Братство меча. Компиляция. Книги 1-3 (СИ)

По лицу Зарины скользнула понимающая улыбка.
— Да откуда им сейчас взяться, другим-то? Вдвоем мы здесь — я и Тамия.
Комната, в которую провела «гладиаторца» с ведьмачкой хозяйка, была жарко протоплена. Возле камина, вальяжно развалившись на камышовом коврике, дремала здоровенная черная кошка. Лениво приоткрыв золотистый глаз, зверюга глянула на новоприбывших, сладко зевнула и снова вернулась в мир грез.
— Красавица, — восхищенно сказал Глеб.
— Тамия! — гордо произнесла Зарина и, присев на коврик рядом с питомицей, почесала ее за ухом.
Кошка блаженно заурчала, расправляя… покрытое мехом огромное крыло, которое до сих пор было плотно прижато к боку, придавая и без того упитанной зверюге дополнительный объем.
— Она — семаргл, — обыденным тоном сообщила в пространство ведьмачка, предугадавшая вопрос спутника. — Зарина, мы не надолго. Мне нужен хрусталь. Каверна. Есть такой?
— Возможно, и есть, — задумчиво сказала ведьма, — так не припомню, взглянуть надо. Да и какой бы спешка не была, без ужина вы, надеюсь, все равно не уйдете? Тем более что в ночь по болотам бежать… тебе-то не привыкать, соколица, но хоть ученика своего пожалей.
— Жалеть, не жалеть — это мне виднее, — фыркнула Инари. — За него не бойся, не замучаю. До утра мы все одно никуда не пойдем, так что времени на отдых хватит. И говори уж сразу, чтобы не тянуть, сколько я за каверну должна буду?
— Ну, куда ты так торопишься, соколица? Найдется камень — тогда и поторгуемся, пока лучше на стол помоги собрать, а ты набирайся сил, ученик.
Зарина на пару с ведьмачкой куда-то исчезли. Чувствуя себя немного не у дел, Глеб притулился на скамье возле окна. Сил у него вопреки опасениям хозяйки еще вполне хватало — видать, организм, собравшись с мыслями, начинал-таки привыкать к задаваемому Инари темпу, но на «нет» и суда нет. Раз не просили помочь, значит, наверное, и сами справятся.
Вышедшая из дремотного состояния Тамия оценивающе зыркнула на человека золотыми угольками глаз, встала, потянулась и взобралась на колени к «гладиаторцу» с нахальством, отличающим всех представителей семейства Кошачьих вне зависимости от размера. Глеб мысленно охнул — семаргл была увесистой.
— Ты ей понравился, — сообщила Зарина, расставляя на столе шеренгу мисок и горшочков, источающих аппетитные запахи. — Тамия редко когда чужих привечает.
— Я несказанно горжусь оказанным мне доверием, — «гладиаторец» почесал вытянувшуюся в струнку семаргл под нижней челюстью. Тамия утробно мурлыкнула и несильно толкнула парня лапой в бок — мол, чего остановился, продолжай.
Закончив с расстановкой приборов и блюд, ведьма уселась за стол напротив «гладиаторца», молча и очень внимательно изучая его, а когда Инари принесла блюдо, на котором горкой высились мелкие зажаренные птицы невыясненной видовой принадлежности, Зарина жестом волшебницы извлекла откуда-то из пустоты пузатую бутыль, в которой плескалась янтарная жидкость.
— Даже так? — скептически сказала ведьмачка при виде сего завершающего штриха. — Видать, что-то тебе уж очень сильно нужно, дорогая подруга… Только не пытайся мне доказать, что ты от нечего делать исключительно для своей кошки каждый вечер пир устраиваешь, а мы так — просто под руку подвернулись.
— Ну, что за манера у тебя, соколица, в каждом поступке видеть подвох? — притворно возмутилась Зарина. — Разве я не имею права достойно приветить желанных гостей?
— Имеешь, — согласилась Инари, — только никогда им не пользуешься без особой надобности. И вывод отсюда следует только один, а какой именно — подскажи сама, не охота мне нынешним вечером в гадания играть.
Ведьма фыркнула не хуже кошки, но почти сразу взяла себя в руки и снова заулыбалась.
— Каверны у меня нет, я проверила, — сказала она, резко меняя тему. — Впрочем, этой беде нетрудно помочь. Я знаю одно место, где она точно должна иметься.
— И где же? — подозрительно переспросила ведьмачка.
— В башне Вельмины, — с абсолютно невинным видом произнесла Зарина.
