Дорогой интриг (СИ)

— Вы будете мной довольны, матушка, — заверила я ее и постаралась выглядеть скромно и со вкусом. И когда я вышла к ней, чтобы отправиться на встречу с графом, баронесса, пристально оглядев меня, кивнула и улыбнулась.
Большой парк был для меня «впервые», впрочем, не он один. В моей взрослой жизни всё было в первый раз, и потому вызывало любопытство. Однако многое из этого мне еще предстояло пережить, а пока мы просто прогуливались по аллеям, ожидая появления его сиятельства. Я не вертела головой, рассматривая убранство парка, но успевала охватить многое, пока в неспешном повороте окидывала взглядом всё, что только могла.
Наша беседа с матушкой была больше похожа на перетирание воздуха. Мы говорили о чудесной погоде, о том, как хорошо выглядит местная публика, да и, пожалуй, больше ни о чем. Обе мы были заинтригованы, и если родительница казалась мне заметно напряженной, то я просто изнывала от любопытства. Знакомых, способных отвлечь от ожидания и размышлений, нам пока не встретилось. А сами мы были не в силах найти подходящую тему для беседы, более вразумительную, чем обсуждение цветов, преобладавших в платьях женщин, которые попадались на нашем пути.
— Где нас должен ждать его сиятельство? — устав от бессмысленного брожения по ухоженным дорожкам, спросила я.
— Если бы я знала! — воскликнула матушка, обнажив свои чувства. — Всё, что передал мне ваш отец, – это пожелание графа, увидеть вас сегодня в Большом парке. Но я ума не приложу, где нам его искать, и о чем вообще хочет побеседовать с вами глава рода. Я взбудоражена и не знаю, чего ожидать. С одной стороны – приглашение может стать благом для всего дома Тенерис, а с другой… — она не договорила и картинно сжала виски кончиками пальцев. — Моя бедная голова, мое бедное сердце, мое неразумное дитя…
— Я вполне разумна, — с ноткой раздражения прервала я баронессу, но тут же добавила: — Не гневайтесь, моя дорогая матушка, просто я тоже заинтригованна и хочу поскорей узнать причину для нашего свидания с дядюшкой.
— Ох, — вздохнула родительница, — нам остается только лишь ждать.
— Знать бы еще – где, — усмехнулась я.
— Если вы заметили, мы гуляем с вами по дорожкам вблизи ворот. И с нами лакей, одетый в ливрее наших цветов. Думаю, так мы будем более приметны.
— Вы весьма приметны, — голос графа заставил нас вздрогнуть.
Я и матушка порывисто обернулись, и из-за плеча нашего лакея выглянул граф Доло. Подняв руку, он поиграл пальцами и приветливо улыбнулся. А после вышел из своего укрытия и покачал головой:
— Я брожу за вами почти с тех пор, как вы появились. Вы совершенно невнимательны, дамы, — уже недовольно отчеканил его сиятельство. — Вы прошли мимо беседки, в которой я ждал вас, однако даже не заметили моей поднятой руки. Но мне было любопытно послушать, о чем говорят женщины, оставшись без мужского общества, и я позволил себе пристроиться к вам сзади. Однако вы ничем меня не удивили – женщинам говорить совершенно не о чем. Пустая болтовня, да и только, — мы с матушкой одновременно зарумянились. Я ощутила приступ досады, что почувствовала родительница – мне неизвестно, но подбородок ее остался вздернутым. Настоящая благородная дама! Граф улыбнулся и приблизился: — Элиен, я забираю с собой Шанриз. Нам нужно поговорить без свидетелей, вы же можете продолжить прогулку, или возвращайтесь в свой особняк, я сам привезу вашу дочь. В любом случае, ждать ее не стоит.
— Но… — матушка широко распахнула глаза, и дядюшка добавил надменным тоном:
— Повинуйтесь. — Он подал мне руку, и когда я, бросив на матушку вопросительный взгляд, все-таки накрыла сгиб локтя его сиятельства своей ладонью, граф повел меня прочь. Однако уже через пару шагов остановился и снова обернулся: — И увольте этого лакея. Его рост и стать могут отпугнуть злодея, но не остановят, если тот решит напасть. Никакого внимания, совершенно равнодушен к исполнению своих обязанностей, а я ведь дышал ему в спину. Увольте. Я пришлю вам надежного телохранителя. Жизнь и честь женщин моего рода мне дорога. Идемте, Шанни, — сказал он мне, значительно смягчив тон.
 
