спокойно спросил Борис, - Ее планы известны?
- В какой-то элитный клуб. То ли на вечеринку, то ли на музыкальный фестиваль, - с облегчением выдохнула Саманта, - Клуб в двух-трёх часах езды. Скину адрес.
- Возьми мою машину, - посоветовал ему отец - он слышал часть разговора, - Так будет быстрее.
Борис не воодушевился этой идеей. Машина отца была очень броской, приметной.
Чёрный, бронированный Роллс-Ройс. Но это ещё ладно - клуб вроде как элитный. Никого этим не удивишь.
Но вот как отец будет добираться обратно - это проблема.
- Меня заберёт Генри, - угадал его мысли отец, - Я позвоню ему.
- Ты уверен? - не сдавался Борис.
Водитель отца был приятным человеком, добрым, с дурацким, но милым чувством юмора, но он был, очевидно, слаб из-за преклонного возраста.
Вдруг что случится?
- Конечно. Я доверяю Генри. Мы практически выросли вместе, - насмешливо посмотрел на него отец.
Это было нисколько не забавно. Отец просто не понимал всю степень опасности, которая могла ему угрожать.
- Ладно, - уступил Борис, - Напишешь мне, когда сядешь.
- Хорошо, - согласился отец и едва заметно кивнул фотографии, приколотой к краю лобового стекла.
На снимке навсегда застыла мать Бориса с легкой улыбкой на лице. Это было ее единственное изображение, сохранившееся у отца. Мать по понятным причинам не любила фотографироваться.
Борис очень удивился, когда ее увидел. Она была такая… Хорошенькая. Очень миловидная, с вьющимися каштановыми волосами, круглым лицом и ямочками на щеках.
Абсолютно не похожа на него. Но глаза… Если смотреть ей прямо в глаза, то Борису иногда казалось, что он смотрит в свое отражение.
Мистика.
- Ну что, мам? Поехали? - улыбнулся ей нежно Борис.
И она улыбалась ему в ответ с фотографии.
***
Поймать Кейтлин оказалось удивительно просто. Прямо у клуба Борис ее и подкараулил.
Само заведение у него доверие не вызвало. Находилось оно в подвале высотки.
Но Борис не мог судить адекватно. В клубах он был редким гостем.
Зато по стоянке действительно было видно, что клуб элитный. Машины одна дороже другой. Отцовский Роллс-Ройс выделялся, но не слишком сильно.
Около стоянки Борис Кейтлин и поймал. Вцепился в ее ухо и оттащил к машине.
- Чтоб ещё только раз! - яростно рычал он, - Ещё только раз, Кейтлин! Ещё раз, и я с тебя кожу сниму! Ты хоть подумала, что ты делаешь? Что заставила нас волноваться? Не думаешь о себе, так подумай о нас! Ты не просто ребёнок, Кейтлин! И опасности тебе грозят недетские! Захотела обратно? Или ты мечтаешь попасть в более суровое место? Из которого уже не выбраться?