— В башне? А что, разве эта развалюха еще не нырнула окончательно в трясину? И почему ты так уверена, что ученицы оттуда не все выгребли перед уходом?
 
— Уверена. Например, потому, что оттуда после смерти Вельмины никто не уходил, а значит, и выгребать было некому.
— Что-то новенькое. Не ты ли сама еще лет десять назад говорила мне, что башня пустует?
— Говорила, но одно другому, на мой взгляд, не мешает.
— Похоже, что так, — ведьмачка задумчиво прищурилась. — И в чем тогда подвох с этой башней?
— Не поняла твоего вопроса, соколица.
— А что тут понимать? Если уж башня нетронута, так почему ты сама за прошедшее время не удосужилась почистить там закрома? У Вельмины, наверняка, много чего полезного отыскать можно.
— Да как-то все не до того было, — виновато развела руками ведьма.
— А, может, хватит врать? — проникновенно сказала Инари. — Что с башней, Зарина?
— Откуда мне знать? Я же не была там ни разу. По ночам болота вокруг светятся, а днем, вроде, тишина. Если так хочешь, могу попробовать еще что-нибудь разведать. Ну, не смотри на меня так, соколица. Ведь все лучше, чем в каменоломни лезть?
— Что-то ничего «лучшего» на болотах я пока не вижу. Но разведку проведи — вдруг да чудо произойдет?
Забрав у «гладиаторца» разомлевшую Тамию, Зарина что-то шепнула на ухо недовольно зашипевшей семаргл и, отворив окно, швырнула ее в темноту. Захлопав крыльями, Тамия скрылась в ночи.
— Бедная зверушка, — вздохнул Глеб, — жила, никого не трогала, а ее взяли — и взашей из дому…
— Судьба у нее такая, — невозмутимо отозвалась Зарина, пододвигая лавки к столу и разливая по кружкам янтарную жидкость. — Пускай оглядится по сторонам… Нас же пока дела другие ждут. Бери ложку, а то ведь ничего не останется.
На протяжении всего ужина Глеб тщетно пытался сообразить, чем же все-таки Зарина их поит? Название «полуночница» ему ни о чем не говорило, для вина напиток был крепковат, однако пился куда легче самого лучшего коньяка и совершенно не шибал в голову. С остальными частями тела, правда, оказалось похуже. Попытавшись по окончании трапезы встать, «гладиаторец» обнаружил, что сделать это не так просто. Пол гулял под ногами не хуже корабельной палубы в девятибалльный шторм.
— Отправляйся на боковую, — посоветовала заметившая его слабые попытки сохранить равновесие до неприличия трезвая ведьмачка.
— Я в порядке.
— Я знаю. И все равно отправляйся. Завтра с утра поблажки закончатся, обещаю. Пошли, до постели доведу.
— Как хорошо, когда рядом есть крепкое женское плечо, на которое всегда можно опереться, — пробормотал «гладиаторец», покорно следуя за ведьмачкой в отгороженную занавесями крохотную комнатку, где уместилась всего одна кровать и сундук в изголовье. То ли ему показалось, то ли фраза все-таки вызвала у насупленной Инари мимолетную улыбку.
— Все, ложись, хватит колобродничать.
— А ты? — упавший поверх мохнатого покрывала Глеб потянул к себе ведьмачку. — Здесь для двоих вполне места хватает…
— Довольно! — Инари резко рванулась, высвобождаясь из объятий парня. — По-моему, я обещала тебе только плечо для опоры, и ничего больше. По всем остальным вопросам обращайся к вашим бабам. У вас на базе, смотрю, их хватает — на любой вкус и цвет подобрать можно.
— Как скажешь, обращусь… Только не злись, солнышко.
— Я и не злюсь, — после довольно долгого молчания сказала ведьмачка. — Пока еще не злюсь. Спокойной ночи, Глеб.
Прежде чем «гладиаторец» успел ответить, она ушла, рванув занавески.
— Спокойной ночи, — пожелал Глеб колышущейся ткани и перевернулся на бок, зарываясь в подушки с твердым намерением и в самом деле побыстрее заснуть. Что-то ему подсказывало, что обещание ведьмачки насчет завтрашнего утра шуткой не было. Однако сон как назло не шел. Ни в какую.
— Ну, и что скажешь насчет гостя? — тихий голос ведьмачки, прозвучавший спустя целую вечность по ту сторону занавески, окончательно отогнал примеривавшуюся к посадке фею грез.