Бросив последний взгляд на баронессу, я позволила дяде увлечь меня за собой. Взор матушки был непроницаем, но я видела, как ожесточенно она теребила платок. Родительница находилась в крайней степени волнения. Мне даже показалось на миг, что она кинется за графом и потребует отдать ей дитя, однако старшая баронесса Тенерис была отлично воспитана, и главе рода привыкла доверять. Потому за нами никто не побежал, и восклицаний тоже не было. Дядя вел меня всё дальше, а я изнывала от волнения и нетерпения с удвоенной силой. Однако я была воспитана моей матерью, и потому тоже не стала терять лица и забрасывать его сиятельство вопросами.
— Вы, наверное, хотите знать, Шанриз, куда мы идем? — полюбопытствовал граф.
— Да, узнать о конечной цели нашего путешествия было бы недурно, — ответила я.
— Здесь слишком многолюдно, дитя мое, — светски улыбнулся дядя. — Мы найдем себе местечко поуютней. — И мы свернули к ограде королевского дворца.
— Боги, — помимо воли, ахнула я.
Его сиятельство едва заметно хмыкнул и изломил бровь:
— Вас что-то смущает? Разве не сюда вы стремитесь всей душой? Мне кажется, что вашу интригу на празднестве я разгадал верно.
Повернув к нему голову, я в удивлении приподняла брови и спросила с искренним любопытством:
— О чем вы, ваше сиятельство?
Граф остановился, когда до ворот оставалось всего несколько шагов. Теперь он тоже смотрел на меня. Взгляд прищуренных светло-зеленых глаз главы рода был пристальным и изучающим. Я его выдержала.
— Стало быть, Шанриз, вы утверждаете, что никакой интриги не было?
— Какой интриги, дядюшка? — переспросила я. — Мне сложно понять, о чем вы говорите.
Его сиятельство вдруг лукаво улыбнулся и беззаботно взмахнул рукой:
— Не обращайте внимания, дорогая, это всё стариковские выдумки. Не было, так не было. — Он указал кивком головы на ворота, но мы успели сделать только шаг, когда граф произнес: — Его Величество интересовался вами.
— Правда? — живо отреагировала я, и глава рода негромко рассмеялся. Он покачал головой, а когда заговорил, тон его был дружелюбен, но уже стал более серьезным: — Вы еще дитя, Шанриз, и вывести вас на чистую воду не так уж сложно. Учитесь владеть эмоциями. У вас недурно выходит, но отсутствие опыта сказывается. Слишком живая реакция, чтобы скрыть интерес. А сейчас ваши щеки порозовели. Это позволяет мне сделать вывод, что вы, дитя мое, успели хорошо подготовиться к сомнениям в случайности вашей встречи с государем, но совершенно не ожидали, что вас подловят не на лжи, а на искреннем интересе. Уверен, что вы неплохо продумали свои ответы, мимику и жесты, но стоит быть на несколько шагов впереди. Я всему этому вас научу, Шанни, если мы будем играть в открытую.
Я машинально оглянулась, опасаясь, что нас могут подслушать, и дядюшка одобрительно кивнул:
— Осторожность важна, вы совершенно правы. Однако, имея за плечами богатый опыт службы при Дворе, я давно научился отслеживать любопытных и соглядатаев. Нас никто не слышит, даже стража, не волнуйтесь.
Я некоторое время сверлила взглядом своего старшего родственника, пытаясь понять, что скрыто за его словами, но вскоре не выдержала и спросила:
— Зачем вы говорите мне всё это?
— Мы обо всем поговорим подробней и в ином месте. А до тех пор, пока я не возобновлю этой беседы, не вздумайте начинать ее сами. Сейчас нам с вами предстоит одно важное дело, и я желаю, чтобы вы были само очарование. Вам ясно, Шанриз?
 
— Более чем, — ответила я с достоинством. И хоть мое любопытство возросло до небес, как и ощущение подвоха, однако терпеть я умела, потому возражать не стала. — Но могу ли я все-таки задать вам один вопрос, пока мы не пересекли ворот?
— Спрашивайте, — милостиво кивнул граф.
И подавшись к нему, я спросила, значительно понизив голос:
— Он и вправду спрашивал обо мне?